Земля воров (ЛП) - Халле Карина - Страница 54

Я хмурюсь, принимая от нее чай.

— Подстроено?

Она смотрит на меня с удивлением.

— Не говори мне, что ты веришь, что пророчество не является чем-то, что они контролируют. Они…

Внезапно раздается стук в дверь.

Мы оба замираем.

Леми поднимает голову и тихо рычит.

— Оставайся здесь, — шепчет мне Эллестра, осторожно вставая и жестом приказывая мне не двигаться. — Ты — проблема.

Я смотрю, как она выходит из кухни в гостиную и исчезает из поля моего зрения, направляясь к двери.

— Кто там? — слышу я, как она спрашивает.

Несмотря на то, что она велела мне оставаться на месте, я тихо встаю и начинаю обходить стол.

— Золар, — раздается тихий мужской голос снаружи. Я не знаю, кто такой Золар и как он обычно говорит, но в его тоне есть что-то странное.

В моей голове раздается тревожный сигнал, грудь сжимается.

Нет. Не открывай.

— Еще рано, Золар, — вздыхает Эллестра.

— Подожди! — кричу я, вбегая в комнату, только чтобы увидеть, как она распахивает дверь.

За ней стоит мужчина, полностью одетый в черное, включая маску на лице.

У него в руке меч.

Эллестра переводит взгляд с меня на мужчину.

В этот момент он поднимает меч и вонзает его прямо в грудь Эллестры.

Леми лает, а Эллестра кричит, пытаясь вырвать меч из своего сердца, кровь льется повсюду, и я бегу к мужчине, хватая по дороге ближайший предмет, который можно использовать в качестве оружия.

К мужчине у двери присоединяются еще трое, с оружием в руках, и наступают на меня.

Глава 23

Бринла

Я просыпаюсь от крика моей тети, этот острый, как бритва, звук вспарывает мои сны и проникает прямо в душу. Я вскакиваю с постели, нет времени на раздумья, нужно действовать. В тусклом свете мерцающего факела я накидываю на себя прозрачную тунику, чтобы прикрыть наготу, хватаю ближайший к себе меч из вулканического стекла и выбегаю из комнаты.

И попадаю в полный хаос.

Воздух наполняет лай Леми, но его нигде не видно. Вместо этого я вижу свою тетю на полу, из груди у нее торчит меч, ее крики переходят в булькающий звук, который, я знаю, будет преследовать меня в ночных кошмарах всю оставшуюся жизнь. В панике я бегу к ней, к незнакомому мужчине в черном, который пытается вытащить меч из ее груди. Андор хватает табурет и бежит к трем мужчинам, которые врываются в дверь. Двигаясь молниеносно, Андор голыми руками отламывает ножки табурета, затем хватает их, как зазубренные копья, и уворачивается, когда нападающие бросаются на него.

Леми внезапно появляется за спиной одного из мужчин, прыгает ему на спину и сбивает с ног, хватая зубами за голову. Я снова смотрю на тетю, на кровь, льющуюся из ее груди, пока мужчина пытается вытащить свое оружие. Меня захлестывает истерика, и, прежде чем я успеваю подумать, быстро поднимаю свой меч и наношу удар по шее мужчины, когда он поднимает голову. Клинок пронзает кожу и кости с отвратительным звуком, который отдается в моих руках, и мужчина падает замертво рядом со мной.

Это первый человек, которого я убила.

Нет времени что-либо чувствовать.

— Бринла! — кричит Андор, и я вижу, как он бьет кого-то ножкой табуретки, а другой мужчина направляется ко мне с двумя кинжалами, сверкающими в свете факела.

Леми исчезает, а затем появляется прямо передо мной, его тяжелое тело загораживает меня от нападающего. Я пытаюсь прогнать Леми, когда кинжалы летят в его сторону, и он исчезает, что отвлекает мужчину и заставляет его потерять концентрацию. Я пользуюсь моментом, чтобы взмахнуть мечом, и с криком взмахиваю им, вложив в удар всю свою силу, меч рассекает горло мужчины, почти снося ему голову.

Он падает на землю рядом с другим убитым, а Леми появляется рядом с Андором, помогая ему справиться с последним оставшимся нападающим. Я должна помочь ему, но у меня ощущение, что оказалась в воде. Поскольку Леми заставил мужчину бросить оружие, Андор справился с ним и теперь прижимает к стене, приставив клинок к виску.

