Босс Мой нежный зверь (СИ) - Эдельвейс Анна - Страница 12

– Для тебя бокал “шорле”, недотрога.

– Это чтоб я дотрогой стала? – подозрительно спросила моя гостья, к бокалу не притронулась.

Ловко достал из духовки потрясающее жаркое. На столе оказались каперсы, соус, зелень:

– Присаживайся к столу.

– Здесь подожду, пока вы поужинаете и, наконец, мы делом займёмся.

До чего же упрямая, вредная и противная деваха. Чёрт, она уже бесит меня. Подошёл, отодрал её от стула, перенёс к столу, вручил вилку:

– Ешь и не беси меня.

Она сидела не шевелясь, выпалила:

– Вы, Данилов, самодур. Делаете, что хотите. Захотел, поцеловал, захотел принёс, накормил, заставил торчать в этом городе.

– Да, это не все мои таланты.

Я вспомнил, что в хлебопечке ждёт горячий батон. Вынул одуряюще ароматный хлеб. Резал, слышал как колко лопается тончайшая прожаренная корочка, как пышет ноздреватая мякоть. Отрезал, протянул ей:

– Скушай, Света, кусочек хлебушка, и пойдём разговаривать. А не скушаешь, не пойдём.

– Ко всему вы ещё и шантажист, – надо было слышать, С каким злющим сарказмом она это сказала. Поднял глаза на неё, перестал жевать:

– Это одна из граней моей чудесной личности.

Сказал и завис взглядом на её губах. Упрямые, плотно стянутые, но такие сладкие, сочные, упругие. Облизнулся. Она перехватила мой взгляд, зарделась, опустила глаза. Схватила вилку, стала ковырять еду, скорее, чтоб просто отвлечься от моего внимания.

Странное дело, чем дольше я смотрел на неё, тем больше меня к ней тянуло. Надо это прекращать.

Она встала из за стола первой, направилась по коридору в ванную, я смотрел ей в спину, оценивал. Фигурка отвал башки. Тонкая талия и внушительная задница спелым яблоком приклеивала к себе взгляд, заставляла сладко пульсировать низ живота. Светка волшебным движением руки распустила резинку с волос, махнула головой. Волна волос рассыпалась по плечам, девчонка подхватила свой рюкзак, скрылась в коридоре за дверью ванны.

Я взвыл. У меня по дому ходит женщина, заставившая пламенеть низ живота. Натянувшаяся ширинка сообщила, что всё готово, чтоб догнать жертву. А я думал, на какой козе к ней подъехать и что то мне подсказывало, что та коза ещё не родилась.

Убрал посуду, слышал как в гостевой ванной лилась вода. Наверное, Света душ принимает. На секунду представил себя рядом с ней.Там, в ванной, под горячими струями. Какая она голая? Представил, как она подняла руки, как чётко очерченные полукружья груди раздвинулись сосками в разные стороны, её влажные бёдра, стекающие по ним ручьи мыльной пены. Чёрт!

Отправился в гостиную, мерил шагами зал, всё ждал, когда она выйдет. Что так долго можно делать в душе?!

Наконец, услышал лёгкие шаги, обернулся. Света бледная, с горящими щеками, в несуразно розово-лиловом свитере и тех же джинсах появилась на пороге. Влажные волосы на прямой пробор гладко заправлены за уши. Она без всякого кокетства прошла к ламберному столику, присела на стул. Равнодушно, без эмоций спросила:

– Это ничего, что я у вас душ приняла. Надеюсь, не сильно заставила ждать?

Зараза, вот же ядовитая оса! Да я тут чуть не охренел от своих фантазий.

– Света, в другой раз не надо злоупотреблять моим временем. Ты здесь не на отдыхе, а по делу.

Чёрт, зачем я это сказал!

– Да, я помню, Юрий Матвеевич. Вы что то хотели мне сказать. Слушаю вас.

Слушает? Меня? Я уже всё сказал, когда целовал её, что ещё говорить. Молча смотрел на неё, ползал глазами по неприступному лицу, всё думал, чем закончится сегодняшний вечер. Наконец встряхнулся, взял себя в руки. Решил отложить игру в сексуальные симпатии.

