Империя соблазна (ЛП) - Финелли Мила - Страница 64

Мое быстрое признание, похоже, удивило его. — Ты прощена.

Я выпила еще вина и постаралась говорить непринужденно. — Но, может быть, мы поговорим о наших сексуальных историях. Я расскажу тебе свою.

Он щелкнув поставил свой бокал на стол, затем забрал мой и сделал то же самое. Схватив меня за талию, он поднял меня, как будто я ничего не весила, и устроил так, что я оказалась у него на коленях. Я чувствовала его член, толстый и соблазнительный, под собой, даже через джинсы. Его пальцы собственнически обвили мое горло, и тепло пронеслось по моему животу, чтобы обосноваться в моем клиторе.

Выражение его лица было почти пугающим по своей интенсивности. — Если мне придется услышать о мужчинах, у которых была эта киска до меня, я не успокоюсь, пока не выслежу каждого из них и не перережу им глотки. Так что предлагаю тебе сохранить эту информацию при себе.

Это хреново, но заявление немного меня ошеломило. Тем не менее, нам нужно держать это в перспективе. Никто из нас не был девственником. — Это не может иметь для тебя значения.

— Для меня важно все, что связано с тобой.

Боже. Боже. Как я должна сопротивляться этому человеку? Каждый раз, когда я пыталась воздвигнуть барьеры, чтобы защитить себя, он ломал мою защиту.

Его пальцы сжали мою шею, когда он притянул меня ближе, затем его рот сомкнулся с моим. Поцелуй полон разочарования и решимости, как будто он пытался пометить меня как свою. Или, может быть, это желание с моей стороны? В любом случае, я смягчилась и поцеловала его в ответ, готовая позволить ему вести.

21

...

Вито

Я почувствовал, в какой момент она сдалась.

Мэгги расслабилась после того, как моя рука обхватила ее горло, ее покорная сторона превзошла все остальное. Она собиралась позволить мне делать то, что я хотел, и эта идея меня чертовски возбуждала.

Потому что у меня было еще одно дело, которое я запланировал на сегодня. И ей понравится, когда мой член будет у нее в заднице.

— Трись об меня, — прошептал я ей в рот. — Сделай эту киску приятной и влажной.

Она начала вращать бедрами в чувственном ритме, и я потянулся вниз, чтобы поправить себя свободной рукой, выровняв свой член со швом ее джинсов. Блядь. Моя голова откинулась назад, когда удовольствие пробежало по моему позвоночнику. Я держал руку на ее горле, наслаждаясь ее быстрым пульсом под кончиками моих пальцев, тем, как ее сухожилия и мышцы двигались под моим захватом.

Она прикусила губу, ее кожа покраснела, и я завороженно уставился на нее. — Ты выглядишь такой красивой.

Ее глаза уже остекленели от похоти. — Хочешь трахнуться здесь?

Мой член дернулся от этой перспективы, но я не хотел, чтобы это было быстро и жестко снаружи. — Нет. Сегодня вечером я буду трахать твою задницу медленно и глубоко, и тебе это понравится.

Вместо того чтобы спорить, она простонала: — Все, что хочешь, детка.

Более сексуальных слов я еще не слышал. — Ты моя?

— Да, Вито. Я твоя.

— Скажи это. Скажи слова.

Она облизнула губы. — Я принадлежу Вито Д'Агостино и никому другому.

То, что она помнила каждое слово, заставило лесной пожар промчаться по моим венам. Я не уверен, что выдержу, потребность кончить уже кипела у меня под кожей, сжимая мои яйца. — Докажи это. Встань на колени и отсоси у меня.

Когда я отпустил ее, я ожидал, что она немедленно встанет на колени на террасе. Вместо этого она стянула футболку, обнажив нежную кожу и черный кружевной бюстгальтер. Я положил руки на спинку дивана и ждал, гадая, что она собирается делать дальше. Затем она расстегнула бюстгальтер и бросила его на землю. Ее соски были твердыми, напряженными маленькими пиками, умоляющими меня укусить их. Однако прежде, чем я успел это сделать, она сползла с моих колен и расстегнула джинсы. Я не ожидал, что она разденется, но я не жаловался. Моя женщина была дикой, немного эксгибиционисткой, и мне это нравилось.

Она спустила джинсы с бедер и спустила их вниз по ногам. — Мне оставить трусики? — спросила она.

Черное кружевное белье было красивым, но я хотел, чтобы она была голой.