— На кого ты работаешь? — рычит Андор, на его виске пульсирует вена. — Кто тебя послал?

Он срывает с мужчины маску, и тот ухмыляется в ответ. Бледная кожа, желтые волосы. Я никогда не видела его раньше и у меня нет времени, чтобы заботиться об этом.

Я оглядываюсь на свою тетю и чувствую, как мой мир начинает рушиться, как будто тонкие нити реальности, которые держали меня, начинают рваться. Я падаю на землю рядом с ней, обнимаю, хватаю край своей туники и прижимаю к ране, из которой алой рекой течет кровь.

— С тобой все будет хорошо, — говорю я дрожащим голосом. Она смотрит на меня стеклянными глазами, в которых, кажется, появляется пустота. — Мы позаботимся о том, чтобы с тобой все было хорошо.

Я смотрю на Андора, который все еще угрожает мужчине, и надеюсь, что он сможет спасти мою тетю.

Он должен это сделать.

Я видела, как он вернул Леми к жизни, я знаю, что так оно и было. Он избавил меня от боли. Он был молод, когда не смог спасти свою мать, и, возможно, ее болезнь была слишком тяжелой, но моя тетя сильная, и это всего лишь рана, она может зажить, ее можно спасти.

— Андор, — шепчу я, крепче прижимая тетю к себе. — Андор, ты можешь спасти ее.

Он на мгновение замирает, улавливая мой взгляд краем глаза, но затем рычит на мужчину.

— Скажи мне, кто тебя послал, или я вонжу этот кинжал прямо в твой крошечный мозг.

Мужчина улыбается ему, как будто знает, что Андор в любом случае убьет его.

Как будто он этого хочет.

Мы не получим ответов.

И это все равно не имеет значения.

— Андор! — повторяю я еще раз, теперь громче. — Пожалуйста! Спаси ее!

Андор оскаливается, его лицо краснеет, острие ножа начинает дрожать.

— Скажи мне!

— Андор! — снова кричу я. — Он ничего не скажет. Просто убей его и помоги мне! Пожалуйста, она умирает! — Теперь я кричу, и мой голос звучит как у какого-то ужасного бешенного зверя.

Андор на мгновение расслабляется, смотрит в землю и слегка качает головой, и я боюсь, что он собирается отпустить мужчину. Но затем он издает мучительный рык и отступает настолько, чтобы вонзить лезвие кинжала в его голову.

Я снова смотрю на тетю и вижу, что ее глаза больше не стеклянные.

Они неподвижны.

Они пустые.

Она смотрит в потолок, в никуда.

Там ничего нет.

— Нет! — кричу я и сжимаю ее плечи так сильно, что ей должно быть больно.

Но она не реагирует.

Она неподвижна.

Она мертва.

Леми медленно подходит, обнюхивает ноги моей тети, затем ложится рядом с ней, прижимает уши к голове и жалобно скулит, отчего сотрясается весь дом.

Этого не может быть.

— Эллестра, — шепчу я, встряхивая ее. — Тетя. Пожалуйста. Вернись. Мы можем спасти тебя.

Слезы текут из моих глаз и капают ей на лицо, а она такая, такая неподвижная.

— Мне жаль, — говорит Андор. Его голос звучит так, будто он находится в другом мире, а не стоит за моей спиной. Я чувствую его присутствие и злюсь. Злюсь, что он не действовал быстрее. Он должен был убить того мужчину сразу, и тогда, может быть, у него было бы время спасти ее.

Гнев вспыхивает, разгорается и жжет меня изнутри, превращаясь в ненависть к самой себе.

Потому что это моя вина.

Все это моя вина.

— Бринла, — мягко говорит Андор. Он кладет руку мне на плечо и присаживается рядом, но я едва чувствую это, едва слышу. — Бринла, мне так жаль. Все произошло слишком быстро. В дверь постучали, и она сказала мне оставаться на кухне. Я услышал голос, она, казалось, знала этого человека, но что-то было не так, и к тому времени, когда добрался до гостиной…

— Она умерла, — шепчу я, убирая волосы с лица тети. Я никогда раньше не видела ее неподвижной, даже когда она спала. Она всегда хмурилась, всегда двигалась, всегда была чем-то занята. Она не терпела глупцов и порой любить ее было трудно, но я все равно любила. Она спасла меня от Дочерей безмолвия, она спасла меня от самоубийства, когда я поняла, что ничто не вернет моих родителей. Без нее меня бы здесь не было, а теперь… теперь ее нет.