Как улучшить дракона. Если он тот еще ящер (СИ) - Драго Таня - Страница 133

Три человеческих мага — молодых, бледных, с застывшими от страха глазами — были привязаны к низким каменным столбам.

Их руки и ноги сковывали магические путы, не позволяющие сделать ни единого движения. Один из них показался мне знакомым — кажется, он был в свите Диона, когда мы только прибыли в руины.

— Источники силы для ритуала, — холодно пояснила Оуката, заметив мой взгляд. — Преобразование магических потоков требует огромных энергетических затрат. К сожалению, чистая драконья магия для этого не подходит — нужна именно человеческая. Своеобразная ирония, не находишь?

Я содрогнулась от бесчеловечной логики.

Члены "Пламени и Крыла" расставляли по залу странные артефакты — искаженные версии усилителей, которые я когда-то создавала. Каждый артефакт словно пульсировал темной, болезненной энергией, вызывая во мне глубинное отторжение.

Нас с Латором поставили у противоположных стен зала, удерживая магическими барьерами. Я чувствовала, как металлический обруч на шее сжимается каждый раз, когда пыталась сосредоточить свой дар.

Латор выглядел измученным — его тело застыло в болезненной полутрансформации, не способное ни завершить превращение в дракона, ни вернуться к человеческому облику.

— Скоро взойдет луна, — сказала Оуката, изучая какие-то расчеты на древнем свитке. — И мы начнем ритуал.

Я огляделась, отчаянно ища какой-нибудь выход, какую-нибудь лазейку.

Но все пути были перекрыты, каждый проем охранялся, каждый вход запечатан. Я даже не могла связаться с Дионом и остальными — какая-то блокирующая магия окружала зал, не позволяя ни одному сигналу проникнуть наружу.

Время утекало, и вместе с ним таяла надежда. Я наблюдала, как последователи "Пламени" завершают приготовления, как магические линии на полу начинают светиться приглушенным красным светом, как кристальные пилоны постепенно заполняются энергией, мерцая всё ярче.

Наконец, Оуката произнесла:

— Начинаем.

По её сигналу один из магов активировал центральный артефакт, и тонкие энергетические нити потянулись к пленным магам. Их тела напряглись, лица исказились от боли, когда их жизненная сила начала перетекать в ритуальную систему. Крики эхом отразились от сводчатого потолка.

Я не могла этого вынести.

— Остановитесь! — крикнула я. — Вы убьете их!

— Они знали, на что идут, выбрав служение человеческой стороне договора, — холодно ответила Оуката, даже не повернув головы.

В этот момент Латор сделал то, чего никто не ожидал.

Несмотря на магические оковы, несмотря на мучительную боль от блокиратора трансформации, он рванулся вперед с нечеловеческим рыком.

Ему удалось преодолеть удерживающий барьер — возможно, потому что маги сконцентрировали основные силы на активации ритуала, а не на охране.

— Нет! — закричал он, бросаясь к центральному артефакту.

Двое магов тут же перехватили его, окружая сетью парализующей магии. Но Латор продолжал сопротивляться, его частично трансформированное тело извивалось, золотая чешуя вспыхивала в тусклом свете зала.

— Держите его! — рявкнула Оуката. — Не дайте ему сорвать ритуал!

Еще двое магов присоединились к первым, усиливая магическую сеть.

Я видела, как Латор задыхается от боли, как его движения становятся всё более скованными, но он всё равно продолжал борьбу.

Оуката подошла к нему — величественная, безжалостная, с глазами, пылающими драконьим огнем:

— Ты разочаровываешь меня снова и снова, сын мой. Но даже сейчас я даю тебе шанс. — Она наклонилась ближе. — Присоединяйся к нам. Верни величие нашему роду. Или умри как предатель.

Латор поднял голову, встречаясь с ней взглядом. Даже скованный, даже измученный болью, он сохранял достоинство:

— Я не предатель. Это вы предали истинные традиции драконов, основанные на равновесии, а не господстве. Это вы забыли клятвы наших предков.

Глаза Оукаты сузились:

— Глупый мальчишка. Ты мог бы стоять у истоков новой эры драконьего величия. Вместо этого ты умрешь здесь, вместе с этой человеческой девчонкой и её угасающим даром.

Она сделала жест, и магическая сеть вокруг Латора сжалась еще сильнее. Я видела, как он выгнулся от боли, как струйка крови потекла из уголка его рта.

Что-то сломалось внутри меня.

Видеть, как он страдает, как пленные маги кричат, как искаженные артефакты наполняются извращенной силой — всё это превзошло предел того, что я могла выносить.

Серебристая чешуя на моей коже вспыхнула ослепительным светом.

Я чувствовала, как мой дар поднимается изнутри — не плавной волной, как раньше, а бушующим потоком, сметающим все преграды. Металлический обруч на шее раскалился, но вместо того, чтобы подавить мою силу, он словно стал проводником, усиливающим её.

С треском и вспышкой обруч раскололся надвое, падая к моим ногам. Магический барьер, удерживающий меня, задрожал и рассеялся, как туман под утренним солнцем.

Я сделала шаг вперед, чувствуя, как мое тело меняется.

Серебристая чешуя расползалась, покрывая не только руки, но и плечи, шею, часть лица. Я ощущала, как зрение обостряется, как цвета становятся ярче, как тепловые сигнатуры существ в зале проявляются перед моими глазами.

— Остановите её! — закричала Оуката, и несколько магов "Пламени" бросились ко мне, активируя боевые заклинания.

Но я не собиралась атаковать.

Вместо этого я направилась к ближайшему искаженному артефакту — кристаллической сфере, пульсирующей темно-красным светом. Положив на неё руки, я позволила своему дару течь через контакт.

Я видела внутреннюю структуру артефакта — прекрасную, сложную геометрию кристаллических решеток, искаженную чьей-то злой волей. То, что должно было гармонизировать энергетические потоки, было искривлено, чтобы разрушать и разделять их.

Но я могла это исправить. Мой дар Преображающей был создан именно для этого — не разрушать, а восстанавливать, не разделять, а соединять.

Сосредоточившись, я начала медленно "выпрямлять" искривленные линии силы внутри артефакта, возвращая ему изначальное предназначение. Сфера задрожала в моих руках, её цвет начал меняться с болезненного красного на чистый, сияющий голубой.

— Что она делает? — закричал один из магов. — Останови её! — взвыла Оуката.

Но было поздно. Преображенный артефакт вспыхнул ярким светом, и волна чистой, гармоничной энергии разошлась от него по залу, нейтрализуя ближайшие темные конструкции.