Как Диана - Андреева Ольга Юрьевна - Страница 1

Ольга Андреева

Как Диана

© О. Г. Андреева, текст, 2025

© ООО «Юстицинформ», 2025

Вероника в светлом плаще, платке и черных очках шла по салону самолета, отыскивая свое место. Мужчины с интересом поглядывали на нее.

Она села в кресло у окна, сразу пристегнулась ремнем безопасности.

Рядом с ней, на соседнее место сел молодой человек. Он был, явно, в хорошем настроении и хотел общаться, тем более с такой симпатичной соседкой.

Стюардесса рассаживала немногочисленных пассажиров. Командир корабля сообщил по громкой связи, что они находятся на борту самолета, выполняющего полет Москва – Адлер. Время в пути – три часа. Погода в Адлере плюс 18 градусов.

Молодой человек счел это объявление, как повод познакомиться с Вероникой.

– Как Вы думаете, это по Цельсию или по Фаренгейту? – Поинтересовался он у нее.

Вероника вопросительно посмотрела на него. Казалось, что она даже не поняла вопрос.

– Мне это крайне важно. А то, знаете, как бывает. Улетаешь по Цельсию, прилетаешь по Фаренгейту. Или, наоборот.

Стюардесса, строго проверявшая, все ли пассажиры пристегнуты, услышала его вопрос и снисходительно улыбнулась.

– Плюс 18 градусов по Цельсию. Пристегнитесь!

Первая попытка познакомиться не возымела успеха. Но он не отступал.

– Да, не жарко. Но лучше, чем в Москве. Вы в Сочи летите? Отдыхать или по делам? – Вежливо поинтересовался он.

«Вот, пристал», – подумала Вероника и не очень вежливо ответила.

– На похороны лечу.

Парень посмотрел на неё, «да, похоже, что правда».

– Извините… Я могу Вам чем-нибудь помочь? – Искренне спросил он.

Вероника не ответила, отвернулась к окну и закрыла глаза.

Молодой человек пересел на другой ряд, чтобы не мешать ей.

Вероника мучительно для себя опять и опять вспоминала события этой ночи.

Всё произошло точно, как это часто показывают в фильмах.

Она проснулась от настойчивого телефонного звонка.

Включила лампу и, щурясь от неяркого света, взяла трезвонящий телефон.

Уже несколько лет Вероника не отключала на ночь свой мобильный. Ее родители – пожилые люди, все может случиться. И в любой момент им может понадобиться ее помощь. Хотя, мама всегда успокаивала ее, что не такие уж они и старые, поживем еще.

Но Вероника считала, что её 60-летние родители слишком легкомысленно относятся к своему возрасту. В ее голове давно сложилась картинка ночного звонка от мамы. Вот она лихорадочно ищет свои очки, потом, трясущимися руками набирает номер телефона, и говорит, что папе плохо.

Каждый звонок в неурочное время вызывал у нее страх. Вот и сейчас тоже. Она немного выдохнула, увидев, что это звонил из Сочи Эдик, бывший однокурсник и муж лучшей ее подруги Юльки.

Эдик ужасно спокойным голосом сообщил, что Юлька умерла сегодня утром.

Вероника села, тряхнула головой.

– Нет…, нет! Эдька, повтори еще раз. Так, что ты сказал?

Его слова плохо доходили до ее сознания.

Эдик, не отвечая ей, продолжал говорить.

– Вчера вечером ушла к себе спать, а утром ее нашли… Это ее аллергия достала, я думаю. Завтра похороны, приезжай.

Вероника слушала его, и, осознав наконец-то, что говорил ей Эдик, разревелась.

– А врачи? Что, не могли спасти ее? Как это – умерла! Ты был рядом, и ничего не сделал?

– Меня не было с ней… Я потом тебе все объясню.

А Вероника всё повторяла и повторяла.

– Как это умерла? Как это – вдруг взяла и умерла?

– Приезжай, Верка, а? Я пришлю за тобой машину.

– Не присылай, не надо, сама доберусь. Тебе не до этого сейчас. Не волнуйся, я дорогу знаю.

Вероника познакомилась с Юлей Нестеровой на приемных экзаменах на юрфак МГУ. Это было, как любовь с первого взгляда. Увидели друг друга и уже не расставались. Третьим к их дружной компании присоединился однокурсник Эдуард Маркин, Эдька, Эд, или Эдюня, по настроению.

