Клуб любителей искусства и расследований - Экклстон Марк - Страница 14

Один Кабир хранил молчание. Когда Астрид закончила отвечать на вопросы Аннабель, он поднял указательный палец:

– Вообще-то Виктор Лич был одним из моих пациентов.

– Ого, продолжай, – воодушевилась Аннабель, – какая у тебя версия? У него случился сердечный приступ и он упал с пирса? Да?

Кабир покачал головой:

– Нет-нет, ты просишь меня раскрыть конфиденциальную информацию пациента. А это противоречит врачебной этике.

– Прошу прощения, – сказала Аннабель.

– Но только если бы я по-прежнему занимался практикой, – продолжил он. – А я уже на пенсии. – Он встал перед всеми. – Мистер Лич был в довольно хорошей форме для своего возраста. Большинство моих пациентов были примерно того же года выпуска, скажем так. Они горстями глотают таблетки со статинами и омегой-три. В отличие от Лича. Он приходил крайне редко, и то лишь чтобы похвастаться богатырским здоровьем. Поэтому нет – я не могу представить, чтобы у него случился сердечный приступ.

Казалось, шестеренки в голове Аннабель закрутились с удвоенной силой.

– Ты можешь переговорить с коронером? – спросила она.

– Аннабель, прости, я не понял зачем, – сказал Кабир.

– В случае подозрительной смерти расследование проводит коронер. Ты мог бы попробовать взглянуть на его заключение?

У Кабира на лице появилось сомнение.

– Я был всего лишь его лечащим врачом общей практики, поэтому сомневаюсь.

Астрид подняла глаза от блокнота и увидела, как Фрэнк тихо повторяет слово «подозрительная». Эта мысль витала в воздухе, но облеченная Аннабель в слова, она стала реальной. Астрид почувствовала облегчение оттого, что не одинока в своем мнении насчет этой смерти. В глубине души девушка задавалась вопросом, не стала ли она сама чрезмерно подозрительной. Из-за вина, которое затуманило ее трезвое суждение. Но все собравшиеся в сарае были абсолютно трезвы. И правы – людей с крепким здоровьем обычно не выносит на мелководье под пирсом.

Освещение в сарае постепенно тускнело. Все стали собираться. Астрид закрыла блокнот для скетчей и положила в рюкзак. Когда она прощалась со всеми, они дружно благодарили ее за принесенную пикантную сплетню. Фрэнк даже проводил ее до велосипеда.

– Астрид, есть планы на завтрашний вечер?

– Вроде нет.

– Отлично, у меня есть билет на торжественное открытие Каус-Уик. В Нортвуд-хаус. Большой статусный дом. Бесплатный алкоголь. Страшно модное мероприятие.

– Можешь так не стараться. Мне уже нравится. Я согласна.

– Хорошо. Это не свидание или что-то в этом роде. Не какие-то шуры-муры. У меня просто свободный билет, потому что мой приятель отвечает за организацию банкета, и я, ну… Больше мне никто не пришел в голову.

– Что ж, спасибо. Хотя… – Она сделала паузу. – Должна сказать, ты не похож на завсегдатая таких мероприятий, Фрэнк. Я вижу тебя скорее с бокалом эля за игрой в дартс.

Он засмеялся. Они продолжили путь к автомобильной парковке через арку в хозяйственной постройке.

– Да уж, видишь ли, дело в том, что я надеюсь встретить там своего кумира.

– Кто это?

– Гэбриел Трантер. – Он замолчал, словно имя должно было вызвать какую-то реакцию.

Астрид покачала головой.

– Гэбриел Трантер, – повторил он.

– По-прежнему ни о чем не говорит.

– Хорошо. Трантер вроде как самый известный человек на острове Уайт. Гениальный бизнесмен. Создал «Мистраль Индастриз». И он заряжен по полной – суперъяхты, дома и все такое. – Лицо Фрэнка снова покраснело. – Тебе надо прочитать его книгу «Как получать от жизни все: 67 секретов успеха». Она снесет тебе крышу.

Астрид разблокировала велосипед, продолжая вежливо слушать. Фрэнк, самый приземленный человек, которого она встречала на своем пути, был одержим Трантером. По словам Фрэнка, он обязан своему кумиру всем успехом, которого добился за последнее время. С тех пор как Фрэнк прочитал пять лет назад «Как получать от жизни все», его строительный бизнес пошел в гору. Теперь вместо наружных работ, о которых Астрид даже никогда не слышала, – «расшивка», «мощение» – он выполнял загадочные внутренние работы – «затирка», «люкарна», а размер его дохода почти вызывал у него чувство вины за неуплату налогов.

