Ангелочек для бывшего мужа (СИ) - Леманн Анна - Страница 3

Парень несколько секунд молчит, принимая решение.

— Секунду, спускаюсь, — наконец отвечает он, схватив небольшое ведерко и шустро спустившись с ним к нам.

Устраивает его рядом с почти такими же тремя ведрами вишни и, вытерев руки о тряпку, подходит к нам.

— Пойдем, — кивает он головой в сторону одной из калиток.

Оставляю Лауру и Иона с крестной первой, направившись вслед за мужчиной. На крыше он казался парнем, а сейчас могу с уверенность назвать его мужчиной за тридцать.

Ефим малоразговорчив, но и мне подробная экскурсия не нужна. Первым делом мужчина ведет меня к животным. В основном показывает их и коротко рассказывает о каждом. Расписывает, чем они питаются и чем отличаются некоторые породы.

Кролики, козы, свиньи, куры, гуси…

Типичный деревенский набор.

Но признаю, что здесь все аккуратно и чисто. Везде хорошие, выстроенные дорожки. У каждого из видов животных работают по несколько людей. Каждый занят своим делом. Кто убирает, кто осматривает животных, а кто что-то чинит.

Но несмотря на то, что Ефим скуден в речи, а может, всему виной плохое знание русского языка, в его речи чувствуется акцент. Он показывает и рассказывает обо всем так, словно я собираюсь у них что-то купить.

Я, конечно, заплачу за сегодняшнее развлечение, но кроликов и коз покупать точно не собираюсь. Думаю, бабушка не оценит такого сувенира из этой страны. Магнит на холодильник ей привычнее.

— Смотри, здесь у нас виноградники, — показывает он на длинные ряды столбов с которых свисают ветви винограда, а кое где и грозди. — Между виноградников клубника у нас растет. Вкусная, — отходит на пару шагов и срывает пару штук. Промывает их под шлангом и протягивает мне. — Попробуй.

Беру предложенное и по одной закидываю в рот.

Черт, вкусно. Правда вкусно.

Давно такой клубники не ел.

Сладкая и ни малейшего привкуса травы.

Вот, что значит хорошая почва и отсутствие добавок.

— Ах ты ж! — недовольно шипит Ефим рядом со мной. — Не против, если на минуту отвлечемся? — спрашивает, но, думаю, мой ответ ничего не решает.

— Что-то случилось? — спрашиваю и проследив за его взглядом, понимаю причину. В конце одного из рядов с клубникой кто-то сидит к нам спиной. И именно этот человек заинтересовал моего экскурсовода.

— Случилось, — тянет он и уже идет в сторону женщины. — Коза одна упрямая, — указывает на женскую спину в клубнике.

— Ворует? — почему-то спрашиваю.

— Ага, конечно. Мое терпение, — фыркает он, а затем уже кричит девушке. — Надя, е-мое! — окликает он ее, а мое сердце при звуке этого имени пропускает удар.

Оглядываю девушку.

Ищу в ней следы своей жены, словно может случиться чудо. Будто такое бывает. Случайно найти свою жену в чужом огороде, ворующей клубнику.

Бред!

Опознать девушку трудно. Головной убор и платье-майка мешают даже фигуру разглядеть, не то что девушку.

— Ты чего не сказала мне? — тем временем ругается Ефим на девушку. — Я что, тебе клубники бы не собрал?! Тебе что было сказано? Отдыхать!

— Да как-то клубники захотелось, — заговаривает девушка, и я округляю глаза. Этот голос узнаю из тысячи.

Быть этого не может!

Надя…

Моя Надя здесь.

В чужой стране. В чужом доме. И в чужом огороде.

— Так ты на крыше. Не дергать же тебя, — оправдывается она. — А остальные уехали. Кстати, — она поднимается на ноги с небольшой железной кружкой в руках. — Я слышала, кто-то приехал? — оборачивается Надя в нашу сторону и… и я встречаюсь взглядом со своей женой, которая замирает при виде меня.

Глава 2

Надежда

— Лаура с гостями приехала, — отвечает мне Ефим, а я не могу отвести взгляда от Паши. Не верю своим глазам, мысленно молюсь, чтобы это был мираж. — Павел, это Надя, — тем временем убивает все внутри меня он. — Надя, это Павел, гость Лауры.

Опускаю глаза вниз.

Он меня нашел.

Зачем?!

