"Фантастика 2025-157". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Ахминеева Нина - Страница 414

– Все свободны, кроме Блеквуд, – наконец возвестил Ромирэль.

Икстли, Вронг и Урилл нехотя пошли прочь. Мы с остроухим остались тет-а-тет. Мысленно глянув на ситуацию со стороны, я пожелала наставнику терпения, терпения и еще раз терпения.

– Блеквуд, я тебя по-хорошему прошу, слезай!

– Извините, но не слезу. Вы говорите таким голосом, словно хотите лично организовать мою встречу с праотцами.

– Блек-вуд! – вскипел наставник, произнося мое имя по слогам. – Я уже пожалел, что включил тебя в команду, и искренне расстроен, что исправить эту ошибку нельзя. Даже если ты совершенно нечаянно покалечишься или, того хуже, погибнешь…

– Это почему же? – Мне стало так интересно, что я даже со столба на пару ладоней вниз съехала.

– Имена участников внесены с магический свиток и изменению не подлежат. Можно выставить команду, в которой не хватает игроков, но заменить одного участника на другого не позволят духи стихий. Поэтому, Блеквуд, слезай. Я ничего тебе не сделаю. Моя задача, чтобы ты вышла на поле максимально подготовленной и готовой защищать Гарда. – Ромирель вздохнул и выложил, как ему казалось, последний козырь: – Поэтому ты мне на все то время, что идет подготовка к играм, почти как родная дочь…

– Как родная дочь? – насторожилась я и уточнила: – В смысле, если что, вы и ремня можете мне дать?

– Да! – рявкнул доведенный до белого каления наставник.

Слезать расхотелось окончательно, а к столбику я воспылала еще большей любовью. Обняла его, как самого близкого и единственного… И медленно начала скользить вниз.

Причина, по которой сила тяжести превозмогла мою жажду жизни (здоровой, долгой и, как мне мечталось, счастливой), оказалась банальной: наставник просто-напросто приложил руку к процессу моего спуска. Причем во всех смыслах приложил: его ладонь касалась тесаного дерева, и столб медленно погружался в ставшую слишком мягкой почву.

Когда же мои ноги достигли земли, та вновь затвердела. Я оказалась сидящей на корточках и единственное, что смогла вымолвить, после того как громко икнула, это: «Ну все, приехала».

Наставник подтвердил: таки да, приехала. А потом я в гордом одиночестве нарезала круги по полю. Ромирэль при этом взирал на меня с видом плантатора, перед которым раскинулись его поля с богатым урожаем. А рабы на оных старательно горбатят спины, обогащая своего хозяина.

Он сидел на том самом столбе, который самолично же и утопил. Благо сейчас обтесанный ствол торчал из земли аккурат чуть выше пояса. Как наставник умудрялся сидеть на такой «табуреточке», да еще скрестив под собой ноги, точно восточный болванчик, для меня осталось загадкой полуэльфийской анатомии. Я бы уже давно грохнулась с подобного насеста. А этот, смотри же ты, как на ковре устроился.

Когда я буквально доползла до Ромирэля, закончив последний круг, он изрек:

– Блеквуд, я наблюдал за вами. И могу сказать только одно: вы слишком изворотливы. Да-да, бывает и такое. И это вредит команде в целом. Такое ощущение, что вы привыкли рассчитывать только на себя и беспокоиться тоже только о себе.

Я стояла согнувшись, уперев ладони в колени и тяжело, рвано дыша. Но не могла, просто не могла не усмехнуться про себя.

Ромирэль сейчас буквально повторил первое правило темных: в любой беде сначала позаботься о себе, а уже потом спасай напарника. Если, конечно, к тому времени будет кого спасать.

Как ни странно, но благодаря этому правилу выживаемость у темных по сравнению со светлыми была в разы выше. Когда ты не надеешься, что кто-то большой и сильный придет, чтобы вытащить тебя, такого беспомощного лапочку из-под удара, сам сразу начинаешь шевелиться, чтобы сохранить свою шкуру.

Наставник, не подозревая о ходе моих мыслей, продолжал:

– Блеквуд. Вы – щит. Уясните себе это. А если не можете осознать это головой, то я натренирую ваше тело, чтобы оно действовало быстрее, чем вы успеете подумать. Вы должны закрывать собою того, кто стоит за вашей спиной, вашего атакующего. Он полагается на то, что у него есть щит, который способен закрыть его от удара.

