"Фантастика 2025-157". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Ахминеева Нина - Страница 307

Заметив, как вдовец угрожающе прищурился, Ярослав тихо сказал Кате:

— Думаю, вам с девочками лучше присесть, — воин жестом указал куда именно: между одной из женщин и юношей пустовали три стула.

Коротко кивнув, Катерина села на ближайший. Очутившийся по соседству молодой человек тотчас снял кепку и быстро провел ладонью по светлой шевелюре. Затем, желая понравиться симпатичной девушке, снова обаятельно, демонстрируя милые ямочки на щеках, улыбнулся.

Не выказывая ответного интереса, Катерина даже не сменила непроницаемое выражение на лице.

Цепко глянув на парня, Ярослав проследил за рассаживающимися боярынями, а потом отошел к противоположной стене и встал напротив подопечных.

Задумчиво покрутив в руках мобильный, юноша повернулся к Кате и негромко заметил:

— Вы с сестрами очень похожи. Все красавицы.

— Благодарю, — ледяным тоном отозвалась девушка, прекрасно понимая, что с боярынями они не похожи ни капли.

— А я вот сижу, жду, когда документы отдадут, — не реагируя на холодность девушки, сообщил юноша. — На этих чиновников никаких нервов не хватает. Меня Ефимом зовут. А тебя?

— Имени своего вам сообщать не намерена, — отозвалась Катерина холодно.

Разочарованно вздохнув, юноша посмотрел на Ярослава, словно ища у того помощи. Ответив нечитаемым взглядом, телохранитель моментально напрягся. Вроде безобидный, улыбчивый паренек, и угрозы пока не наблюдается, но профессиональная интуиция отчего-то сработала.

В это же мгновение дверь в кабинет распахнулась. Остановившись на пороге, затянутая в строгий черный костюм заместитель начальника произнесла:

— На комиссию приглашаются претенденты на опеку над боярынями Изотовыми.

Отлипнув от стены, Ярослав подождал, пока Катерина и девочки войдут в кабинет, и, намеренно опережая Потемкина, скользнул следом. Очутившись в просторном помещении, сопроводил подопечных к самым дальним стульям. А потом замер рядом, не отводя тяжелого взгляда от Потемкина. Тот, демонстративно возведя глаза к потолку, неодобрительно покачал головой.

— Тамара Прокофьевна, — неожиданно послышался от двери голос заместителя, — можно мне все же уйти?

— Ступай, — с досадой отозвалась начальница. — Справлюсь одна.

За упорхнувшей по личным делам сотрудницей захлопнулась дверь, а хозяйка кабинета пододвинула поближе документы. Конечно, отпускать заместителя во время комиссии не по правилам, но у той ночью дочь отвезли в роддом. От встревоженной будущей бабушки пользы сегодня ждать не приходилось.

«Позже подпишет протокол», — успокоила себя Тамара Прокофьевна.

Не выказывая удивления количеством визитеров, привыкшая ко многому за столько лет работы женщина принялась медленно листать лежащую перед ней папку.

Подобные дела в ее практике уже встречались. Она нередко сталкивалась с тем, что молодые кандидаты в опекуны впоследствии горько сожалели о принятом решении. Приходилось вновь пересматривать дела, и частенько дети отправлялись под опеку государства. Поэтому начальница уже не раз беседовала с юной претенденткой Тимирязевой. Второго кандидата Тамара Прокофьевна видела впервые: документы у него принимала заместитель.

Вновь поправив очки, женщина строго оглядела присутствующих и хорошо поставленным голосом произнесла:

— Прибывших на комиссию прошу представиться, — остановив взор на Потемкине, дала понять, кто именно будет говорить первым.

— Потомственный дворянин Егор Николаевич Потемкин, — мгновенно сориентировался тот. Галантно поклонившись, изобразил на лице глубокую печаль. — Супруг безвременно почившей главы рода бояр Изотовых Софьи Сергеевны.

— Сочувствую вашему горю, — искренне промолвила начальница.

Неторопливо поднявшись с места, Екатерина гордо вскинула голову.

— Потомственная дворянка Екатерина Федоровна Тимирязева. Вассал рода Изотовых, давшая клятву верности лично главе рода Софье Сергеевне. Со мной прибыли на комиссию боярыни Елизавета и Александра Изотовы, а также их телохранитель.

