Клуб любителей искусства и расследований - Экклстон Марк - Страница 3

Она также приобрела карту туристических маршрутов острова Уайт и навигационную карту окружающих его морских районов. Остров имел форму неправильного ромба. Слегка вытянутого, будто кусок сливочной помадки сначала отщипнули, а затем сплюснули между большим и указательным пальцами.

Крупнейший прибрежный город – Каус. Он располагался на северной вершине ромба и смотрел на широкий пролив Те-Солент, разделявший острова Уайт и Великобритания. Ярмут, на порядок скромнее по количеству населения, находился значительно западнее вдоль пролива, в устье реки Яр. Примерно в миле от него в море уходил конусообразный мыс, который заканчивался грядой острых скал, известных под названием Нидлс. Возможно, задумалась Астрид, дом поэтому и носил имя Нидлс-Ай? Потому что из него открывался вид на эти скалы? Вряд ли особняк назвали из-за библейской притчи[8]. В конце концов, богатый человек не захочет иметь постоянное напоминание о том, как трудно ему войти в Царство Божие.

Примерно час Астрид прокладывала навигационный маршрут от Хэнбери до Ярмута. На путешествие уйдет полдня. Она позвонила своей лучшей подруге Кэт и рассказала, что уезжает на какое-то время, и они договорились встретиться ранним вечером в пабе «Снасти рыболова». Пропустить стаканчик-другой по этому поводу.

За несколько недель до этого Астрид предложила Кэт все свои дизайнерские платья, так как все равно носила теперь только одежду для мореплавания и спорта. Кэт не взяла ни одного, потому что, как она заявила, ей негде было их «выгуливать». Астрид пришлось отвезти их в местный благотворительный магазин, помогавший животным. Подруги согласились, что у какого-нибудь старого осла запросы гораздо выше, чем у Кэт. Не в пример выше, добавила Астрид. После этого они громко расхохотались и шумно разлили пиво.

Кэт согласилась забрать «Шанель № 5». Духи ей понравились. «Их аромат напоминает освежитель воздуха „Фебриз“, только в более изысканном варианте», – ее слова. Астрид с радостью от них избавилась. Этому аромату суждено теперь напоминать ей о том, как она защищала свою жизнь, стоя на подоконнике второго этажа Шернборн-холла. Про попытку кражи Констебла, которую девушка предотвратила, вышло всего несколько репортажей, и ни в одном из них Астрид не упоминалась – какое облегчение! Похоже, вся эта история осталась в прошлом.

Подруги сидели друг напротив друга за одним из уличных столов «Снастей». Каждая держала по пинте свежего «Бэджера»[9]. Астрид сделала пару затяжных глотков.

Кэт покачала головой:

– Поверить не могу – остров Уайт.

– Это не другая планета, Кэт.

– Немного другая. – Та поджала губы. – Другая вселенная, затерявшаяся во времени. Если над ними пролетает самолет, они дружно прячутся по домам и наглухо запирают двери. Очень странное место.

– Я думала, ты никогда там не бывала.

– Не бывала. Слышала. От тех, кто там бывал. – Кэт поежилась. – То есть от тех, кто вернулся оттуда.

– Кэт, я знаю, что ты просто пытаешься меня отговорить. Но мне надо ехать.

– Ты меня раскусила!

Астрид протянула руку через стол, и подруга пожала ее.

– Не волнуйся, я вернусь через пару недель.

Они болтали примерно час, пока солнце не стало опускаться за гряду холмов за рекой. Пришло время уходить. Астрид собиралась отчаливать рано утром, чтобы поймать первый прилив. Кэт поняла, что вот-вот придется прощаться, подняла полиэтиленовый пакет, стоявший у нее в ногах, и протянула подруге:

– Астрид, несколько презентов на дорожку.

– М-м-м, как приятно, Кэт, – сказала та, открывая пакет. Пошарив рукой, она по очереди достала подарки. Первой попалась серая футболка с круглой мордашкой улыбающейся мультяшной девочки, над головой которой полукругом располагалась надпись: «Маленькая мисс Всезнайка». – Очень смешно, спасибо, Кэт.

