Слезы на камнях - Суренова Юлиана - Страница 48

– Мы могли бы позвать Шамаша. Попросим священного волка отправиться к Нему…

– Нет, – резко прервал его хозяин каравана. – Боги ничего не делают просто так.

– О чем ты? -люди не хотели с ними соглашаться. Ведь помощь, избавление от всех вдруг свалившихся им на голову проблем была вот она – совсем рядом! Скажи лишь слово, попроси – и все будет улажено! – Повелитель небес всегда помогал нам, когда наши жизни были в опасности, отвергая любую плату за помощь, даже простое служение, почитание, которое мы и так должны были оказывать Ему…

– Тогда речь шла о жизни и смерти.

– А разве сейчас нет?

– Сейчас – нет! – решительно возразил хозяин каравана. – То, о чем вы готовы попросить – не спасение наших жизни, а сохранение достатка в караване! Ведь мы выживем и так. Да, нам придется на какое-то время отказаться от тех излишеств, которые мы позволяли себе все это время…

– Если бы дело было только в излишествах… – тяжело вздохнул кто-то.

– Корка хлеба и глоток воды у нас будут.

– Да, но это выживание – не жизнь. В лишениях…

– Лишения? – лицо Атена было подобно ледяной маске, которая, застыв, не выражала никаких чувств, скрывая от чужих глаз все переживания души. – Да, будет тяжело, – он решил поставить точку в этом разговоре прямо сейчас, чтобы потом не было шепота за спиной и молящих взглядов. – Мы привыкли к сытой, богатой жизни. Но мы выживем. Нам придется, – люди должны были думать так и никак иначе.

Прошло несколько мгновений, прежде чем караванщики кивнули, соглашаясь с ним.

Что же, раз им суждено пройти через это, значит, так нужно. Конечно, куда желаннее испытания, которые смертельно опасны, но быстротечны, чем лишения – пусть не губительные, но столь тягостные в своей медленно текучей бесконечности.

– Эти повозки не были пустыми, – люди заговорили о другом.

– Нам следует быть бережливыми, – кивнул Атен. Да, с этим он был согласен.

Караванщик повернулся к брату: – Позови тех, кто не занят установкой шатра.

Нужно перегрузить все…

– Разрешите нам помочь! Ну пожалуйста! – выбежали из толпы ребята-подростки – близнецы Лиса и Лины, сын Вала.-Мы сильные!

Атен лишь махнул рукой, соглашаясь. Что бы ни было в этих повозках, добро все равно придется собирать по крупицам. А, значит, сила не понадобится. Мужские руки были куда нужнее на установке шатра.

– Мы тоже поможем, – решительно двинулась вперед Лина. К ней присоединились другие женщины, бывшие по близости. Они знали, что такое бережливость, и были готовы ползать на коленках, чтобы по зернышкам собирать рассыпавшиеся мешки с зерном, не чувствуя холода снега.

И вновь Атен кивнул.

– Присмотри тут, – сказал он брату, а спустя мгновение уже смотрел туда, где мужчины начали устанавливать шатер. Все, что было можно, делалось. Все были заняты. Ни у кого не было времени на разговоры о том, что будет потом, на вопросы… А мысли – что же, от них все равно никуда не денешься.

В какое-то мгновение Атен ощутил себя бесполезным. Его участие не было нужно ни там, ни здесь. И тут его взгляд упал на горожанина. Глаза сощурились сощурились, лицо стало холодным, словно вырезанное из куска льда.

– Поговорим, – процедили скривленные губы.

Он отошел чуть в сторону, сел на один из вылетевших из повозки тюков – мягкий и легкий, по всей видимости – с дешевыми шкурками снежной крысы, сшитыми в одеяла.

Следом дозорные подвели чужака.

– Ступайте, – отослал хозяин каравана своих людей. – Помогите остальным, – он специально не сказал, кому именно, дав мужчинам возможность самим решить, где они нужнее.

Атен же остался один на один с горожанином.

– Сними это, – чужак указал на свои скованные цепями руки. – Поверь: я не убегу.

– Знаю. Ты слишком стараешься затянуть нас в город, чтобы отступить за шаг до своей цели, – хмуро глядя на него, караванщик расцепил соединительные звенья оков. Почему-то… Он сам не знал, не мог объяснить, почему, ему в этот миг было важно, чтобы руки чужака были свободны и он мог защищаться.

