Гостинцы от Снежной Царицы. Мороженого не желаете? (СИ) - Рубина Вика - Страница 24

“Мальчики” неохотно поплелись наверх. Они шарились там минут пятнадцать и воротились спокойными.

— Никого там нету, мы все облазили. Шуруйте спокойненько.

Однако подлинного спокойствия так никто и не испытал. Мы продолжали разбираться с книгами, но уже как-то вяло. Потому что требовалось работать с чистой головой, сконцентрироваться на задаче. А какая тут концентрация, когда спутникам отовсюду чудятся потусторонние угрозы.

Первой, как это ни странно, ушла Стася. Причем под благовидным предлогом — сказала, что пора варить ужин, и что она всех скоро ждет на трапезу. Мири увязалась следом, жарить мясо и резать овощи для похлебки. Потом мы лишились Трогга и Стормера — орки решили, что у них подозрительно долго простаивает заготовка под комодик в мою комнату и надо бы уже с ней поскорее закончить. Лиса ушла последней — сослалась на то, что дурно себя чувствует, якобы у нее слабые легкие, поэтому долго среди застарелой пыли она находиться не может. Я никого не держала. В итоге остались мы с Элиной и Мейко. Методом научного тыка мы с высокой долей вероятности обнаружили, где какой стеллаж должен был стоять, согласно каталогу, и теперь заполняли их заново. Если от Элли толку было немного, то варварка проявила себя хорошо — она ловко лавировала между стеллажами, а ее острый взгляд помогал без проблем находить нужные экземпляры. Мы даже не заметили, как зашло солнце. Переделали немало и успели бы еще больше, если бы Элли не ходила за мной как малыш-утенок за мамой.

— Я вам говорю, госпожа. — частила она. — Это цепи бряцали, кандалы. Когда мы приехали, привидение очнулось. И теперь оно жаждет отомстить!

— Элина! — окрикнула ее я. — Включи логику, хорошая моя! Нам-то за что мстить?

— Не за что, конечно. — признала эта трусиха. — Но призраку ведь не докажешь. Он просто злой.

Этим превосходным аргументом наша беседа и закончилась, потому что противопоставить ему хоть что-то было невозможно. Поэтому я твердо обхватила Элину за плечи.

— Послушай меня. Единственный, кто здесь может причинить тебе вред — это паук, но мы их скоро выгоним. Никакие сверхъестественные силы до нас не доберутся, потому что их не существует. Ни привидений, ни демонов, ни духов, ни вурдалаков, ни бабаек, ни джиннов… ПРОСТО НЕТ. Ты меня поняла?

Элина кивнула, но без особой уверенности. Однако я уже настолько на взводе была, что махнула рукой. Мы снова принялись копаться в книжках, но и десяти минут не прошло, как меня кто-то потрогал за плечо:

— Простите, мадемуазель, стесняюсь спросить, но что это вы здесь делаете?

Я резко повернулась и увидела перед собой… пожилого мужчину, лет примерно шестидесяти пяти. Одет он был смешно и совсем не по погоде — плотный камзол с тесьмой на рукавах и наплечниками, сорочка, длинный алый галстук. Я подняла глаза чуть выше. Мужик был совершенно обычный — узкое лицо с костлявой шеей, тонкий нос, кустистые усы и черная подстриженная бородка. Много морщин, но поразительным образом они придавали ему обаяния — будто указывали, что их владелец часто улыбается и смеется. Словом, типичный дядька, которого можно встретить на улице, пройти мимо и удостоить только мимолетным взглядом.

С одним только отличием. Дядька оказался полупрозрачным — я видела через него корешки книг. С именами авторов.

— Знаешь, Элина. — сказала я задумчиво. — А ведь ты, кажется, все это время была права.

Глава 26

Однако Элина от того, что ее правота подтвердилась, не испытала ни торжества, ни даже малой толики удовлетворения. Стоило ей взглянуть на нашего полупрозрачного гостя, как бедная служанка пошатнулась, как осина на штормовом ветру и хлопнулась в обморок. Вернее, хлопнулась бы, если бы мужчина ее не подхватил.

— Ну что же вы, нимфа моя, так неаккуратно. — ласково произнес он. — Ведь можно же пораниться, полы здесь жесткие, из твердого старого дерева, вы переломаете ваши нежные косточки.

