Слезы на камнях - Суренова Юлиана - Страница 146

"Она славная девочка".

– Да. Но очень одинокая.

"Ты могла бы помочь ей?" -Наверно… – неуверенно начала она, а затем решительно кивнула: – Да! Я стану ее подругой. Если, конечно, она согласится дружить со мной.

"Дружба – один из высших даров. А от дара не отказываются".

– Один из… А какие другие?

"Любовь".

– А вера и надежда?

"Они – другие".

– Я… Я пойду к ней? Ей сейчас нелегко, ведь на ее глазах умерла золотая волчица…

Она чувствует себя виноватой. Хотя ни в чем не виновата. Она сделала все, что могла… Постараюсь успокоить ее…

"Давай…А я еще посплю…" -Да. Прости. Матушка метелица велела только посидеть рядом с тобой, но не говорить… А я надоедала тебе своими разговорами…

"Ничего, милая… "

"А… Ты останешься один…"

"Все в порядке…"

" Я пришлю к тебе кого-нибудь, ладно? " "Ладно… Малыш, тебе тоже нужно отдохнуть. Ты выглядишь измученной.Постарайся заснуть".

– Я не смогу! Мне снятся кошмары! Все время, с тех пор, как… Как я увидела тот вещий сон…

"Кошмаров больше не будет".

– Правда? Ты прогонишь их? – в этот миг она снова была маленькой девочкой.

"Да".

– Тогда хорошо… – девушка вздохнула с облегчением. Она собралась уходить, но уже у края повозки остановилась. – Шамаш… Я хотела попросить тебя еще об одном…

Эта способность… Видеть будущее… Пусть ее у меня не будет! – ей было невыносимо думать, не то что говорить, когда в глубине души она совершенно ясно знала, чувствовала: ей не прожить и мига без дара, потому что он – больше, чем просто частица ее души, он – она сама.

"Я столько раз говорил, что мне казалось, ты поняла: от дара не отказываются".

"Лучше так, чем…" – она всхлипнула, готовая вновь расплакаться.

"Малыш, – его руки все так же неподвижно лежали на складках полога, но прикосновение взгляда было горячее касания пальцев, было исполнено заботой и лаской. – Дар предвидения в чем-то схож с магической силой. Умение властвовать им не приходит само по себе. Этому учатся – долго и упорно".

– Я не смогу, я не сумею!

"Сумеешь. Если захочешь. А ты ведь хочешь, правда?" -Да, – шмыгнув носом, она опустила голову, украдкой смахнула со щеки слезу.

"Значит, так и будет. Все, что тебе нужно для этого – время. Время и уверенность в себе. Не подведи меня. Не разочаруй".

В тот же миг она подняла на него испуганный взгляд взволнованных глаз. Нет, только не это! Все что угодно, но не укор в его глазах.

– Я постараюсь! – о нет, она не просто постарается – сделает все, чтобы было так.

"Вот и отлично…"-улыбнувшись ей, он снова закрыл глаза.

– Я…Я пойду…

– Подожди мгновение, – его голос по-прежнему звучал глухо и хрипло. Рука шевельнулась.

– Что, Шамаш? – девушка рванулась к нему, склонилась. – Тебе плохо? Я позову лекаря!

– Нет… Все нормально… Вот, возьми, – на его ладони возник серебряный браслет.

– Это… Это мне? – восхищенно глядя на мерцавший, будто живой узор – картинки, покрывавшие серебряные пластинки,прошептала Мати. Она потянулась было к нему…

Но остановилась, так и не коснувшись: – Я не могу взять твой подарок, Шамаш. Я не достойна его!

– Глупости. Каждое мгновение жизни слишком дорого стоит, чтобы расплачиваться им за лишенную души вещь. Как красива бы она ни была… И, потом, не я дарю тебе браслет. Я лишь передаю его.

– Кто же тогда… Матушка метелица! – ее глаза блеснули было радостным огнем озарения, но угасли, едва Шамаш качнул головой.

– Нет. Браслет не от нее.

– Кто же тогда дарит мне такую чудесную вещь? Ведь она была создана богами, не людьми, да? У меня нет других знакомых богов. Только ты…

– Ты встречала его во сне… В том сне, о котором Евсей сложил легенду.

– Лаль? – Мати попятилась. Сперва в его глазах было лишь удивление – почему он передает ей вещь врага? Неужели она так провинилась перед ним, что он решил наказать ее столь страшным образом? – Я не приму подарок от бога сновидений! Он…

Он ненавидит меня. Я знаю! Что бы он ни делал, он делает,чтобы причинить мне боль! Из-за него я сделала все не так! Он хотел, чтобы я ненавидела тебя, сомневалась в тебе!

