Между Друзьями (ЛП) - Джинджелл Вэнди - Страница 31

10. Хоккейные клюшки в Полночь

(Действие этой истории происходит после десятой книги; в дальнейшем Пэт и Компания всё ещё работают вместе в различных ситуациях, но это также происходит до событий следующих историй в этой книге)

* * *

Хоккейная клюшка пропала не первой - просто это была первая личная вещь Джорджины. Она была совершенно новой, на ней всё ещё были наклейки. Джорджина знала, что накануне вечером она лежала у неё за дверью, но утром её уже было. Через несколько дней её вернули, но не на том месте, и она был грязной, а не новенький.

Нет, сначала пропали крикетные биты. Джорджина видела, кто их взял - почти видела. На самом деле её там не было; просто тень человека, который просунул руку сквозь машину и выхватил две крикетные биты, стоявшие рядом с Джорджиной.

- Эй! - воскликнула Джорджина, но было уже слишком поздно. Тень человека исчезла, как и крикетные биты. Позже, в школе, она услышала, что кто-то нашёл крикетные биты в переулке неподалёку, разбитые вдребезги, словно ими били автомобиль.

Поэтому, когда год спустя рано утром Джорджина проснулась и увидела тёмную фигуру женщины, проходящей через её комнату, она сразу же села. В этот момент женщина-тень протянула руку и взяла с туалетного столика расчёску.

- Нет! - воскликнула Джорджина. - Она моя!

Тень поспешно обернулась и заметила её.

Джорджина повторила:

- Она моя! Ты не можешь её забрать!

- Вот блин! - восхищённо произнесла тень. - Ты меня видишь?

- Да, - сказала она, нахмурившись. - Прекрати воровать мои вещи!

- Оу, - сказала тень. - Извиняй. Только она мне действительно нужна.

- Зачем тебе расчёска?

- Это не расчёска, - сказала женщина-тень. - Просто ей притворяется. На самом деле это что-то вроде метателя сетей. Думаю. Я никогда им раньше не пользовалась, но он хочет, чтобы им воспользовались.

Джорджина не была уверена, что поверила в это, но всё равно спросила:

- Что притворялось хоккейной клюшкой?

- Реально хорошая коса, - сказала женщина-тень. - Кое-кто из моих знакомых умеет ею пользоваться.

- В прошлом году ты тоже брала крикетные биты, - напомнила ей Джорджина. - Они тоже притворялись крикетными битами?

- Ох, крикетные биты! Да, мне пришлось сражаться со скальным троллем. Это были просто крикетные биты, но очень полезные. Они тоже были твоими?

- Нет, только хоккейная клюшка.

- Точно. Она благополучно вернулась к тебе?

- Она была грязной.

- Оу. Извиняй. Я попрошу Зе... кое-кого, достать тебе другую.

- Да ничего - сказала Джорджина. - Она всё ещё новая, просто теперь грязная, - она посмотрела на женщину-тень и поняла. - Ты всё равно собираешься взять мою расчёску, не так ли?

- Ага, - голос женщины-тени звучал извиняющимся тоном. - Извиняй. Но мне она нужна. Я принесу её обратно.

- С чем ты сражаешься сегодня?

- В основном с гоблинами. Ой, не ходи в свою гостевую комнату, когда выключен свет, лады?

- Почему?

- У тебя проблемы с гоблинами, и если ты видишь меня, то, возможно, сможешь увидеть и их.

Джорджина постаралась не вздрогнуть. Она уже слышала скрежет по ночам, хотя никогда ничего не видела. Это была одна из тех вещей, в которые мама никогда бы не поверила - одна из тех вещей, которые, по её мнению, были просто предлогом для Джорджины не заниматься в одиночестве игрой на фортепиано в той комнате.

- Хорошо, - сказала она. - Можешь взять расчёску.

- Спасибки, - сказала женщина-тень и исчезла.

Джорджина откинулась на спинку кровати, обхватив колени руками. Только когда до её комнаты донёсся слабый звук пронзительного плача, сопровождаемый более мягкими ударами, она, улыбаясь, снова свернулась калачиком под одеялом и снова заснула.

