Вечность (ЛП) - Ив Джеймин - Страница 16

— Оно мертво? — повторяет он, акцентируя внимание на своей речи и пронзая меня взглядом. В его вопросе столько страха, что я задаюсь вопросом, насколько чудом он спас свою жизнь, когда попал сюда.

— Оно мертво и больше не будет размножаться, — подтверждает Роман. — Демоны-волки нейтрализовали его. Они сами являются порождениями ночных кошмаров, рождёнными для охоты и уничтожения демонов. Многоножка — одно из многих животных, которое является их естественной добычей.

Когда Жнец воссоединилась со своими щенками, она рассказала мне, что демоны-волки рождаются с чистым инстинктом охоты на демонов, что они — тьма, которая преследует демонов в ночных кошмарах.

— В таком юном возрасте они едва осознали свою смертоносную природу, — продолжает Роман. — Через несколько столетий, если они останутся стаей, их будет не остановить.

— Если? — спрашиваю я, внезапно раздражаясь.

Роман бросает взгляд на Эйса и Руби, прежде чем пожать плечами.

— Если только они не объединятся в новые стаи.

Ах. Я не могу сдержать улыбку. Жнец также сказала мне, что сейчас осталось немного демонов-волков. Мне ненавистна мысль о том, что Эйс совсем покинет меня, но мне нравится мысль о том, что он может привести в мою жизнь новую стаю.

Кода отлипает от стены, и напряжение на его лице немного спадает.

— Тогда я благодарен, — говорит он. — Потому что когти многоножки могут высасывать силу, как только они вонзаются в вас, высасывая вашу энергию. Та, с которой я сражался в прошлый раз, едва оставила меня в живых, чтобы я смог доползти до Земли. К счастью, она не смогла воспользоваться энергией камня силы отца, который сохранил мне жизнь.

Он отворачивается и идёт впереди нас.

Мои волки быстро заканчивают работу по пожиранию многоножек, вдыхая их тела так же, как они вдыхают энергию демонов на Земле, очищая пространство, пока не остаётся даже пятнышка зелёной крови.

Эйс пробегает мимо меня, его фиолетовые глаза горят новой энергией. Руби следует за ним по пятам, в то время как Темпл, Лука и Блиц по очереди задевают меня и моих сестёр.

Кода уже шагает впереди нас, разминая пальцы, словно стряхивая остатки страха, но останавливается, когда сапфировые руны наконец освещают конец дорожки.

— Мы на месте, — говорит он.

Глава 13

Он указывает на тупик.

Таня наклоняется ко мне, разглядывая Коду и твёрдую каменную стену в двадцати шагах впереди нас.

— Во что, чёрт возьми, он играет?

Она кажется скорее смущённой, чем недоверчивой, и, поскольку моей сестре-гарпии потребовалось бы немало усилий, чтобы простить Коду за его прошлые поступки, я воспринимаю это как хороший знак.

— Давай выясним, — бормочу я, прежде чем мы направляемся к концу туннеля.

Роман прикрывает меня, а демоны-волки рассыпаются веером позади нас, и моё напряжение, оставшееся после схватки с многоножками, ослабевает. Присутствие Романа за моей спиной — чувство поддержки, которое я испытываю, зная, что мои сёстры и мои демоны-волки со мной. Вера в то, что он никогда добровольно не предаст меня. Я знаю это глубоко в своём сердце. Так же, как я знаю, что мои сёстры и моя стая умерли бы за меня, как и я бы умерла за них.

Было время, когда я не ожидала, что смогу доверять новым членам моей стаи, а теперь у меня их много. Роман. Жнец. Кода. А теперь и Руби. А также те, кого я оставила в Дебрях. Моя стая становится сильнее.

Кода жестом приглашает нас пройти вперёд, но его челюсть сжата, а кожа вокруг глаз говорит о новом напряжении, когда он поворачивается направо.

— Трещины увеличились, — говорит он.

Только когда он отступает на шаг и машет мне рукой, я вижу, что справа тянется потайной ход. Вход в него уже, чем в другие туннели внутри Бедствия, и его ширины хватает только для одного человека за раз. Вход был скрыт каменной стеной, когда мы приблизились, и стал виден, только когда я подошла вплотную. Он не выходит далеко за пределы отверстия, образуя неглубокую пещеру, которая расширяется сзади.