– Я никогда не принес бы тебе подарок от бога сновидений. Более того – не позволил бы и тебе самой взять хоть что-то принадлежавшее ему.

– Я и сама бы никогда не взяла… – она поморщилась. – Я знаю: он еще будет пытаться навредить мне. Только не понимаю, почему! Что плохого я ему сделала?

Или все дело в том моем желании управлять снами? Он решил, что я решила завладеть его властью? Но я ведь всего лишь простая смертная!

– У кого есть друзья, найдутся и враги.

– Да, я знаю. Так говорят легенды. Но о людях!

– Небожители тоже ревнуют, любят и ненавидят. У них есть братья и сестры, не все из которых питают к ближним добрые чувства.

– Да, твоя младшая сестра… Может быть… Может быть, Лаль и есть тот враг, которого ты мне напророчил… Но если это подарок не от Лаля…

– Помнишь тот сон, о котором твой дядя написал легенду? Я не все рассказал о нем.

В легенде не все так, как было на самом деле.

– И что же! На то это и легенда!

– Тот сон… Происходившее тогда касалось тебя больше других… Ты вправе знать…

– Подумаешь! Мне это совсем не нужно! Ты и представить себе не можешь, сколько снов я забываю… – она говорила быстро, возбужденно… А затем вдруг остановилась, взглянула на него с печалью. – Но этот сон я помню… Вернее, не сон… Это ведь был не сон вовсе.

– Да, девочка. Тогда я вернул время вспять. И поменял местами явь и сон.

– Чтобы я жила?

– Да. Я должен был рассказать тебе все раньше…

– Шамаш… – она не осуждала его, нет, более того, всем сердцем, всей душой верила – он поступил правильно. – Раньше я не понимала этого. И не принимала…

И вообще… Знаешь, мне бы очень хотелось, чтобы сейчас тоже явь поменялась местами со сном…

– Малыш…

– Это невозможно, я понимаю… Потому что сейчас все иначе. Потому что сейчас мы не во владениях Лаля… Потому что… – она провела ладонью по лицу, смахивая вновь покатившиеся по щекам слезы. – Потому что лучше не возвращаться назад, когда еще можешь идти вперед. Иначе потеряешь все…

– Ты взрослеешь прямо на глазах, девочка.

– После всего случившегося, никто бы не смог остаться прежним. Это плохо?

– Повзрослеть?

– Стать другой.

– Плохо быть не собой. А другой или той же самой – не важно.

– Шамаш, я кажется поняла, кто дарит мне этот браслет. В том сне я встретила…

Эрру, – она не решилась назвать Губителя другим его именем, слишком много страха оно излучало. И вообще, в том обличие, в котором Нергал привиделся ей, он не был таким уж злым и безжалостным. Словно зло не всегда бывает только злом. – Он…

Он был на твоей стороне в сражении с Лалем?

– Это было скорее противостояние… Не знаю, малыш. Думаю, он был на своей собственной стороне. Но он помог мне обратить беду ночным кошмаром.

– В легенде этого нет.

– Он не хотел, чтобы люди узнали.

– Почему?! Все бы поняли, какой он…

– Какой? Малыш, как бы он ни относился к тебе, разве можешь ты назвать его добрым?

И она вспомнила Сати с Ри. И других. Тот город… Легенды…

– Я… Я не знаю… Нет, наверно… Конечно, нет, но… Шамаш, он помнит меня?

– Он все помнит. И беспокоится о тебе. Малыш, этот браслет призван защитить тебя от демонов и злых духов. Нергал хочет, чтобы тебе ничто не угрожало. Возьми. Не бойся.

– Я не боюсь, – она взяла браслет, быстро надела на левую ногу.

– Все правильно, – улыбнулся Шамаш. – Ты знаешь.

– Да. Не понимаю, откуда… Просто… Ты не сердишься на меня?

– За что?

– Ну… Потому что Эрра благосклонен ко мне… А он… Он твой враг…

– Да, мой враг. Но мне не хотелось бы, чтоб он был и твоим врагом. Я боялся этого.

И рад, что все иначе.

– Спасибо тебе!За все! За понимание и прощение! За то, что солнце светит и снег хрустит под ногами, за дорогу без конца и края, вечную, как наша жизнь! За то, что ты есть, за то, что ты здесь! И за то, что на свете есть мечты, у которых нет тени! – как бы громко это ни звучало, она говорила искренне, сердцем, душой.