Как?! Я ведь хорошо спряталась. Я попрощалась со всем, что было дорого, чтобы он меня не нашел. Выйти на это место было невозможно!

Зачем он вообще меня искал? Я же сказала, что не хочу быть с ним. Я оставила ему чертову записку. Я просила не искать меня и оставить в покое.

Так зачем он пришел?

— Надя, — повторяет бывший жених мое имя. И это действие с его стороны для меня как угроза. Как напоминание о прошлом.

Я не знаю, кто он мне… Был лучшим другом и тем, кому я доверяла больше десяти лет. Месяц был женихом, как я думала. Но по документам он был моим мужем.

Надеюсь, он оформил развод и теперь он “бывший”, а не “действующий”.

— Мне нужно идти, — произношу, не поднимая на них глаз.

Нет! Не сейчас!

“— Я поцеловал другую, — повторяет он, тяжело вздохнув. — И я бы отдал все, чтобы сделать это снова…” — звучат в голове воспоминания из прошлого. Те самые слова, которые разрушили меня и сломали.

Резко разворачиваюсь и срываюсь на бег. Бегу не домой, а в чужие огороды. Там есть лаз.

Так проще скрыться от Паши.

Я не хочу его видеть и с ним говорить. Мне нельзя с ним говорить…

— Надь, ты чего? — доносится мне в спину от Ефима. За полтора года он привык к тараканам в моей голове, но иногда все же удивляется.

— Стой! — кричит Паша мне вслед. — Надя, стой! Надя, твою мать! — зло рычит и, судя по голосу, срывается за мной.

Ускоряюсь, но одна секунда — и я в чужих тисках. В руках мужчины, которому больше не принадлежу.

Дергаюсь и пытаюсь вырваться, зло глядя ему в глаза. Через взгляд хочу передать все, что хочу с ним сделать.

Мы друг другу никто! Он не имеет права меня касаться! А я имею право убегать, от кого хочу!

— Эй, мужик, отпусти мою девушку, — произносит Ефим, появившись рядом и попытавшись меня вырвать из рук Паши.

Чувствую себя резиновой уткой, которую пытаются поделить две собаки. Один дергает на себя, а другой не отпускает.

— Твою девушку? — переспрашивает Паша удивленно.

— Да! Невеста моя! Отпусти! — рявкает Ефим на Сабурова.

Хочется прыгнуть в объятия Ефима и спрятаться за его спиной. Все эти полтора года он помогал мне во всем. И сейчас старается заботиться.

— Невеста? — переводит взгляд на меня. — А невеста в курсе, что она невеста?

— В курсе! — восклицаю я. — Отпусти!

Вранье.

Между нами с Ефимом ничего, кроме дружбы. Дедушка в шутку сватает нас всегда, потому что Ефиму не везет с девушками, а я не подпускаю к себе никого, кроме этого мужчины. Но между нами ничего нет. Ефим сразу сказал, что я для него слишком молодая. Больше на сестренку похожу.

Но мы иногда шутим называя друг друга любимыми. Добавляет настроения, и рабочие не пристают со своими предложениями погулять.

Дедушкиных работников не смущает даже то, что у меня ребенок есть. А вот статус невесты сына хозяина — смущает.

— Руки от нее убери, — рычит Ефим и я вижу, что еще секунда и начнется драка.

И я даже знаю, кому попадет. Моему спасителю.

А мне этого не хочется. Слишком уж дорог.

— Ефим, мы с Пашей знакомы. Это друг моего старшего брата, — произношу смущенно. — Ты можешь оставить нас на минуту? — прошу его.

— Если он тебя лапать не будет, — ставит он свое условие.

— Разве я лапаю? — восклицает Сабуров, и я с трудом сама сдерживаюсь, чтобы не начать его бить. — Просто обнимаю старую знакомую. Правда ведь, Наденька?

— Ага, — отвечаю и высвобождаюсь из его хватки.

Ненавижу! Как же я его ненавижу!

Пока не видела, все было хорошо, но как только увидела — сразу же все вспомнила, и боль заполнила сердце.

А еще и воспоминания из больницы, когда я сделала выбор между прощением Паши и тем, чтобы сбежать.

Страх медленно, но верно смешивается с болью, запуская панику.

— Я не хочу тебя с ним оставлять, — ожидаемо говорит Ефим и берет меня за руку, спрятав за свою спину. — Явно кто-то из твоей прошлой жизни. Не зря ведь бежала от нее…