"Фантастика 2025-157". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Ахминеева Нина - Страница 836

— Все нормально будет, — заверил его я.

— Да не знаю, просто нервяк какой-то…

— Пройдешь, — спокойно повторил я. — Ты карту заполнил?

— Ага.

— Ну полный вперед.

Боец пошел с картой к кабинету терапевта, с которого начиналась и заканчивалась медицинская комиссия.

Шама, послушавший наш короткий разговор, покосился на меня.

— Добрый ты человек, Санек, прямо наставник молодежи какой-то.

— Кто-то же должен, — спокойно ответил я.

— Угу, только в кулачке никаких допингов-шмопингов нет, а то всех бы на хрен дисквалифицировали! Просто пацан еще походу не знает куда попал!

Закончив заполнять карту, я отнес ее в кабинет терапевта и оставил на специальной тумбочке на входе. Минут через десять строгий женский голос произнес мою фамилию.

Я поднялся, слегка размял затекшие от ожидания плечи и в кабинет, прикрыв за собой дверь. Кабинет был просторный, чистый, с большим светлым столом, за которым сидела женщина лет пятидесяти в идеально белом халате. На носу у нее были аккуратные очки в тонкой оправе. Она внимательно изучала мою карту и периодически поглядывала на экран компьютера.

— Присаживайтесь, пожалуйста, — сказала она, жестом указывая на стул напротив. — Вы проходили диспансеризацию в этом году?

— Нет, — коротко ответил я.

Она что-то быстро записала, затем подняла на меня глаза поверх очков.

— Хорошо. А когда вы последний раз делали МРТ?

— Не скажу, — спокойно и честно признался я.

«Раненную» руку я специально убрал под стол, от греха подальше.

Женщина нахмурилась и внимательнее посмотрела на меня.

— В смысле «не скажете»? Не помните или принципиально?

Я слегка усмехнулся, понимая, как странно звучит мой ответ для врача в 2025 году. Однако объяснять правду было невозможно. Не скажу же я, что в мое время никаких МРТ в принципе никто не делал?

— Ну… скорее, принципиально. Я предпочитаю обходиться без медицинских процедур, — улыбнулся я.

Она на секунду застыла, пытаясь осмыслить мой ответ. Затем начала что-то записывать в карту.

— Ладно, тогда дальше. Скажите ваш точный адрес регистрации, — продолжила она. — Вы ничего не записали.

Я снова пожал плечами. Потому и не записал, что никакой регистрации в столице у меня не было.

— Мой адрес не дом и не улица, мой адрес — Советский Союз, — пошутил я. — Нет у меня регистрации в столице.

— А где есть? Вы откуда родом?

Пришлось выдумывать на ходу. Чего не знаю, того не знаю.

— Я из Ростова-на-Дону, улица Космонавтов 1, квартира 81, — заверил я.

— Ну так бы и записали, — буркнула терапевт. — Вы спортсмены люди интересные, сами карточку заполнить не можете!

Я счел за благо помолчать. В 2025 году я сталкивался с медициной впервые. А знания из 90-х прямо напоминали, что врачи, сидевшие на копеечных окладах, люди раздражительные. Так что не буду будить лихо…

— Снимайте футболку и проходите к кушетке, — распорядилась терапевт.

Я поднялся и направился к указанной ею кушетке. Снял футболку, ощущая прохладный воздух кабинета. Врач поднялась из-за стола и взяла сантиметровую ленту, деловито подойдя ко мне.

— Встаньте ровно, руки по швам, — произнесла она, расправляя измерительную ленту.

Я выпрямился, стараясь выглядеть максимально уверенно, хотя после весогонки даже просто стоять ровно было откровенно тяжело. Всё тело казалось ватным, ноги слегка дрожали от слабости, даже каждый новый вдох давался с трудом. Несмотря на то, что разум был четко сфокусирован, физическая усталость и обезвоживание равно давали о себе знать.

Терапевт аккуратно измерила объем грудной клетки, записала в карту и кивнула в сторону весов.

— Теперь встаньте сюда, взвесимся и рост заодно измерим.

Я шагнул на весы. Металлическая платформа была прохладной и неприятно холодила подошвы ног. Врач посмотрела на цифровое табло, быстро сделала пометку в карте.

— Вес ровно восемьдесят четыре килограмма, — сообщила она.

