Измена. Не делай мне больно (СИ) - Шевцова Каролина - Страница 4

- Мужчины как дети малые. – Еле выдавила из себя улыбку. - Девочки, идите на кухню, я пока Саше позвоню, поблагодарю.

И оставшись наедине, я поднялась в спальню. Поставила новый флакон духов рядом с таким же, еще запечатанным. Мой муж тоже не знал, какие духи я люблю. И упорно дарил мне эту клубнично-молочную карамель, от запаха которой меня сейчас тошнило.

Я набрала его номер, но услышала автоответчик.

Ревность снова кольнула сердце чем-то острым. Господи, до чего я докатилась! Я подняла глаза на зеркало и ужаснулась. Как же жалко выглядела та женщина в отражении: плечи поникли, губы дрожат, а глаза блестят от слез.

Неужели теперь я буду бояться каждого звонка в дверь? Каждого пропущенного от мужа?

- Ну, хватит, Вика, - взмолилась, глядя на себя. – Соберись. Ты гораздо сильнее, чем кажешься. Не для себя так для Саши, ему бы не понравились эти сопли… давай.

Я причесала волосы, протерла лицо тоником и увлажнила губы. Теперь вид мой говорил о том, что спала я не три часа, а целых пять. Почти огурчиком!

В конце руки даже потянулись к подарку, но я не смогла пересилить себя. Мне никогда не нравились сладкие запахи, сейчас же просто выворачивало от них.

Когда я спустилась на кухню, девочки разливали чай по третьему кругу. Я достала из холодильника коробку с тортом, и когда поставила ее на стол, увидела, что к картонному боку прилипла открытка.

Точнее, вчерашнее фото Жанны и моего мужа.

В ужасе я откинула снимок, как какую-то ядовитую гадюку.

Сердце учащенно забилось, грозя выломать ребра … Господи, ну зачем мне это снова?!

- Это она? Хорошенькая.

Римма с интересом исследователя крутила фотографию в руках, пока ее не вырвала Настя:

- Ба! Да я ж ее знаю!

- Откуда? – во рут пересохло.

- Понятно откуда, она моя пациентка. Жанна…Жанна какойтовна. Очень глупая фамилия, совсем не под ее имя. Что-то типа Суходрыщевой.

Я пропустила шутку мимо ушей:

- А что она у тебя… наблюдает, - Римма молча подала мне стакан воды, чтобы хоть как-то занять мне руки.

- Беременность.

- Она беременна?!

- Ага. Приличный срок, между прочим. Мальчиком. И малыш главное, такой крупный, волосы темные, нос большой и родинка на щеке. Ну, один в один твой Кораблев.

- Настя, я убью тебя!

Я кинула в Савранскую мокрое полотенце, но та опытно увернулась и показала мне язык. Она гоготала в голос, не обращая внимания на недовольные взгляды Риммы и мое злое шипение.

Поняв, что я сейчас и слова из нее не вытяну, я отвернулась и стала разгружать посудомоечную машину, а вместе с ней собственную голову.

Одна тарелка – одна глупая непрошенная мысль.

Пускай здесь будет снова чисто!

- Ой, да ну вас, девочки, - от смеха Настя стала икать. – Жанна эта… ну… обычная. Не скандалит, не опаздывает. Под юбкой у нее все как у нас, ничего нового. Ну, разве что анализы сдавала, они с мужем вроде как к беременности готовятся. Я ей ОК отменяла, а она их долго пила, я поэтому и запомнила.

- С мужем, - облегченно прошептала я и так и замерла с тарелкой в руках.

- Угу, муж то, муж се. Наверное, недавно расписались, такой ажиотаж обычно в первый год брака и бывает.

- С мужем планируют ребенка… - кажется, я снова стала свободно дышать.

- Вик, вот бы и тебе с Сашей малыша, - тихо произнесла Римма.

- Ой, все. Планета перенаселена, роды это больно, дети растут неблагодарными монстрами и в 18 лет сбегают от мамочки в армию. Мой уже волосы сбрил…

Я сделала вид, что не заметила, как Настя уводит тему с беременности куда-то в сторону. И вроде как даже не услышала, как ойкнула Римма – для убедительности подруга ущипнула ее за бок.

Все это казалось мне каким-то лишним и неважным.

Жанна счастливо замужем и пускай Господь пошлет ей много-много детишек.

