Сломленная голубка (ЛП) - Мари Кайла - Страница 22

— Ты моя шлюха, Лана?

Я не отвечаю.

Он хватает меня за шею и сжимает.

— Скажи мне, что ты моя шлюха! — Требует он, выдыхая мне в лицо спертое дыхание.

Я начинаю кивать, и он отпускает мою шею.

— Я твоя шлюха, — бормочу я.

Он двигается вниз по моему телу и приподнимает фланель, обнажая мою голую киску. Он облизывает два пальца и вводит их в меня. Я инстинктивно извиваюсь, пытаясь вытащить его из себя. Коул хватает меня за переднюю часть фланели, притягивая к себе, а затем швыряет обратно на землю. Моя голова ударяется о деревянный пол, и перед глазами вспыхивает яркий белый свет.

— Я же говорил тебе быть хорошей гребаной девочкой. Не дергайся. В глубине души ты знаешь, что тебе это нравится, шлюха. Прямо как прошлой ночью, — усмехается он.

Теперь моя голова пульсирует, когда он насилует меня своими пальцами, двигаясь внутрь и наружу. Я не пьяна, но мое тело все равно предает меня и дает ему то, чего он хочет, больше смазки.

— Вот оно. Посмотри, какой мокрой ты становишься для меня. Вот и все, обмажь мои пальцы, грязная маленькая шлюха.

Я смотрю в потолок, безмолвно умоляя, чтобы это закончилось. Затем Коул убирает пальцы и начисто отсасывает их, прежде чем засунуть в меня свой твердый член. Он не маленький, и мое миниатюрное тело иногда с трудом принимает его. Я съеживаюсь, когда он начинает вколачиваться в меня. Его руки перемещаются к моей шее, а затем он сжимает, снова забирая у меня воздух. Он неумолим, и я чувствую, что теряю сознание. Внезапно он отпускает мою шею и изливает в меня свое семя, а его глубокие стоны наполняют гостиную. Он отступает обратно в глубокое кресло, и я сворачиваюсь калачиком на боку.

— Мы здесь еще не закончили, — говорит Коул через минуту. — Я думаю, будет только гостеприимно позволить Рэю немного повеселиться.

Я быстро сажусь и смотрю на Рэя. Его член уже вынут, он держит его в руке, поглаживая себя.

— Коул, нет! Пожалуйста, нет! — Я подползаю к тому месту, где он сидит, и начинаю буквально умолять у его ног. — Пожалуйста, Коул, пожалуйста! Я сделаю все, что ты захочешь, только не это. Пожалуйста, не позволяй ему этого делать.

Коул смотрит на меня и смеется. Он крепко хватает меня за подбородок и говорит:

— Ты сделаешь все, что я захочу. Я позволю ему заполучить тебя. Ты моя шлюха, с которой я могу делать все, что мне заблагорассудится, и теперь я хочу посмотреть, как Рэй возьмет эту задницу.

Я в ужасе. Коул никогда не трахал меня нигде, кроме рта и киски. Я никогда в жизни не занималась аналом, и теперь мне собирались навязать это. Я могу думать только о потенциальной боли от того, что этот подонок грубо возьмет меня туда в мой первый раз. Я в полной панике!

Я быстро вскакиваю на ноги и бегу к двери. Вокруг меня всегда была цепь, которая замедляла меня или позволяла Коулу легко схватить и оттащить меня назад, но теперь он совершил ошибку, сняв с меня эту цепь на сегодняшний вечер. Я распахиваю дверь и выбегаю в снег.

Глава 16

Лана

Я бегу так быстро, как только могу, сквозь густой снег и порывистый ветер. Я бегу так, словно от этого зависит моя жизнь, потому что так оно и есть. Однако в одной фланели и носках я мгновенно замерзаю и немею. Моими конечностями становится трудно даже управлять, поскольку я не могу полностью их чувствовать. Может быть, я не продумала это до конца. Я облажалась, но какой у меня был выбор? Остаться и подвергнуться насильственному содомизму? Я бы предпочела замерзнуть до смерти. Я понятия не имею, куда я вообще иду, и какая дорога ведет в город. Хотя не то, чтобы это имело значение, я знаю, что так далеко я не продвинусь.

Достаточно скоро я слышу голоса Коула и Рэя, которые кричат и гонятся за мной. О Боже, я в такой заднице. Где Каллум?

Вскоре я так онемеваю и меня неудержимо трясет, что я больше не могу ни бегать, ни даже ходить. Я падаю на землю и молюсь, чтобы умереть прямо здесь и сейчас.