Мы померили рост и терапевт усадила меня на край кушетки. Я почувствовал легкое облегчение от того, что теперь не нужно стоять и изображать бодрость.

Терапевт, вооружившись фонендоскопом, приступила к внешнему осмотру.

— Дышите спокойно и ровно, — попросила она, приложив холодный металл фонендоскопа к моей спине.

Я сделал глубокий вдох и медленный выдох, чувствуя, как грудь слегка сдавило от обезвоживания. Врач прослушала легкие и сердце. Перешла к передней части грудной клетки, проверяя сердечный ритм.

— Сердцебиение учащенное, но это нормально при таком состоянии организма после сгонки веса, — прокомментировала она. — Сейчас снимем функциональные пробы до и после нагрузки. Измерим давление, пульс и характер сердцебиения.

Терапевт взяла тонометр, аккуратно надев манжету на мое предплечье. Манжета медленно надулась, сдавив руку, и я почувствовал, как кровь начала пульсировать под ее давлением. Прибор коротко запищал, и врач, внимательно глянув на показатели.

— Сто двадцать на семьдесят пять.

Терапевт зафиксировала данные, затем надела на мой палец маленькую пластиковую приблуда.

— Посидите минуту, замерим пульс в покое.

Я сидел молча, слушая собственное дыхание и глядя в сторону. Вот техника! Раньше как пульс заменялся? Прижимаешь артерию, засекаешь время…

— В покое семьдесят пять ударов в минуту. Теперь встаньте и сделайте двадцать глубоких приседаний, затем снова замерим.

Я начал медленно приседать. Каждый присед давался с огромным усилием. Мышцы немедленно налились свинцовой тяжестью. Закончив упражнение, я снова сел на кушетку. Терапевт повторила замеры.

— Давление после нагрузки — сто сорок на девяносто, пульс сто сорок. Учащенный, но ритм ровный. Организм реагирует адекватно, с учетом вашего состояния, — спокойно подвела итог терапевт. — Можете одеваться.

Она вернулась к своему столу и внесла последние данные в карту.

— Теперь нужно уточнить данные вашего ближайшего спортивного анамнеза. Скажите, пожалуйста, сколько у вас было профессиональных боев за последний год?

Я слегка замялся, припомнив того паренька, для которого завтрашний бой был дебютом. У меня ведь тоже это бой получался… первым.

— Ну… это мой первый профессиональный бой.

Врач заметно удивилась.

— Первый профессиональный? А раньше вы где-то выступали?

— Да, по любителям. Вот только статистику не веду, честно говоря, все больше спонтанно выступал. Точно не помню, сколько боев провел.

— Вы просто держитесь так, будто проходили подобные обследования и не раз.

Я молча наблюдал, как она выписывает целый ворох направлений и листов.

— Значит так, вам нужно сегодня сдать анализы крови на ВИЧ, гепатиты В и С, сифилис. Далее пройти МРТ головного мозга, результаты будут готовы сегодня же вечером. Также обязательны посещения специалистов — хирург, травматолог, отоларинголог, стоматолог, офтальмолог и психиатр, конечно же. Держите, здесь список и номера кабинетов. Все в порядке живой очереди.

Я уставился на внушительный список. Раньше все было гораздо проще — врач лишь один раз взглянул и сразу отправил бы на ринг. А сейчас же, чтобы выйти на бой, требовалось пройти почти целую поликлинику.

— Ну, психиатр — это уже сильно, конечно, — усмехнулся я. — Я, конечно, шутил про адрес и МРТ, но не думал, что это так серьезно.

— Рекомендую сперва идти на сдачу крови и на МРТ, чтобы успеть получить результаты. Потом пройдите по очереди остальных специалистов.

— Понял, пойду проходить этот ваш марафон врачей.

— И еще, молодой человек, руку свою хирургу покажите. Обязательно.

Я не ответил, вышел из кабинета в коридор, глядя на направления и перечитывая список специалистов. В голове мелькнула мысль, что после такого списка процедур бой на ринге уже точно не будет казаться самым сложным испытанием.

Глава 2

Как и советовала терапевт, сначала я направился в лабораторию сдавать кровь. Подойдя к кабинету, почувствовал неприятный холодок внутри. Я всегда был человеком спокойным и уверенным, дрался без страха и проходил испытания без лишних эмоций. Но… вот эту медицинскую процедуру, когда прокалывают палец иглой и выдавливают кровь, терпеть не мог еще с детства.