— Нет, amore mio. Сними их для меня. А потом задохнись моим членом.

Она протянула мне свои трусики, и я поднес их к лицу и вдохнул. Cazzo madre di dio. Они пропитаны ее соками, запах ее киски покрывал ткань. Я вдохнул его, когда она расстегнула меня и освободила мой член. Я поднял бедра немного, чтобы помочь ей, и вскоре я был охвачен теплом и влажностью. Мой мозг потемнел на несколько секунд, ощущение было таким приятным. К счастью, она не дразнила меня и не лизала. Вместо этого она взяла меня глубоко, скользя вниз, пока я не уткнулся в заднюю часть ее горла и не заставил ее задохнуться, затем она ослабила длинные рывки и идеальное всасывание. Она повторяла это снова и снова, не останавливаясь, пока слюна не потекла по моей длине и не собралась вокруг моих яичек.

— Sei perfetto, angioletto mio53. —Гладя ее по голове, я продолжал говорить на своем языке, хотя и знал, что она не поймет моих грязных мыслей и требований. Я рассказал ей, что я чувствую к ней, как я беспокоюсь, что она не чувствует того же.

Затем она провела меня мимо своего рвотного рефлекса в ее горло, и я потерял способность формировать мысль. Это было туго, да, но это была скорее идея, что я был в ее горле, мешая ей дышать. Что она охотно задушит себя, чтобы доставить мне удовольствие.

Я не мог остановиться. Покалывания каскадом пробежали по моей коже, и я схватил ее голову, удерживая ее неподвижно, пока кульминация пронеслась через мой пах, и я выстрелил в ее горло. Волна за волной несли меня выше, и мой член счастливо пульсировал, моя сперма заполняла ее живот. Я втянул воздух, мои глаза прикованы к тому месту, где ее губы обхватили мой ствол. Так чертовски горячо. — Выпей меня, детка.

Когда я закончил, я поднял ее на колени и поцеловал. Она тяжело дышала, но не отстранилась, ее пальцы вцепились в мои волосы, когда она дала мне свой рот. Я мог почувствовать свой вкус на ее языке, и пришло время вознаградить ее.

Я похлопал ее по бедру и укусил за мочку уха. — Пойдем внутрь. У меня для тебя сюрприз. — Я поставил ее на ноги, затем натянул трусы и брюки. Вставая, я снял свитер и натянул его ей через голову. Ткань упала до середины ее бедер. — Для камер.

Ее рот открылся, ужас отразился на ее лице. — Почему ты не…

Я положил руку ей на горло, успокаивая ее. — Их нет здесь, но они в главных комнатах квартиры. Не волнуйся. Никто не увидит тебя голой, кроме меня.

Она хихикнула, когда я взял ее за руку и повел в свою квартиру. — Вито, ты меня трахнул у стекла в казино. Уверен, меня многие видели.

Это было раньше. Я не хотел, чтобы мои мужчины видели, как она красива, когда кончает, как набухают ее соски после того, как я их сосу. Как ее киска становится опухшей и мокрой для меня. Все это для меня — и только для меня.

Эта женщина была моей.

Я проводил ее по стеклянной лестнице в свой номер. Три стены стеклянных окон окружали нас, и вокруг не было других зданий такой высоты. У нас полная конфиденциальность, и только ночное небо было свидетелем.

На моей кровати стояли две коробки с красными лентами, которые я приготовил заранее. Я сел на матрас и подтолкнул к ней сначала ту, что поменьше. — Открой ее.

Она подозрительно посмотрела на нее. — Что это?

— Есть только один способ узнать.

Закусив губу, она подняла коробку и развязала ленту. Внутри прямоугольной коробки была бархатная коробочка. Она сглотнула. — Ты купил мне драгоценности?

Я ничего не сказал, просто ждал. Она положила внешнюю коробку и ленту на матрас, затем открыла футляр. Ее глаза расширились, а губы раздвинулись в быстром вдохе. — О, боже. Вито. — Ее взгляд нашел мой. — Я не могу это принять.

— Не будь смешной. — Я осторожно взял у нее коробку и вытащил бриллиантовое ожерелье. Оно не было чем-то безвкусным или кричащим, но я задавался вопросом, сразу ли она поймет его значение. — Я сделал его специально для тебя. — Поднявшись, я подошел к ней сзади и накинул ожерелье ей на шею. Затем я застегнул застежку. — Вот.