Взглянув поверх очков на решительно настроенную девушку, чиновница вновь полистала документы.

— На получение права опеки претендуют два кандидата, — начала сухо, глядя в бумаги. — Елизавета и Александра Изотовы дали согласие обоим. По правилам я должна принять решение на основании имеющихся в деле анкет. Более подходящей кандидатурой пока для меня является Егор Николаевич. — Вдовец довольно приосанился. — Однако в целях детального рассмотрения дела я готова выслушать юных боярынь, — моментально смягчив тон, она обратилась к девочкам: — Елизавета, Александра, хотите ли вы что-либо сказать?

— Да, — твердо произнесла Лиза, синхронно встав вместе с сестренкой и взяв ту за руку. — Мы хотим в опекуны Катерину Федоровну Тимирязеву. А Потемкин нам не нравится, мы его совсем не знаем.

— Но вы же дали ему согласие, — напомнила начальница. — Отчего так вышло? Вас кто-то заставил?

Быстро переглянувшись, боярыни одновременно хмуро посмотрели на хозяйку кабинета, не торопясь отвечать.

Катерина собралась было вмешаться, но женщина остановила ее жестом.

— Мы не знаем, как так вышло, — тихонько объяснила Саша. — Никто нас не принуждал. Сами подписали. Но мы не хотим его в опекуны.

— Совсем, — твердо добавила Лиза.

— Садитесь, — практически с материнской заботой произнесла начальница, затем кивнула Потемкину. — Даю вам слово, Егор Николаевич.

— Девочки правы: они меня действительно не знают, — неожиданно для Кати выдал вдовец. — Да вот только моей вины в этом нет, — мужчина огорченно вздохнул и безапелляционно заявил: — Присутствующая здесь Екатерина Тимирязева, желая получить опеку, действует исключительно из корыстных побуждений. Ее не интересуют дети, только имущество рода Изотовых. Она препятствует моим встречам с боярынями и продолжает настраивать их против меня. Подтверждением тому служит согласие девочек на опеку, — заметив заинтересованность начальницы, пояснил: — Даже пришлось приезжать в школу, чтобы с ними пообщаться! В присутствии заместителя по воспитательной работе я поговорил с девочками по душам, — на лице женщины мелькнула тень одобрения. Потемкин моментально воодушевился. — Лиза с Сашей решили, что лучше меня им опекуна не сыскать. А вот теперь снова идут на попятную, — он с показной беспомощностью развел руками. — Одна только надежда осталась на вас, Тамара Прокофьевна.

Сжав губы, Катерина поднялась.

— Егор Николаевич умеет быть крайне убедительным. Я не обладаю таким же даром красноречия, увы. Могу сказать лишь одно: его слова лживы. Девочек я искренне люблю. Вассальная клятва, принятая у меня главой рода Изотовых, подтверждает — Софья Сергеевна мне доверяла. На тот момент боярыня замужем не была, а значит, если бы с ней что-то случилось, опекуном для близняшек стала бы я, — неожиданно прозорливо напомнила об очевидном девушка.

— Катя — наша семья, — звонко прозвучал голосок вскочившей Саши. — Она нас любит и заботится так же, как Сонечка! — смело встретившись взглядом с Потемкиным, девочка твердо заявила: — Даже если вам дадут над нами опеку, знайте: мы никогда не будем вас считать членом нашей семьи, — и, гордо вздернув подбородок, вновь села.

Скрипнув зубами, Егор собрался ответить, однако Тамара Прокофьевна не позволила. Остановив мужчину властным жестом, начальница отдела опеки громко произнесла:

— Рассмотрев материалы дела и выслушав присутствующих, принято решение передать опеку над боярынями Александрой и Елизаветой Изотовыми, — она выдержала бесконечно долгую паузу, — Екатерине Федоровне Тимирязевой. Документы получите через три дня, — добавила и захлопнула папку.

Радостно воскликнув, девочки вскочили и принялись обнимать счастливую Катерину. В это же мгновение Потемкин прошипел:

— Не бывать тому!

С поразительной скоростью маг разума рванул к чиновнице. Однако успел лишь едва коснуться руки изумленной женщины, как, истошно взвизгнув от испуга, уткнулся лицом в столешницу. За его спиной возвышался невозмутимый Ярослав. К великому сожалению воина, он не имел права причинить боль вдовцу. А так хотелось!