Наагатинские и Салейские хроники (СИ) - Гичко Екатерина - Страница 91

– Я боюсь, они возьмут Ришу в заложницы. Винеш, мы можем вытащить её прямо сейчас? – Иер умоляюще посмотрел на друга.

– Мы пока разбираемся, что они там навертели в печати, но вроде ничего такого пока не нашли, – Винеш с сомнением почесал бороду. – Нам нужно повозиться, чтобы разобраться, что в ней есть и как она снимается.

– Опять время! – Узээриш посмотрел на него почти с ненавистью. – У нас его теперь нет.

– Да, времени нет, – согласился с ним Врей.

На Иерхарида было жалко смотреть. Бледный оборотень был готов прямо сейчас обернуться и броситься в монастырь вызволять жену.

– Винеш…

– Мы делаем всё, что можем! – лекарь и сам знатно нервничал. – Расшифровка печати легко не даётся.

– Тогда сыграем по правилам, как планировали раньше, – Узээриш азартно потёр ладоши.

Все удивлённо посмотрели на него.

– Сперва вытянем оттуда Ришу, а затем прищучим змеиное гнездо. Врей, продолжай раскручивать Аррана, чтобы Совет религиозного единства даже не подумал носа казать. И пусти слух, что Мнишые и остальные с ними связанные наживались на доходах ордена Типиша и вообще стоят за его основанием. Подгадим им сейчас, чтобы они не вздумали устроить несчастные случаи в монастырях. Ведь после таких слухов подозрение точно падёт на них, и родственники невинно погибших их растерзают.

Врей посмотрел на молодого хайнеса с отеческой гордостью.

– Пока они трясутся и отбиваются от нападок, как раз соберёшь все нужные доказательства. Вряд ли они успеют подчистить за собой так быстро.

– За два с половиной века должны были хорошо наследить, – согласился с ним Врей.

– И убедись, что все родственники хорошо оповещены о слухах, – коварно пропел Риш. – Будут передовым отрядом, сдерживающим агрессию врага. Слухи начнём распускать в тот же день, когда я поеду за Ришей. Так, когда у нас там ближайшая сильная непогода?

– Утром пришла весть, что с востока идёт сильный дождь, – отозвался Вахеш. – Дед ещё ворчал, что опять имение затопит… Если ветер сохранится, то монастырь попадёт под неё уже послезавтра.

– Прекрасно! – потёр руки Узээриш. – Тогда я беру Иию и Зиша и еду выручать Ришу из лап злого колдуна.

– Риш, – обеспокоенный Иер вскочил, – я сам слетаю, не надо тащить туда детей.

– А если печать расплющит голову Риши прямо за монастырскими стенами? – провокационно протянул сын.

– Я не пущу туда детей! – разъярённо оскалился отец.

– С ними ничего не случится, они будут со мной, – зарычал в ответ Узээриш. – Между прочим, мы не меньше тебя хотим, чтобы Риша наконец вернулась. И вернулась живая и здоровая! А если встрянешь, то я совру Рише, что она развелась с тобой из-за твоего тиранического характера.

– Ах ты мальчишка! – вскипел Иерхарид.

– Я здесь хайнес, и решение будет за мной!

– Ты мой сын! И хоть ты имеешь власть над всей страной, над тобой власть имею я!

– Сложи крылья и уступи дорогу молодым и сильным, – нахально отозвался Узээриш. – Я вижу, что творю, и своему дару доверяю.

– Не смей подставлять под удар птенцов!

– Они будут в безопасности. Они просто посмотрят на мамочку…

– Риш, ещё слово, и я созову совет консеров, чтобы с тебя сняли корону!

– Ха, зови! Я раз десять, если помнишь, их звал, когда ты был хайнесом. И ничего, позволяли тебе творить глупости и дальше.

Врей вздохнул. Отец и сын ссорились редко, обычно злился кто-то один, второй же оправдывался и винился. Но когда они одновременно выходили из себя, их разборки переходили все разумные границы.

– Ти-и-и-и-ха-а-а-а-а-а-а!!! – рявкнул Винеш и саданул кулаком по столу.

Столешница жалобно крякнула, и Иер с Ришем раздражённо уставились на трещину.