11. Говорящий магазин

(После книги 10. Ребята, мы вступаем на неизведанную территорию: здесь водятся монстры)

* * *

Нечто со щупальцами поджидало Деррика, когда он вышел из пиццерии на углу на Мюррей-стрит. Он начал подниматься по склону холма в направлении библиотеки с дымящейся коробкой пиццы пепперони, которая приятно обжигала пальцы, и его мысли медленно рассеивались от тепла предстоящего блюда. У него был тяжёлый рабочий день, и ему казалось, что пицца согрела ту часть его тела, которая к концу дня всегда превращалась в лёд.

Он всегда слишком эмоционально отдавался своей работе - ему было это прекрасно известно, - но ничего не мог с собой поделать, когда его работа включала детей. Деррик обнаружил, что горячая пицца помогает прогнать озноб, который приходил после одного из его самых напряжённых дней, и именно эту пиццерию он посещал чаще всего, хотя и знал, что при его работе опасно слишком часто бывать в одном и том же месте.

Он ожидал, что, возможно, однажды кто-то будет поджидать его, но он никогда бы не подумал, что вместо кого-то конкретного ждать его будут щупальца. Не то чтобы он не верил в щупальца. Хотя по опыту Деррика щупальца были далёким и неосознанным страхом, который должен существовать либо в океане, либо на чьей-то тарелке, было бы трудно игнорировать тот факт, что в мире существуют щупальца.

В любом случае, было бы трудно не заметить эти щупальца: влажные, розовые от возбуждения и очень, очень большие, они с гипнотизирующей медлительностью вытягивались из переулка прямо у него на глазах, а затем снова сворачивались, на этот раз вокруг него.

Деррику, возможно, было бы стыдно за крик, вырвавшийся из его горла, если бы у него было хоть мгновение, чтобы почувствовать что-то, кроме слепого страха, который заставил его пригнуться, нырнуть, а затем броситься через дорогу, не проверив, нет ли на дороге машин, и не остановившись, чтобы поднять пиццу, которую он уронил. Он бы спустился по аллее в Висячие сады, если бы мог заставить свой мозг думать; вместо этого он обнаружил, что теребит ручку выкрашенной в кремовый цвет двери, не имея ни малейшего представления о том, как её открыть, или зачем он её открывает, за исключением того, что ему грозит опасность и этот дверной проём казался безопасным.

Каким-то образом ему удалось спуститься вниз, а не пересечь её, руки тряслись, и он почти ввалился в магазин, захлопнул за собой дверь и прислонился к ней спиной, почти непонимающе оглядываясь по сторонам.

«Пуговицы» - сказал его мозг. Пуговицы, пуговицы, пуговицы. Бессмыслица какая-то, пока он не набрал в лёгкие побольше воздуха и не попытался снова осмотреться. Его пальцы автоматически нащупали замок на двери и повернули его, и он обнаружил, что смотрит на ряды пуговиц, обшивку и обрывки ткани. Он был в магазине, похожий на швейный.

Зачем он зашёл в магазин, похожий на швейный? Здесь не было ничего, что можно было бы использовать против щупалец, которые появлялись там, где их быть не должно. Деррику, по спине которого ползали призрачные щупальца страха, всё же потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить, как дышать, прежде чем он смог попытаться оттолкнуться от двери.

Он ожидал, что призрачные щупальца в любой момент станут реальными - ожидал, что они прорвутся сквозь стеклянную дверь и обовьются вокруг него, чтобы засосать обратно в те владения, откуда они появились. Затем, чувствуя, как на лбу у него выступил пот, он услышал приглушённый стук, когда тяжёлые, влажные щупальца, ставшие теперь ярко-оранжевыми, ударились о дверь и исследовали её поверхность из стекла и дерева. Дверь за его спиной содрогнулась, отчего по спине у него пробежали мурашки ужаса, а на лбу выступил пот.

Дверь затряслась. Деррик вздрогнул.

И всё же, каким-то образом, щупальца, казалось, не могли прорваться сквозь дверь. Деррик не знал почему, но он почувствовал внезапный прилив ощущения безопасности, которое с самого начала вызывала у него дверь магазина, и задумался, то ли ему просто повезло, то ли он каким-то образом смог внутренне ощутить, что это единственное место, в котором он будет в безопасности.