На эту пламенную речь мне хотелось сделать встречное предложение: едва в нас с Гардом полетит первый аркан, я тут же упаду, притворюсь трупом и не буду отсвечивать всю игру. Так мой атакующий поймет, что щита у него нет, и будет уже более осмотрителен… Но увы, вряд ли такой план понравится Ромирэлю. А жаль.

А вот чего я не подозревала, так это того, что остроухий только начал измывательства над одной бедной ведьмой.

Слова о том, что он натренирует мое тело действовать раньше головы, оказались не пустым звуком.

Едва я распрямилась, как меня осчастливили: тренировка продолжается! До ночи мы с наставником отрабатывали простейшие комбинации. А потом я просто упала. Как давно и мечтала. Было плевать, что лицом в грязь и что в оной вообще-то холодно и мокро.

– Блеквуд, поднимайтесь, – непререкаемо произнес Ромирэль.

Я даже не дернулась.

– Блеквуд, вы имеете все шансы простудиться.

Я лежала и не реагировала, завидуя зомби.

– Блеквуд, если вы умрете, я наплюю на все законы империи, притащу из Темных земель некроманта и заставлю его оживить вас. И все свое посмертие вы будете тренироваться на этом полигоне. Станете единственным и неповторимым зомби на всю академию. Да что там академию, империю!

Даже на такую угрозу я не прореагировала.

А потом… Меня подхватили сильные руки и куда-то понесли. Было тепло, хорошо и, главное, никто не орал над ухом: «Блеквуд!»

Но постепенно я начала приходить в себя. Открыла глаза и тут же поймала несколько заинтересованных, а порою и откровенно завистливых взглядов. Оказалось, что меня самолично нес Ромирэль. Этот неуловимый полуэльф, на руках которого мечтала прокатиться чуть ли не половина адепток (да и преподавательниц академии тоже!), сейчас тащил меня традиционным свадебным способом. То бишь перед собой, со всеми предосторожностями.

– Могли бы и через плечо перекинуть, раз уж вы решились транспортировать меня через всю академию, – было первое, что я пробормотала.

– Это самое неожиданное заявление от девушки, которое я когда-либо слышал, неся ее на руках, – тут же ответил остроухий. – Позвольте узнать: вам висеть вниз головой удобнее? Или так мыслительный процесс лучше идет?

– Так жить завтра будет легче, – брякнула я, а потом пояснила: – Меня сейчас все ваши потенциальные невесты взглядом убить готовы.

– Привыкайте, Блеквуд, через пару недель вас будут хотеть умертвить не только взглядом. На турнире у противников найдется кое-что посущественнее.

– Кстати, а куда вы меня несете?

Ехать на руках было, конечно, гораздо удобнее, чем топать уставшими ножками, но конечную точку маршрута знать все-таки не помешало бы.

– К целителям, в лазарет.

Эти слова подействовали на меня лучше любого жизненного эликсира. Я тут же проявила небывалую резвость, заверила, что чувствую себя отлично и вообще… Мне надо в уборную.

Ромирэль изрядно удивился, но с рук спустил, и я поспешила удалиться.

Только в комнате общежития я позволила себе расслабиться. Стонала долго и протяжно, как радикулитная старуха. А до душевой и вовсе шла согнувшись. Горячая вода чуть расслабила мышцы, но я не обманывалась, точно зная, что завтра буду двигаться, как рыцарь в напрочь проржавевших и то и дело заклинивающих доспехах.

Наутро стало понятно, что мое вчерашнее предсказание сбылось. Я едва разогнулась. Казалось, все мое тело состоит лишь из болевых узлов. Едва доковыляла до столовой, потом на лекции. А потом содрогнулась, представив, как буду двигаться на сегодняшней тренировке. Но в обед ко мне подошел кто-то из первокурсников с запиской: Ромирэль дал мне выходной.

Возрадовалась и поковыляла к себе в комнату. Сестрички Винсон, с которыми в последние дни мне удавалось разминуться, были тут как тут. Благо милая беседа с ними, больше похожая на допрос, не длилась долго. Одна убежала на свидание, вторая – на занятия по бальному мастерству.