Он был родом из Сочи, его мама – армянка и русский папа – заместитель прокурора города-здравницы. Красивый, воспитанный Эдик имел ко всем его достоинствам еще и потрясающее чувство юмора. В университете он был бессменным капитаном команды КВН.

Студенты и преподаватели его обожали, повторяли все его шутки, смешные и не очень.

Смеялись все, кроме этих двух симпатичных москвичек.

Но как-то Юля и Вероника, жалея его, честно признались, что все его шуточки и анекдоты знают уже давным-давно. У них дома так папы шутят, каждый день, просто так, не для сцены. И смешнее их шуток не бывает.

Пока не было. Он не должен на них обижаться. И снисходительно обнадеживали, что у него тоже все еще получится.

Эдик показывал подружкам свои заготовки для КВН. Если шутки проходили у них, то зал – то уж точно будет хохотать, вместе с судьями. Проверено не раз.

На втором курсе Эдик понял, что по уши влюблен в Юлю.

На летние каникулы он пригласил Юлю и Веронику в Сочи, предварительно заказав лучшую гостиницу в городе, у самого Черного моря.

Папе Юля понравилась. Она нравилась всем. Кроме мамы Эдика Луизы Ашотовны.

Эдик устроил девушкам прекрасный отдых, с круизом по морю, с походом в горы, с концертами звезд эстрады и КВН. Было весело.

За год до получения диплома Эдик, Юля, Вероника и еще несколько их друзей-однокашников решили съездить летом в Турцию.

Эдик поехал сначала домой, повидаться с родителями. А потом, по плану, должен был прилететь в Турцию. Но не прилетел.

Эдик писал Юле эсэмэски, звонил, что не может сейчас уехать из дома. Ну, никак, ну, совсем.

Юлька огорчилась, но потом успокоилась, решив, что у Эдика действительно нет возможности приехать к ним.

Она всегда всех понимала и всегда всех прощала.

Посылала ему забавные фотки отдыха, а он ей – грустные, прегрустные объяснения в любви. Часто в стихах. Рифмуя «Юля-пуля, красотуля, подарок июля…»

Когда Эдик приехал в сентябре в Москву, Юля и Вероника обратили внимание, что он стал выглядеть значительно серьезнее, взрослее, что ли.

– Верон, я ему говорю, что не обиделась ни капли из-за Турции, там и без него было весело. А он мне – Юлька, ты потом все узнаешь. Но, всегда знай, я люблю тебя, только одну тебя, очень! Загадочный такой, ужас!

– Ну, да, граф Монте Кристо!

Вероника вышла из здания адлеровского аэропорта, медленно пошла к стоянке такси. Она здесь хорошо все знала, не заблудится. Сколько раз на этой стоянке ее встречала Юлька! Всегда красивая, на дорогом автомобиле. Какое это было для обеих счастье! Ни одни ватсапы и скайпы не заменят душевных разговоров, секретов, о которых можно рассказать только шепотом, «глаза в глаза», со словами – Ты меня понимаешь? Ты же меня знаешь…

И быть твердо уверенной, что она правильно, как надо, все понимает, чувствует и одобряет все твои действия.

На стоянку аэропорта подъехала «Тесла». Из неё вышли двое молодых мужчин. Они о чем-то говорили, но внимание одного из них Максима Лиходеева, переключилось на выходящую из здания аэропорта Веронику. Ему показалась, что откуда-то он ее знает.

– Я буду у Главного завтра на совещании. Опять про тебя будет говорить, никак не переживет твой уход. Может, вернешься? Не думал об этом?

– Нет, пока не думал. Побуду еще, в «провинции, у моря». Здесь как-то спокойнее.

Попрощавшись со своим пассажиром, Максим двинулся в сторону Вероники, собираясь предложить подвести ее, но не успел. Она уже садилась в такси, услышал только название отеля, которое она сказала водителю.

Максим Лиходеев, известный московский тележурналист, уволился из Останкино и, неожиданно для всех, перебрался жить в Сочи. Никто точно не знал, по собственному его желанию это произошло или это был вынужденный шаг. Поговаривали, что Максима не устраивала работа с новым, назначенным сверху, главным редактором телеканала. Не сложились отношения сразу. Старый дружный журналистский коллектив болезненно переживал уход с поста уважаемого ими главного редактора, с которым и создавался телеканал. Вслед за ним стали уходить лучшие ведущие и корреспонденты, определявшие лицо канала. Редакционная политика нового руководителя вызывала, мягко говоря, недоумение. Как-то быстро развлекательная направленность вышла на первый план, затмив информационно-политическое вещание.