– Почему журналистика?

– Ну, я филолог по образованию и мне всегда было интересно общение. А если честно, – она опустила голову, как будто решаясь, говорить или нет, выдохнула: – это единственное место, куда меня взяли на работу без опыта, и то по знакомству.

Девчонка подняла на меня глаза. Чёрт, охеренные, спокойные, умные, я таких и не видел раньше.

– Света, зачем тебе моё интервью? Сколько тебе заплатит твой редактор?

– Я рассчитываю на премию в сорок тысяч.

– И ты за эти несчастные сорок тысяч ехала поездом, сейчас сидишь у мужика в его берлоге, рискуешь честью. Почему твоя работа стоит так дешёво?

– Других денег на улице не валяется.

– Твои таланты стоят дороже.

– Вас, счетовод моей судьбы, забыла спросить. А застряла я здесь, потому, что если приеду без задания, то и этих денег не увижу. А у меня кредит.

– И всё?

– Что значит и всё? Мама и сводная сестра.

– Ты ипотеку выплачиваешь?

– Нет, за машину. Только у меня нет машины, она у любовницы мужа. Ой, не хочу об этом говорить. – она снова заправила за ушко прядку волос, свалившуюся на лоб:– Юрий Матвеевич, вот вопросы по интервью я приготовила, как вы и говорили.

Я смотрел на неё и не слушал. Меня трясло импульсами, разрядами. Мне хотелось прикоснуться к этой женщине. Мозги искали способ удержать её возле себя, не выпускать, не потерять ни в коем случае. Такую женщину я никогда не встречал. Она сидит, безнаказанно пьёт мою кровь, несёт какую то чушь, а я глаз от неё оторвать не могу.

Прижался лбом к её лбу:

– Светка, идём ко мне работать.

Глава 12

Глава 12

Юрий

Наклонился к ней, прижался лбом к её лбу:

– Светка, идём ко мне работать.

Рот моей несговорчивой гостьи открылся буквой “О”. С ума сошла, такие фортели губами рисовать перед взведённым мужиком?! То в ванной плескалась, по капле испытывая моё терпение, теперь сидела с приоткрытым ртом. Я уже целовал этот рот. Представил, как эти губы плотным кольцом умеют обхватить член и заставить рычать, лаская и втягивая в себя. Да что же это такое! Чуть не взвыл. Пришлось встать, отойти от неё. Надо бы башкой в морозилке пободаться, остыть. Чтоб отвлечься, вынул из шкафа блюдо с зефиром, снял с него хрустальную крышку, поставил перед ней:

– Ешь.

Она рассеяно переводила глаза с кремовых воздушных завитушек на меня и обратно. Плотно сжала губы, слава тебе, Господи. Я вспомнил, что хотел сказать:

– Света, у тебя потрясающие качества делопроизводителя. Я предлагаю тебе работу у меня. Секретарём.

Она изучающе подняла глаза на меня, потом спокойно, расстреливая каждым словом утвердительно спросила:

– Вы ещё не поняли, что я не буду раздвигать ноги, как бы вы это не называли” секретарь” или “ делопроизводитель”?

Вот это она отвесила мне прямой в челюсть!

– Света, надо учиться разделять личные фантазии и деловые предложения. – я испытующе смотрел на неё.

– У меня учителя плохие попадаются. Один хуже другого.

– В смысле?

– Муж завёл секретаршу для сексуальных утех, а её работу выполняла я. Вы решили совместить два в одном. Я и для утех и для дела. Так вот, я не продаюсь.

– Я в отличие от твоего опыта имею другой. Не путаю белое с кислым.

– Кислое это я?

– Да.

Мы оба молчали, она спросила:

– Вас вообще интересует нравится мне работа или нет?

– Ну расскажи, какая тебе работа нравится?

– Дегустатор пирожных, кофе и булочек.

– По твоей фигуре не скажешь.

– А я выиграла в генетическую лотерею и мучное меня не полнит.

– Совмещай, дегустируй. Лишь бы делу не мешало. Как тебе моё предложение?