Код Заражения 2 (СИ) - Подус Игорь - Страница 26

– Мне кажется, забился он на этом свете – зло проговорил он и все, кто ещё вчера, считал Майданова гвоздём, на котором всё держится, с ним согласились.

Так уж получилось, что после падения лагеря, необстрелянных людей рядом не осталось. Беркут с Трактористом, готовы ехать хоть сейчас. Говорливый сержант тоже себя проявил и решил остаться с нами. Аслан и два бойца, снятые с атакованного блокпоста, тоже поняли, обратной дороги нет.

– Выходит, нас здесь всего семеро – проговорил я, всех посчитав. – Но есть ещё один вопрос, куда деть гражданских?

– Можно на турбазу отвезти, куда мы деда с внучками переправляли. Там народа немного. Мужики с оружием и вроде адекватные. Да и нас уже знают – предложил Аслан.

Пока мы стояли и решали вопросы, от блока складов отъехали два армейских козлика и остановился невдалеке. Из машин выскочили несколько бойцов в полной боевой экипировке и офицер в полевой форме майора, с фуражкой на голове.

– Кто у вас здесь главный? – с ходу спросил он.

Я указал на Беркута.

– Лейтенант, я майор Коновалов, начальник службы охраны блока складов. Мне сказали, что вы единственные, кто принимал непосредственное участие в бою за триста тринадцатый и смогли уйти. Это так?

– Получается, что так – подтвердил Беркут.

– Поговорим?

– А почему бы не поговорить, но только если недолго.

Оговорка Беркута, Коновалову явно не понравилась, но он сделал вид, что её не заметил.

– Лейтенант, я собираю всю информацию об инциденте. Расскажите, что там произошло.

– Товарищ майор, а кто ваш непосредственный командир? – неожиданно спросил Беркут.

– Полковник Звягинцев. Бывший заместитель руководителя лётного училища, недавно ставший начальником штаба блока складов.

– А кто его непосредственный командир?

– Полковник Емельянов, начальник блока складов.

– А кто стоит над ним?

Услышав очередной вопрос, Коновалов нахмурился.

– Лейтенант, зачем столько вопросов?

– Товарищ майор, если хотите продолжить разговор, то лучше ответьте – с нажимом настоял Беркут, явно дав понять, что Коновалов ему не командир.

– Хорошо. Формально руководителем сектора является генерал Майданов, но некоторыми своими действиями, он поставил под вопрос свой статус.

– Спасибо товарищ майор, именно это я и хотел услышать. А теперь я хочу знать, вам нужна правда, или версия выгодная генералу Майданову?

– Правда – без раздумий ответил Коновалов.

– Ну тогда слушайте.

Глава 12

Два года назад.

Макс

В рассказе Беркут намеренно избегал осуждения действий генерала Майданова и полковника Волкова. Он просто представил сухие факты, едва ли не посекундно, восстанавливая ход событий для каждого подразделения и действующего лица. В этом ему неоценимо помог Аслан. Слова лейтенанта военной полиции, лично стоявшего на блокпосте и видевшего лично все этапы предательства, звучали как неопровержимый аргумент.

Выводы за майора никто делать не собирался. Главное – передать информацию в штаб блока складов. А уж пусть там, начальники с большими звёздами сами решают, что к чему.

После окончания доклада мы получили предложение проследовать на КПП для составления подробных рапортов. На это последовал вежливый, но твёрдый отказ. Неподчинение явно не пришлось по вкусу, начальнику службы охраны блока складов. Я же сразу понял: мы рушим чьи-то планы, которые руководство объекта имело на наш счёт.

Однако Коновалов оказался искушённым дипломатом. Сменив выражение лица, он сделал вид, будто всё в порядке, и тут же предложил нам помощь. В этот момент Беркут едва не оступился, чуть было, не согласившис. Вероятно, он хотел воспользоваться и пополнить боекомплект БТРа или попросить убежища для гражданских, бежавших из лагеря.

Заметив это, я едва заметно покачал головой. Беркут уловил сигнал и перевёл разговор в другое русло.

