Измена. Игра в чувства (СИ) - Эдельвейс Анна - Страница 13

Я смотрела во все глаза на этого гада. Стоит тут такой командир жизни и даже моё заявление о разводе не принимает всерьёз.

Я уже собиралась уйти, Иван взял меня за руку, я дёрнулась, как от удара током:

— Не прикасайся ко мне. Фу, ты мне противен.

— Элеонора, надо взять себя в руки. Ничего не произошло.

— Не поняла, это кому надо взять себя в руки? Мне? Так я уже. Увезла дочь из дома. Предупредила домработницу. Подала на развод. Завтра сяду, разошлю резюме по конторам. Так что я время не теряла, как видишь.

— Подожди. Ясно, ты сдурела от ревности, я понял. Возвращайся домой. Будем твою проблему решать конструктивно.

— Насчёт проблемы: я развожусь с тобой. Насчёт домой: больше я такой глупости не повторю. Повторяю последний раз: после того, как я сегодня еле унесла ноги.

— Ты что, не слышишь меня? Ты моя женщина, жена. Мать моего ребёнка. Совсем сдурела, решила Машу безотцовщиной растить?! Да кто тебе позволит. Я у тебя Машку зубами выдеру, не беси меня, Элеонора. Моя девочка под моей защитой, это драгоценная половинка моего сердца, дура, очнись. Развезла здесь трагедию из ничего! Тоже мне проблема! И чтоб забыла как меня шантажировать разводом.

Я прослушала его ор, сделала вид, что пропустила мимо ушей:

— Так вот. Раз проблема только у меня, я её решила: — уже съездила, подала заявление на развод. Сейчас буду собирать документы на имущество, которое постараюсь у тебя отсудить.

— Ты что, реально это сделала?

— Реальнее некуда. Я же тебе уже несколько раз об этом сказала, на ватсап отправила номер телефона. Это мой адвокатской конторы, где я писала заявление. Можешь там решать вопросы и не появляться здесь больше.

— Да ты спятила?! Кто тебе разрешил! Мы же только что всё обговорили, — он схватился за голову: — Что ты за баба-дура! Какой развод?

Он вплотную подошёл ко мне: — Выброси из своей хорошенькой головки бред. Все вопросы решаются простыми беседами.

— Иди к чёрту, Василевский. Это ты на совещаниях в восемь вечера решай беседами на столе свои вопросы. Я свои решила — пошёл к чёрту!

— Так, вижу, с тобой в таком состоянии не договорится. Я хочу видеть дочь и общаться с ней независимо от твоей дури.

— Кто ж тебе мешает. Вот Маша, вон там за углом куча песка, можно лепить куличики, правда там зарывают своё дерьмо все коты, ну тебе же не привыкать к дерьму.

— Что ты несёшь!

— Любовница голой задницей ползала по твоему столу, хочешь сказать, на столе не осталось дерьма во всех смыслах? Кстати, то сердечко над умывальником она когда успела нарисовать?

Иван молча хрустел зубами, на его обычно невозмутимом лице ходили желваки:

— Я с твоей адвокатской конторой сам свяжусь. Насчёт Маши: в субботу приеду, заберу её в город, если ты до того времени не придёшь в себя.

— Василевский, лучше попроси свою новую любовницу родить тебе новую Машу. Будет вам совет да любовь.

Муж потряс головой:

— Вот что с тобой делать. Завтра позвоню, береги дочь.

Он направился к машине, я злобно вращала глазами, он повернулся, крикнул тётушке, подслушивающей за углом:

— Татьяна Фёдоровна! Завтра рабочие приедут, крыльцо починят.

— Ой, Ванечка, спасибо, милый. А ещё забор завалился вон там и ворота плохо закрываются.

— Ясно, — Иван кивнул, окинул меня ещё раз долгим взглядом. Плавно развернулся и уехал. От меня. От нас. Как же мне хотелось кинуть вслед ему гранату, чтоб хоть что то его встряхнуло, заставило почувствовать, как мне плохо. Какой он скот, как он так разрушил мою жизнь!

Глава 14

Наступившее утро было избавлением от бессонной, изматывающей ночи. Чем только я не старалась забить себе голову, лишь бы не думать о том кошмаре, в котором бултыхалось моё сердце. Еле заставила себя умыться. Спустилась вниз, возилась на кухне.

— Ой, Элечка, а посмотри кто к нам пришёл! — какой-то наигранный голосок тётушки заставил отвернуться от сковороды. У калитки стоял мужичонка с электрокосилкой. Не поняла, чему так тётка обрадовалась, продолжала жарить оладьи. Ольга с Машей сидели за столом под яблоней, мы собирались завтракать.