– Эта книга изменила меня, – говорил Фрэнк. – Я не стал работать больше. Я стал работать лучше. – («Должно быть, мотивационная цитата из книги», – подумала Астрид.) – Я большой должник Трантера. И я хочу поблагодарить его лично, если завтра вечером он придет на мероприятие.

– Фрэнк, ты меня удивил, – призналась она. – Не думала, что ты можешь интересоваться книгами о самопомощи.

– Ты просто его не знаешь, Астрид, – вздохнул Фрэнк. – Увидишь сама.

Они договорились встретиться на следующий день у билетной кассы парома «Уайтлинк» к востоку от бухты. В восемь часов. Чтобы взять такси до Кауса на стоянке перед зданием. Астрид была в предвкушении. Когда еще доведется побывать на одном из самых крупных светских мероприятий регаты Каус-Уик?

Астрид не поехала обратно в сторону долины, а вместо этого направилась в сторону мыса. Дождевые облака снесло дальше по побережью и снова потеплело. Она ехала на восток по заросшей тропе в сторону берега. До заката было еще несколько часов. Самое подходящее время насладиться долгим летним вечером.

Проехав двадцать минут – почти все время накатом: ноги свешены по бокам от педалей, теплый ветер играет в волосах, – она достигла небольшого городка, укрывшегося в уютной бухточке под названием Фрешуотер. Небесно-голубой лоскут воды, обрамленный песчаным пляжем. Она нашла на променаде фургон с пиццей, купила маленькую «Маргариту» и устроилась на песке. Уминая пиццу, Астрид размышляла о том, что другие говорили сегодня о Викторе Личе.

Хорошо, что она поделилась с ними тем, что знала. Хорошо, что они согласились – его смерть вызывала большие сомнения. Должно быть, кто-то избавился от него по какой-то причине. И она должна была выяснить кто. Да, проснувшись в то утро, после того как накануне вино и ложь Джиму лились рекой, девушка пообещала себе не совать нос в чужие дела.

Однако некоторые вопросы так и остались без ответа. Кто, как не она, мог их найти? У нее были нужные навыки, инструменты для проведения экспертизы и необходимая поддержка в виде группы любителей искусства – на всякий случай.

Приземлившаяся на ближайший столб чайка навела на Астрид желтый глаз. Та прикончила последнюю корочку и отряхнула руки, подняв их вверх, показывая – есть больше нечего. Птица, однако, не шелохнувшись, продолжала слежку. По какой-то причине Астрид почувствовала себя не в своей тарелке. Пустой изнутри, хотя и только что поела.

Может быть, причина крылась в интересе, который она питала к расследованию смерти Виктора? И к порезанной картине в Нидлс-Ай? На самом деле – и эта мысль причиняла боль – Астрид была одинока. Закончив четырехлетний брак, она сразу же ринулась в отношения с Коббом. Может быть, чересчур поспешно. И теперь, сидя на этом пляже, она как никогда остро ощущала, что совершенно одна в этом мире. Кэт в Хэнбери, родственники разбросаны по Британии и Испании, и они не поддерживают связь.

– Прекрати, Астрид, – пробормотала девушка самой себе, – мы никогда не жалели себя, не будем и начинать.

«Если расследование было всего лишь способом отвлечься… – размышляла она. – Чтобы не думать об остальном». Что ж, так тому и быть. Возможно, расследование убийства – самый надежный способ из возможных. Астрид встала, и чайка сорвалась с места в поисках другой жертвы.

Когда девушка доехала до мостков, проложенных через приливную зону, уже почти стемнело. Небо налилось глубоким серым цветом. Опасаясь сбиться с пути и заехать в болото, Астрид сошла с велосипеда и покатила его рядом с собой. Спустившись с мостков, она замерла на мгновение, стоя в окружении высоких камышовых зарослей. Она была уверена – за ней кто-то шел, хотя она и не слышала звука шагов.

Добравшись до развилки с дорогой, ведущей к реке, Астрид боковым зрением уловила какое-то движение. Из рощи медленным шагом вышел человек. Высокий. В бейсбольной кепке. И наглухо застегнутой темной куртке. Разглядеть лицо было невозможно – уже стемнело.