На задней стене видны две большие зазубренные трещины в скале, расположенные примерно в пяти футах друг от друга. Каждая из них выше меня и шире моего тела. Один из них золотистый, а другой — голубой, и даже с такого расстояния я чувствую тепло, исходящее от золотого, и чистую энергию, исходящую от другого.

— Стелла-Аструм и Земля? — спрашиваю я. — Но что есть что?

— Золотая трещина — Стелла-Аструм, — отвечает Кода. — Водяная трещина — Центрум, я имею в виду Землю.

— Оба мира, — шепчу я, входя в пещеру.

Кода воспользовался этим входом, чтобы спуститься на Землю, поэтому я не ожидала найти трещину, ведущую также и в царство ангелов.

Он последовал за мной в пещеру.

— Энергия камня отца потянула меня к Земле. Сначала я испытал облегчение, потому что из двух вариантов именно этот не привёл бы меня к смерти.

Я вздыхаю. Ангелы и демоны — противники, как написано в человеческих преданиях, но вот мы здесь, и нам нужно отправиться в царство ангелов, и оно прямо перед нами.

Кода продолжает.

— Но тогда мне пришлось придумать, как совершить прыжок.

Роман проскальзывает следом за нами, в то время как мои сёстры и волки остаются у входа. Его рука обвивается вокруг моей талии, когда он пробирается в пещеру поменьше и протискивается позади меня. Его тепло и энергия окутывают меня, и на мгновение мне становится трудно дышать.

Его большой палец скользит по моему бедру, и его улыбка согревает меня, прежде чем он поворачивается, чтобы изучить трещины, останавливаясь возле них, но не подходя слишком близко.

— Эти энергетические точки подобны открытым дверям — никаких замков или барьеров, как у врат, — но сила, заключенная в них, неистова. Летучая. Опасная, — он прищуривает свои зелёные глаза, глядя на Коду. — Она должна была разорвать тебя на части, когда ты попытался пройти сквозь неё, так как же тебе удалось совершить прыжок?

— Камень отца, — говорит Кода. — Он излучал достаточно энергии, чтобы защитить меня во время прыжка. Я не знал, сработает ли это, и перемещение чуть не разорвало меня на части, но каким-то образом я справился.

— Тогда оружие ангелов должно сработать, — Роман стучит себя по груди, вспыхивает свет, и оружие появляется в его руке. — Оружие дает нам силу, необходимую для путешествия в любой мир. А эти трещины указывают нам путь, по которому нужно пройти.

Выражение его лица смягчается, когда он смотрит на меня, а затем на моих сестёр. Его голос мягок, но то, что он спрашивает, поражает меня в самое сердце.

— Вопрос в том, который из них выбрать?

Я сосредотачиваюсь на двух порталах, энергия дома сочится из одного, в то время как чужеродное тепло ангельской энергии наполняет другой. Путь вперёд прямо передо мной — путь прямо в царство ангелов, как нам и нужно. И всё же, моё сердце кричит мне вернуться на Землю, найти свою маму, лечь спать в свою постель и залечить шрамы, которые покрывают моё тело и душу. Исцеление Малии очень помогло, но моя душа устала от битвы, и мне нужно время, чтобы восстановиться.

Я делаю шаг к выходу на Землю. Глаза Романа встречаются с моими, но он не пытается остановить меня, и я знаю, что он позволяет мне принять это решение.

Я провожу рукой по дому.

— Мы должны отправиться в Стелла-Аструм, — тихо говорю я, чувствуя себя так, словно кто-то только что пробил дыру в моей груди. — Мы должны спасти моего отца и вернуть его душу в тело. Без него мы ничего не сможем исправить. Я чувствую это глубоко в своей энергии. В своей демонической душе.

Я думала, что это последнее решение, которое я приму, — покинуть дом, но я взвесила все варианты. Всё, чего мы хотим, — остаться на Земле, но сейчас мы должны завершить Устранение и восстановить баланс между тремя мирами.

— Земле придётся подождать, — шепчу я.

Малия и Таня издали жалобные звуки у входа в пещеру, заходя внутрь одна за другой.

— Ты уверена, Нова? — спрашивает Таня, и я слышу напряжение в её голосе. Она на грани срыва, и мне даже не нужно задаваться вопросом, почему так. Я чувствую то же самое. Быть так близко к Земле и не отправиться туда — убивает меня, но если мы не исправим это, то не будет Земли, на которую можно будет вернуться.