Я вынесла миску с оладьями, тётка хлопотала возле гостя:

— Коля, а ты садись вот сюда, с нами.

Я вопросительно глянула на Ольгу, та пожала плечами, мы обе уставились на тётю Таню. Та вилась пчелой над столом, Машенька уже макала оладью в свежесбитую с сахаром малину.

— Эля, а ты не узнаёшь Николая?

Я с удивлением уставилась на мужчину, кто это? Незнакомый мужчина самодовольно снял кепку с головы, пригладил солому на голове, повернулся ко мне, демонстрируя себя во всей красе.

— Элька, это же я, Давыдов Славик. Помогал твоей тётке этот дом купить. Мебель носил. Сосед я ваш.

Меня неприятно кольнуло. Во-первый я не Элька, а Элеонора даже для соседа тётушки, коим мой визави являлся. Обрюзгший мужик на полтора центнера весом совсем не очаровал меня старым знакомством. Я повернулась к тёте Тане, сразу считала в её хитрых глазах своднический огонёк — она решила меня познакомить с “мужчиной”.

— Я вот, Элька, пришёл траву у вас покосить, тебя увидеть. Ну, как она там, жизнь городская?

Он серьёзно? Я сглотнула, пытаясь унять всю нецензурную лексику. Увидела, как Ольга утащила Машу в дом, по дороге прыснув в рукав и что то нашёптывая Маше на ушко.

Я молча сидела, пытаясь успокоиться. Ну при чём здесь на самом деле мужик. Хоть мне и хотелось разораться, объяснить соседу что я ему сейчас расскажу про жизнь городскую, но виновата была тётка, что заделалась в сводни. Я тяжело вздохнула. Наверное, Славик неправильно понял мой вздох, придвинулся ближе, уплетая оладьи, с набитым ртом беседовал с тёткой. Рукой размахивал в воздухе, водил по палисаднику тётки, очерчивая границы, где будет косить.

— Я пойду, — хотела встать, тут меня это недоразумение по имени “Славик” схватил за руку:

— Элька, ты куда, посиди с нами. Поговорим, мы же давно не виделись.

— Вот что, Давыдов Славик. Не прикасайся ко мне. Если ты не знаешь, я замужем и с посторонними мужиками не разговариваю.

— Если ты замужем, чё тогда кольца на пальце нету? — соломенное чучело не забывало сметать оладьи, правда, глаз с меня не спускал. Плотоядных. ехидных, недобрых глаз.

— В ломбард сдала, ружьё купила на выручку. Чтоб от ухажёров отстреливаться

Славик злобно посмотрел на тётку, она опустила глаза, услышав его претензию:

— Так Татьяна сказала, что ты вроде…

— Славик, а вот бери ещё оладьи, угощайся, — вероятно, у новоявленной сводни что то пошло не так, она всячески юлила, щебетала соловьём, я встала, пошла в дом. По дороге захватила ведро, тряпки. Поднялась к нам на чердак, решила сегодня отмыть его до блистера. Через окошко услышала голосок Маши, выглянула, увидела дочку за столом рядом с Ольгой.

— Девочка, как тебя зовут? — Давыдов задал ей вопрос, я сначала взвилась на дыбы, чего это он с ребёнклм говорит, но рядом сидела Ольга и что-то шептала ей на ушко.

Пока я спускалась гнать этого придурка мокрой тряпкой, слышала, Маша ответила:

— А вас.

— Для тебя дядя Слава.

— Мама дома тараканов называет Славиками. Так и говорит: Маша, увидишь Славик бежит, тапком его, тапком!

Я остановилась на крыльце сложившись пополам от смеха. Что такое Маша несёт, где она видела тараканов.

— Да, — продолжала моя фантазёрка, — А папа говорит, лучше не тапком, а палкой!

Я вышла с крыльца, наблюдая как Давыдов исчезает за воротами. Села за стол, Ольга довольная обнимала Машу.

— Доченька, что ты придумала, какие тараканы?

— Это меня Оля научила. Зачем он тебя Элька обзывает? Вот приедет папа и как даст ему! Палкой!

— Да мы ему сами наваляем, да, Маша? — Ольга прыснула, прижимая к себе Машу.

— Оль, я не разрешаю Маше со взрослыми чужими людьми разговаривать, — прошептала сестре, та кивнула.

Я к тётке повернулась:

— Тётя Таня, не делайте так больше никогда, ясно?