Вздохнув, горожанин качнул головой:

– Ты прав, караванщик: для меня очень важно, чтобы вы вступили в наш город. Но даже ради этого я не стал бы творить зло. Потому что нашему городу нужна ваша помощь, а не вражда.

– Помощь – в чем? – он как-то сразу понял, что горожанин говорит правду.

– Я не могу сказать, – вздохнув, качнул головой тот.

– Это тайна?

– Не могу – и все… Караванщик, не жди от меня объяснений. Я их сам не знаю. И не ищу. Потому что они мне не нужны.

– Объяснения нужны всем, идущим своей дорогой. Хотя бы для того, чтобы не сбиться с пути.

– Всем идущим, – повторил горожанин, не споря. – Это так. Но я не иду. Я… Я словно лечу на спине ветра – своей судьбы…

– Ты странный человек.

– Поверь, я не был таким еще совсем недавно. Просто… Я не могу объяснить, – он мотнул головой. – Так вдруг случилось.

– Как тебя зовут? – он спрашивал, не ожидая получить ответа, однако же он был дан.

– Рур.

– Ты воин?

– Нет. Ремесленник.

– Ремесленник? – бровь караванщика от удивления поползла вверх. – И как случилось, что ремесленник оказался в пустыне?

– Такова была моя судьба… Ты больше не винишь меня в случившемся?

– Нет, – это было правдой.

– И поговоришь со своим помощником?

– Переубеждать его? – нет, на это Атен не был готов. В конце концов, откуда он знал, что не ошибается в своем доверии. – И вообще, что бы то ни было, это ничего не изменяет. Караван не вступит в город.

– Но почему! – Рур просто не мог понять причины этого необъяснимого упрямства!

Почему странники так упорствуют в своем желании поступить не так, как обычно?

Словно специально, наперекор ему… И, потом… – Неужели вы пойдете против воли повелителя небес, если…

– Нет, – прервал его Атен. Но это "нет", имело совсем иной смысл, чем тот, что так хотел услышать горожанин. – Нет – потому что Он не станет вынуждать нас сделать хотя бы один шаг против нашей воли. Для Него это важно – чтобы мы были свободны в выборе своего пути.

– Ты знаешь это наверняка?

Караванщик кивнул. На краткое мгновение он забыл о том, что случилось с караваном, что ждало его впереди, и в его душу забрело – случайно, неизвестно откуда – сочувствие к чужаку. Право же, он хотел ему помочь. Если бы только было возможно сделать это, не подвергая опасности своих…

– Брат… – тем временем к ним быстрой решительной походкой подошел Евсей. Он хотел что-то сказать, но замер, на миг лишившись дара речи, увидев, что чужак свободен. – Ты снял с него оковы… Но он же убежит! – караванщик был готов сорваться с места, броситься вперед и собственноручно запереть цепи.

Атен лишь снисходительно глянул на него. Право же, он не видел смысла не только возражать, но даже обращать внимание на это по-детски наивное восклицание.

– Что ты хотел мне сказать? – вместо этого спросил он.

– Что? – тому потребовалось несколько мгновений, чтобы мысленно перейти с одной тропы на другую. – Ах, да! Я принес добрую весть. Все не так плохо, как показалось на первый взгляд.

– Ты о повозках?

– Да. Конечно, та, с которой все началось, потеряна безвозвратно, но другие… Их еще можно починить.

– Сколько времени это займет?

– Не долго. За дня два – три управимся.

– Хвала богам! – с несказанным облегчением вздохнул Атен. Право же, проблема решалась быстрее, чем караванщики успели по-настоящему испугаться.

– Только… – Евсей покосился на чужака, на миг поджал губы. Было видно,что ему хотелось остановиться на том, светлом, не добавляя более ничего, но он не мог. – Для этого нам понадобится кое-что…

– Полозья? – Атен сразу же, еще когда только увидел сломавшиеся повозкам, обратил на них внимание. – И доски под основу?

– Да.

– В караване их нет?

– Доски найдутся. А вот полозья… – летописец качнул головой. – Однако как раз сейчас мы можем их добыть. Находясь возле самого города…