Как хорошо, что это все-таки была глупая шутка Сашиных друзей. Теперь уже наверняка.

Глава 4. Саша

Когда Александр Кораблев решил стать летчиком, все поддержали его.

- У них форма красивая, - сказала мама.

- И зарплата достойная. Сможешь семью прокормить, - добавил отец.

И это большие плюсы Сашиной работы. И форма, и деньги, и дружный коллектив, и даже аплодисменты при посадке самолета. Но главный плюс – небо.

И ничто не могло превзойти этот кайф полета. Ни материальное, ни духовное, ни запрещенное законом.

- Сань, ты сегодня в ночь? - окликнули Кораблева на лестнице аэропорта.

- В Москву одним днем.

- Тогда я тебе видео для Вики через час скину, отчитаюсь и запишу на свежую голову.

- Добро.

- С тебя тот пирог с грушами, это ж отвал всего.

- Передам жене, она все сделает, - Кораблев отсалютовал двумя пальцами и поднялся на ступеньку выше.

Кабинет его друга Сергея Фридмана находился на третьем этаже. Обычно под этой дверью сидели и ждали взбучку провинившиеся коллеги, но сегодня начальник был в хорошем настроении. В коридоре ни души, и из-за двери ни звука.

- Вызывали, Сергей Сергеевич? - Саша мог позволить себе войти не стуча. - Сразу поблагодарю, что разделил вчера этот ужас со мной!

Фридман коротко кивнул, продолжая смотреть в монитор.

- Я нашим уже сказал, они за печеньки записывают видеообращение для Виктории. Ты бы это оценил: серьезные такие, как Володя у Кремлевской елки.

И снова никаких эмоций.

- Сереж, там тебе Вика тормозок собрала. Ты же уехал не пожрамши, она передала тебе… вот.

Кораблев выложил из сумки несколько стеклянных контейнеров с едой: горячее, салат и десерт. И только тогда Фридман оторвался от чтения документов.

- Передай Вике спасибо. Посуду я потом занесу.

- Да, брось, - махнул рукой Саша, - у нас дома этих контейнеров столько, что пропажу нескольких она не заметит.

Сергей нахмурил лоб:

- Не правильно это. Она же их выбрала, купила, значит, они ей нужны. Именно такого размера. Я помою и потом занесу.

- Ну как скажешь, можем собраться на выходных у меня, я как раз с рейса отосплюсь.

- Кстати по этому… Саша, тут какое-то недоразумение, о котором я хотел поговорить. Ты ведь не прошел программу по переподготовке на самолет?

Саша почесал затылок, будто пытался что-то вспомнить.

- Ту, в десятом году? Нет, конечно. И ты не прошел.

- Я-то понятно, но в системе записано, что ты принес корочку.

- Люди ошибаются, что говорить о системах. – Философски заметил Кораблев. – Если это все, что ты хотел сказать, то пошел.

- Стоять, - Кораблев не успел сделать и шага, - Саш, пришел новый ФАП.

- Ну…

- Ну и те курсы вроде как приравнены к обязательным.

- Да бред. Мы же и без них кучу переквалификаций прошли.

- И все же, мы с тобой закончили вертолетное училище. И нужно подтвердить навык московским курсом, он сейчас приравнен к государственной программе.

- А десятилетней практики и должности капитана самолета недостаточно?

Саша откровенно нервничал. Он прошелся до заваленного бумагами стола и вернулся обратно. Пространства крохотного кабинета не хватало, чтобы скинуть образовавшееся в мышцах напряжение.

- Не заводись. Это просто формальность, я еще уточню все выше. Но пока я должен снять тебя с рейса.

- Это шутка такая, - опешил Кораблев. – Тогда вместе со мной еще человек десять снимать придется. А по стране так вообще несколько сотен.

- Именно так я и поступлю, - Фридман сжал виски руками и откинулся на кресло. – Мне самому не нравится это решение, но я не могу пойти против приказа, пока мы не разберемся, в чем дело.

- Да блххь! Вы там у себя наверху можете год разбираться, а нам все это время без работы сидеть?!

- Не повышай здесь голос, я тебе не Вика, на которую можно орать, - оскалился Фридман. – Надо будет и год просидишь. – Он сделал глубокий выдох и продолжил спокойнее: - Я постараюсь решить все как можно быстрее. Но ты же знаешь, что будет, если мы нарушим закон.