– Это с пляжа. Когда он пустеет, я всегда отправляюсь на разведку, вдруг что найду. Ну знаешь, пока не заявилась банда с металлоискателями. Они стервятники, Астрид, сущие стервятники.

Затем Астрид достала маленький кошелек из китайского шелка с вышивкой – пустой, если не считать забившегося в складки песка.

– Милый, – сказала Астрид.

– Когда я его нашла, в нем было пять фунтов. Понятное дело, я их потратила – не сдавать же его в полицию, верно? У них есть дела поважнее… Не волнуйся, это не с пляжа, – прокомментировала она появление последнего предмета – небольшого флакончика дезодорант-спрея.

Астрид медленно прочитала на этикетке:

– «Гарантия защиты на сорок восемь часов».

– Неплохо, да?

– Сорок восемь часов. – Астрид помолчала. – Я вот думаю… При каких обстоятельствах человек не будет мыться два дня?

– Возможно, музыкальный фестиваль? Отключение электричества?

– Но что делать, если воздержание продлится дольше сорока восьми часов? Скажем, три дня?

– Не знаю. Побрызгаться еще раз?

– Ты считаешь? Это даст еще сорок восемь часов?

– Думаю, да.

– Почему бы тогда не продолжить? И перестать мыться навсегда.

– Неплохая идея.

Обе прыснули со смеху.

– В любом случае, – сказала Астрид, когда они успокоились, – тебе не стоило тратиться на дезодорант для меня.

– Я и не тратилась. Он валялся у меня в ванной комнате. Я использовала его всего лишь пару раз и подумала, что он может тебе понравиться.

Будь это кто-то другой, Астрид бы сразу вернула подарок. Но ведь это Кэт, друга лучше нее и пожелать нельзя. Она сидела напротив, в «вареной» футболке, которую носила этим летом почти каждый день. С очень довольным выражением на лице. Астрид сунула дезодорант в сумку и улыбнулась:

– Спасибо… Очень любезно с твоей стороны.

Они допили пиво, собрали вещи и обнялись. Кэт спросила:

– Кобб расстроился из-за твоего отъезда?

– Кобб? – Астрид нахмурилась.

Кэт уставилась на нее.

– Астрид?! Ты что, не сказала ему?

– Пока нет.

– Почему?

Астрид и сама не очень понимала, почему ничего не сказала Коббу. Или где-то глубоко внутри понимала, но не хотела смотреть правде в глаза. Они с Коббом чудесно проводили время. Виделись каждый день. Ночами болтали на палубе. Читали друг другу стихи. Нежились в объятиях в каюте. Все было идеально. И так далеко от реальности.

В последних лучах заходящего солнца девушка шла по тропинке к своей лодке. Растения по обочинам уже начали сохнуть и желтеть. Стебли дикого кервеля истончились и шелестели на ветру. Июль – последний по-настоящему теплый и сказочный месяц лета. Перед тем, как прохладный ветер станет намекать на грядущие холода, а год начнет обратный отсчет. Конец чего-то блистательного. Возможно, им с Коббом суждено было быть вместе только этим летом.

Она толкнула дверь лодочной мастерской. Кобб никогда ее не запирал. Барашек, пес, который достался Астрид от дяди Генри, спал, свернувшись калачиком в корзине на кухне. Очевидно, без сил после целого дня «охоты» в зарослях. Когда хозяйка вошла, он навострил одно ухо, но сразу снова сомкнул веки. Кобб читал, устроившись на стуле около воды. Увидев девушку, он отложил книгу. Всмотрелся в лицо Астрид.

– Все хорошо?

– А что, настолько заметно?

Она вышла к нему на пристань и рассказала о новой работе, о том, что отходит на следующий день с первым приливом. Он сказал, что рад за нее. Что будет скучать, но две недели пролетят быстро, и при этих словах она вздрогнула – и знала, что он это заметил. Еще он сказал, что она не решалась смотреть ему в глаза с того самого момента, как вошла.

Она села на стул рядом с ним и посмотрела на воду – полный штиль. Она подбирала правильные слова. Но Кобб начал первым.

– У нас все хорошо? – Он выделил «нас».

Она хотела сказать ему, что все в порядке. Что после ее возвращения они продолжат с того момента, на котором остановились. Но это значило отложить разговор, а чем дальше, тем было бы труднее.