Появляются две тени, и Коул грубо перекидывает меня через плечо и несет обратно в хижину.

Мы возвращаемся внутрь, и он бросает меня на землю перед камином, а затем мгновенно набрасывается на меня, нанося удар за ударом по лицу и животу. Я кричу, рыдаю и все еще дрожу от холода. По моему лицу течет кровь, кровь попала в рот, а из носа текут сопли. Он собирается убить меня. Это оно. Вот так я умираю.

Где Каллум!

Коул срывает с меня насквозь мокрую холодную фланель, обнажая все мое тело. Я сплевываю кровь, часть которой попадает на мою теперь обнаженную грудь.

Рэй появляется в моем размытом поле зрения, и я переворачиваюсь на живот.

Нет. Нет.

Я все кричу и кричу сквозь булькающую кровь.

— Помогите! Кто-нибудь, помогите мне! Слезьте с меня! Пожалуйста, кто-нибудь, помогите мне! — Я кричу. Мою голову поднимают за волосы, а затем снова швыряют на пол.

— Заткнись нахуй! — Рэй орет мне в ухо. От него разит спиртным и гнилью. Мои мольбы медленно стихают до тихого шепота. Пожалуйста, позволь мне умереть, прежде чем он войдет в меня.

Каллум

Я пытаюсь проснуться, мои глаза и голова все еще кажутся тяжелыми и дезориентирующими. Что за черт. Какое-то время я пытаюсь вспомнить, как добрался до кровати. Я думал, что готовлю еду для Ланы.

О боже, у меня раскалывается голова.

Коул. Коул, блядь, накачал меня наркотиками? Ты, должно быть, шутишь. Зачем ему накачивать меня?

Лана.

Черт.

Что это за шум? Я медленно привыкаю к своим ощущениям и сажусь. Кто-то кричит.

Лана.

Лана кричит так, как я никогда раньше не слышал.

Я выбегаю из своей комнаты в гостиную. Что за черт. Я врезаюсь прямо в кирпичную стену Коула, который удерживает меня. Я смотрю поверх широкой фигуры Коула и вижу обнаженную Лану, лежащую под Рэем, который вынимает свой член. Она лежит там, вся в крови, изо всех сил пытаясь освободиться, умоляя о помощи. Я смотрю, как Рэй снова бьет ее по лицу, приказывая заткнуться. Она замолкает, но все еще тихо просит о помощи.

— Убирайся нахуй с моей дороги! Сейчас же! — Я кричу Коулу.

Он прижимает меня к стене и упирается предплечьем мне в грудь: — Оставайся на месте, черт возьми, Кэл. Она пыталась сбежать, вот что она получила! — кричит он мне в лицо.

Я снова смотрю на Лану. Ее покрытые синяками и кровью глаза встречаются с моими. Мое сердце готово разорваться. В груди все сжалось, горло перехватило. Я тону в ее слезах.

Рэй смачивает свой член и выстраивается в очередь позади нее. Нет. Я смотрю, как Лана медленно тянется ко мне с потеками крови на пальцах, и с трудом разбираю слово, которое она почти шепчет.

— Каллум.

Вот и все. Я ломаюсь. Я раскалываюсь надвое, и все, что я вижу, — красное. Чистая ярость и адреналин наполняют мои вены. Никто меня не остановит.

Я отталкиваю Коула от себя со всей силы, на какую только способен, и бью его прямо в челюсть. Он падает на землю, а затем я разбегаюсь и бросаюсь на Рэя как раз в тот момент, когда он начинает давить на Лану. Я валю его на землю, опрокидывая рождественскую елку вместе с нами, и начинаю наносить ему по лицу шквал ударов. Я не могу остановиться. Я избиваю его до потери сознания, и даже тогда я не останавливаюсь. Я не могу. Мои руки болят, но я отталкиваю боль и продолжаю. Все, что я вижу, — это Лану, ее сверкающие зеленые глаза, кричащие от боли. Лана, моя прекрасная голубка, вся в синяках, крови и совершенно сломленная.

Крики наполняют мои уши, и я вырываюсь из транса. Лана снова кричит, глядя на нас с Рэем. Я смотрю вниз, на Рэя, и все, что я вижу, это кровь, так много крови и... мозгового вещества, кусочков костей и сочащейся жидкости. Лица Рэя больше нет. Оно обвалилось само по себе, выглядя как миска с окровавленными внутренностями. Поистине жуткая сцена.

Черт.

Только не снова.

Я падаю обратно на задницу и смотрю на свои руки, покрытые кровью. Кое-что из этого даже мое собственное — там, где у меня были порезаны костяшки пальцев.