Мне же захотелось понять истинные мотивы предложенной помощи: попытку нас подловить или искреннее желание реально помочь? В последнем случае слова должны были подкрепиться немедленными действиями. Но майор действовать явно не спешил.

В итоге общение зашло в тупик. Под конец Коновалов посоветовал не искать временного пристанища в крупных населённых пунктах, а обосноваться у выгоревшей заправки. Беркут пообещал подумать, и майор уехал.

– Молодец, что не сорвался – похвалил я Беркута. – А теперь – ноги в руки и валим отсюда подальше.

– Люди измотаны, зачем сразу уезжать? За заправкой цистерна с чистой водой. Можно немного задержаться и, хотя бы обмыться, – предложил один из бойцов Аслана.

– Нет, в сторону турбазы нужно уходить прямо сейчас. Не стоит ошибочно думать, что разногласия с генералом Майдановым, не позволят с ним договориться засевшим на блоке складов военным. Если это произойдёт, к нам сразу наведается боевая группа. Они вежливо попросят сдать оружие и проследовать на местную гауптвахту. И тогда мы перестанем быть боевой единицей и превратимся в разменную монету.

– Думаешь, они на это пойдут?

– После слива лагеря с десятью тысячами эвакуированных, я уже ничему не удивлюсь. Нас могут обвинить, к примеру, в преступной халатности, приведшей к уничтожению триста тринадцатого – любая из сторон. И потом им никто не помешает нас, на всякий случай поставить к стенке.

Мои слова возымели действие, и уже через пять минут колонна из БТР-70 и двух грузовиков двинулась в сторону водохранилища.

Небольшая туристическая база, носившая название «Берёзка», была покинута. Два дня назад жители куда-то уехали. Судя по состоянию разбросанных по берегу двухэтажных срубов, они вывезли всё самое ценное – генераторы, газовые плиты с баллонами и моторные лодки. Всё это, в своё прошлое посещение, Аслан видел лично.

А вот само место мне понравилось: с одной стороны открытая вода, чистый берег с небольшой пристанью. До противоположного берега – больше километра. Домики прятались под сенью высоких берёз. Пусть и без электричества, но в каждом имелась печь. Неподалёку стояли бани, беседки и мангалы. Имелась просторная столовая, для отдыхающих, помещение для обслуживающего персонала и большой дровник, полностью забитый порубленными паленьями.

Плохо, что всё это было огорожено обычным забором из тонкого профлиста. Вместо ворот – шлагбаум. Да и по частично открытому берегу, на турбазу Берёзка, можно было легко проникнуть. Короче говоря, от зомби защиты никакой, кроме массивных деревянных дверей домиков и ажурных решёток на окнах первых этажей.

В любом случае людям требовался отдых, и было решено разместиться в центре турбазы, у пристани, в трёх самых больших домиках.

Маша взяла на себя заботу о детях и гражданских, а затем занялась приготовлением еды из остатков нашего НЗ. Здесь себя проявила Петровна, та самая женщина, которая узнала меня при заезде в дачный посёлок. Её мы оттуда вывезли после нападения зомби, вместе с сыном-подростком и субтильным мужем в очках.

После этого она инстинктивно держалась возле нас, помогала Маше с детьми, и, как оказалось, не зря. Мы спасли её семью во второй раз.

Народу было немного, но для организации посменного боевого охранения вполне хватало. После водных процедур и позднего обеда, состоявшего из макарон, приготовленных по-флотски, все немного расслабились.

Я же вместе с Трактористом провёл инспекцию боезапаса и топлива, а затем собрал всех мужчин, свободных от дежурства, в большой прибрежной столовой.

– Аслан, спасибо за наводку на турбазу. Место отличное, – поблагодарил я лейтенанта военной полиции. – Ну а теперь о проблемах. Тракторист, что у нас с боекомплектом и топливом?

– К главному калибру БТР-70 – один короб. Пятьдесят патронов БЗМ для КПВТ. Для ПК набил две ленты по двести. Больше нет. Топлива тоже мало. Если сейчас придётся выехать колонной, сможем совершить марш-бросок километров на сто, не больше. Так что просто так по округе не покатаемся.