Я невольно усмехнулась. А этот дядька совсем не промах, тот еще старый донжуан. Хотя может ли считаться старым тот, чей земной возраст уже перестал отсчитываться? Элина тем временем сфокусировала взгляд и обнаружила, что находится в объятиях незнакомца. Мозг подсказал ей единственно верный выход — служанка раскрыла рот, глубоко вдохнула и…

— Нет-нет-нет, прелесть моя! — увещевал призрак. — Умоляю вас ради всего хорошего, что есть в этом мире, не шумите! Архив есть храм познаний, а в храме нельзя шуметь и бедокурить. Мысли любят покой.

Почему я со стопроцентной уверенностью решила, что вижу перед собой призрака? Да все просто — через живых людей из крови и плоти предметы, как правило, не просвечивают. Нет, бывают и из этого правила исключения, но только среди редких личностей, предпочитающих попивать за завтраком радиоактивное топливо. А поскольку я сомневалась, что здесь этот деликатес можно раздобыть, то тогда вариант оставался один.

— Вы кто? — спросила я строго. По спине предательски полз холодок, но я всячески старалась не показывать неприятного чувства. — Что здесь делаете?

Мужчина убедился, что Элина не собирается голосить на всю округу и только после этого опустил ее на землю. Его морщинистые руки схватились за полы камзола.

— Ох, простите старику, совсем запамятовал манеры. — вздохнул он. — Позвольте представиться — Савелий Анисимович Биркин, заведующий.

Я слегка приоткрыла рот. Должность архивариуса, впрочем, не сильно меня поразила… а вот имя… Нет, Сафина прежде про Биркина не слышала, мне тоже в прошлой жизни не доводилось, но вот от самого имени повеяло родной русской землей. Наверняка сейчас брат-близнец Савелия Анисимовича сидит где-нибудь в питерском парке и играет с таким же благообразным старичком в шахматы. А здесь…

— София Вал… кхм… то есть… Сафина Эльжбета Банкс, герцогиня. А это моя служанка и советница Элина.

Старик улыбнулся, и мне даже показалось, что по его полупрозрачному телу прошла рябь, как по изображению на телеэкране с кинескопом.

— Сафина Эльжбета! Госпожа Банкс! — радушно и торжественно произнес он. — Вы дочь Гарольда?

— Все верно. — согласилась я.

— Какое счастье! А батюшка приехал с вами? Тысяча извинений, дорогая моя душечка, просто миллион! Что же это мы, две старых клячи, совсем счет времени потеряли… Нелли! Нелли! — громогласно позвал Савелий Анисимович. Ради такого случая он даже наплевал на только что им самим озвученную необходимость соблюдать тишину.

— Зачем же ты так суетишься, Савочка? — раздалось откуда-то из глубины зала царственное сопрано, и перед нами предстала дама. Именно так — иначе и не скажешь. Стройная, высокая, с прической из пышно взбитых седых волос, она производила царственное впечатление. Даже довольно простое черное платье не могло это впечатление испортить. И да, дама тоже была полупрозрачной.

— Их двое. — одними губами шепнула мне Элина. — Госпожа, мне… мне кажется, что мы в опасности. Вдруг они сейчас усыпят нашу бдительность, а потом…

Но я страхов Элины не разделяла. Да, есть немало мифов, легенд и страшных сказок, в которых всякие чудовища прикидывались добренькими, чтобы полакомиться героями, но в случае с этими двумя обитателями архива мое чутье молчало. А я привыкла ему доверять.

Савелий Анисимович в несколько шагов подобрался к даме и церемонно взял ее за руку.

— Нелечка, для этого есть более чем достойный повод. К нам пожаловала дочь герцога Гарольда Банкса.

Дама прищурилась и внимательно оглядела меня. И вот вам разница! Примерно так же я несколько дней назад стояла перед мачехой-герцогиней, чувствуя себя куском мяса, который или выберут на суп или отбракуют. Сейчас же — ничего подобного. Взгляд у супруги Савелия Анисимовича был теплый… удивительно, если учесть, кем сейчас была его владелица.

— Что же вас сюда привело, девочка моя? — спросила Нелли.

— Долго рассказывать. — вздохнула я.

— Так мы никуда не спешим! — заверила моя собеседница. — И, смею надеяться, вы тоже. Сейчас и поговорим ладненько, чайку попьем. Вашей спутнице он особенно бы не повредил — кожа бледная, зубы стучат! Это не дело! Савочка, взгрей самовар, будь так любезен.