Как улучшить дракона. Если он тот еще ящер (СИ) - Драго Таня - Страница 122

Личные покои аэллэ Тайрела оказались неожиданно скромными для монарха столь могущественного государства — просторная, но не роскошная комната с удобной мебелью, стеллажами книг и большим рабочим столом у окна. Сейчас, однако, помещение больше напоминало лабораторию мага — в центре установили низкий круглый стол с начертанными защитными символами, вокруг которого расставили серебряные чаши с разноцветными жидкостями и кристаллы, пульсирующие мягким светом.

— Мои личные целители пытались выяснить природу проклятия, — объяснил аэллэ, заметив мой заинтересованный взгляд. — Пока безуспешно.

Только избранные советники и старейшины последовали за нами: Дион, Латор, Оуката и трое из пяти драконьих старейшин, включая архивариуса Земеля. Также присутствовал королевский целитель — худощавая женщина средних лет с проницательным взглядом и седой прядью в темных волосах.

— Ринтана Литания, — представил её аэллэ. — Глава Королевской школы целителей и мой личный врач. Она первой заметила необычный характер заражения.

Женщина склонила голову в формальном приветствии:

— Мой долг перед аэллэ. Рада видеть истинного Преображающего — это редкая удача для целителя.

Аэллэ неспешно снял верхнюю часть парадного одеяния, оставшись в простой льняной рубашке с закатанными рукавами. Теперь я могла полностью видеть распространение тёмного узора — он начинался от кончиков пальцев правой руки, поднимался по запястью, охватывал предплечье и уже достиг локтя.

— Яд распространяется медленно, но неуклонно, — пояснила Литания. — Он следует по магическим каналам тела, постепенно блокируя их и нарушая естественный поток энергии.

Я осторожно приблизилась и попросила разрешения прикоснуться к пораженной руке.

Аэллэ молча кивнул. Едва мои пальцы коснулись темных линий, я ощутила чужеродную, искаженную энергию, пульсирующую под кожей. Это было похоже на черную вязкую субстанцию, затекающую в реки чистой магии и отравляющую их.

Но было и что-то ещё — едва уловимое ощущение... знакомости? Словно я уже сталкивалась с подобной энергетической структурой.

— Это... странно, — пробормотала я. — В этой магии есть что-то, напоминающее...

— Родовую магию Радналов, — закончил за меня Дион. — Да, мы тоже это заметили. И это часть загадки, которую нам предстоит разгадать.

Аэллэ жестом пригласил всех расположиться вокруг рабочего стола, на котором была разложена подробная карта королевства.

— Прежде чем вы попытаетесь применить свой дар, Лиралин, вам нужно увидеть полную картину, — сказал он. — Дион, пожалуйста, объясни.

Архимаг подошёл к столу и указал на несколько точек, отмеченных красными символами:

— За последние три дня произошло семь нападений. Западный храм был лишь первым и наиболее публичным. Остальные атаки были более избирательными.

Он прикоснулся к одной из отметок:

— Древний источник в Лунной долине, где, согласно преданиям, первые драконы принесли клятву верности людям.

Его палец переместился к другой точке:

— Гора Рефий, где сохранились наскальные рисунки, изображающие первую встречу драконов и Преображающих.

Так он прошелся по всем отметкам, каждая из которых оказывалась местом, значимым для истории союза между драконами и людьми.

— Западный храм, Лунная долина, Рефий, Перешеек Клятв, Серебряный водопад, Тихая роща и личные покои аэллэ, — подытожил Дион. — Семь точек, связанных с первым договором.

— Но как они связаны с родовой магией Радналов? — спросил Латор, напряжённо вглядываясь в карту.

Дион достал из внутреннего кармана своей мантии несколько кристаллов и разложил их на отмеченные точки:

— Вот что мы обнаружили на месте каждого нападения. Древние артефакты, активированные неизвестной группой, высасывают магическую силу из драконов и семьи аэллэ.

Кристаллы были небольшими, размером с ноготь, но чрезвычайно плотной структуры, с внутренними узорами, напоминающими морозные узоры на стекле. Их окраска варьировалась от глубокого чёрного до тёмно-пурпурного.

— Артефакты, способные накапливать и трансформировать магическую энергию.

Дион кивнул:

— Именно. И каждый из них настроен на особую частоту магии — частоту, характерную для родовой линии Радналов.

Я почувствовала, как внутри всё холодеет:

— Что? Это невозможно! Родовая магия Радналов всегда была направлена на защиту союза, а не на его разрушение.

— В этом и заключается коварство плана, — мрачно ответил аэллэ. — Они используют символическую силу вашего рода, извращая её первоначальное предназначение. Это как... использовать ключ от замка не для того, чтобы открыть дверь, а чтобы сломать весь механизм.

Дион взял в руки один из кристаллов и осторожно провёл над ним ладонью, вызывая слабое свечение:

— Каждый из этих артефактов настроен на определённую частоту магии Радналов. Вместе они образуют резонансный контур, усиливающий разрушительное воздействие.

— Но почему именно родовая магия Радналов? — спросил Латор. — Что в ней такого особенного?

Аэллэ и Дион обменялись взглядами, словно решая, сколько можно рассказать. Наконец, архимаг тяжело вздохнул:

— Потому что именно магия Радналов была использована для скрепления первоначального договора. Эйран Раднал не просто участвовал в церемонии — он вплёл свою собственную магическую сущность в структуру соглашения, создав нерушимую связь между людьми и драконами.

Дион взял кусок мела и начал соединять отмеченные точки на карте:

— Смотрите. Если соединить места нападений, получается...

— Древний символ гармонии, — выдохнула я, узнавая узор, который видела на фресках в храме. — Символ, который использовал Эйран для скрепления договора.

— Именно, — кивнул Дион. — Но самое тревожное — это центр узора.

Он поставил точку в месте пересечения всех линий:

— Вот здесь находится фокус всей конструкции, эпицентр магического резонанса. И это место...

— Древняя крепость Радналов, — прошептала я, узнавая координаты. — Но это невозможно! Сейчас там только руины, заросшие лесом. Родовое поместье находится в другом месте.

— Старое родовое гнездо вашей семьи, — уточнил Дион. — Нынешнее поместье Радналов — лишь бледная тень того, чем владели ваши предки. Древняя крепость была заброшена около пятисот лет назад. Официально считалось, что она стала непригодна для жизни из-за проклятия, но на самом деле...