– План был продуман и согласован уже давно. И ты, Иер, тоже был согласен.

– Мне казалось, до этого не дойдёт…

– Мне плевать, что тебе казалось. Риш, берёшь брата и сестру, несколько отпрысков Вотых и Ёрдела.

– Если не найдёте Ёрдела, одолжим у Ранхаша Майяри, – улыбнулся Вахеш.

– Ты, – палец уткнулся в побелевшего от ярости Иера, – летишь прямо сейчас к своей благоверной и тайком следишь, чтобы с ней ничего не случилось. Тайком! Понял меня? Врей… делай то, о чём договорились, а я с печатью разберусь.

– Они маленькие… – опять вскинулся Иер.

– Я прослежу… – зарычал в ответ Риш.

– Всё, ша, пернатые! – Винеш угрюмо посмотрел сперва на одного, потом на другого. – Вроде умные мужики, но как страха хлебнёте, так как птахи пустоголовые мечетесь. Всё, разлетелись-разлетелись! Идите и тащите свою рыжехвостую прелестницу. Дворец ждёт её! Тут же ещё не всё разрушено!

Обманщик. Глава 11. «Настоящее» чудо

Весна вторгалась с боем. На первых порах она обычно деликатно теснила зиму, украдкой подтапливая сугробы и дружелюбно улыбаясь солнечным небом. Дождь выпадал нечастый и столь короткий, будто бы он сам недоумевал, что забыл в этих местах, и спешил убраться. Но постепенно новая пора разгуливалась, всё больше и больше входила во власть и теснила опостылевшую всем стужу.

В этом году всё было иначе. Солнечных дней на первый месяц весны выпало совсем мало. Казалось, что зима будет долгой, а следующая за ней пора – холодной. Но весна всё же пришла. Пришла с громом, молниями и ливнями, обложила небо плотным серым одеялом туч и сдувала ледяным ветром снег с крыш и деревьев. Зима не хотела уступать, дождь порой шёл вперемешку со снегом, холод царил такой, что под бегущей водой на земле сразу намораживалась корка льда. Ходить страшно! Но сил у старушки зимы оставалось уже немного, поистратилась за долгое время властвования, и чаще лил холоднющий дождь. Он хлестал по крышам, с рёвом сбегал по водосточным желобам, бурлил яростными ручьями, сносящими грязные островки снега, ломал ветви и с напором молотил по оконным стёклам. Порой ливень был столь плотен, что и на сажень впереди ничего видно не было.

И именно в такую непогоду, когда небо яростно извергало на землю ледяные потоки воды, в тучах, скрытых чернотой ночи, змеились молнии, а гром сотрясал землю под ногами, в ворота монастыря ордена Типиша постучали.

Привратник сперва решил, что почудилось. Кто в такую непогоду из дома выйдет? Но стук повторился вновь, куда яростнее, да ещё и сопроводился криком:

– Эй, открывайте!

Привратник потянул на себя створку смотрового окошка и подозрительно всмотрелся в залитую дождём темноту. Напротив вспыхнули жёлтые глаза.

– Живо открывай! Его Сильнейшество хайнес Узээриш здесь!

Страж ворот на миг оторопел и посмотрел на своего товарища, до того дремавшего в сторожке, а сейчас высунувшего из неё нос. Первым порывом было броситься доложить настоятелю. Но на улице такой ливень! Неужто заставить ждать повелителя Салеи у ворот в такую непогоду?

– Живее! Господин вымок весь. Ещё и у кареты ось треснула. Распорядись, чтобы помогли втащить её на подворье.

Привратник бросился отворять ворота, а его товарищ опрометью, поскальзываясь и падая, бросился докладывать настоятелю о визите важного гостя.

За воротами оказался сам хайнес в насквозь промокшем плаще. Да что там плащ? Портки, наверное, к телу прилипли!

– П-повелитель, – вздрогнул привратник и согнулся в поклоне.

– Мне ждать, пока ты все поклоны отобьёшь? – недовольно прикрикнул хайнес. – Живее! Я здорово промок и замёрз. Отправляй братьев к повороту, пусть притащат карету. Вот Тёмные! Совсем немного не доехали…

Настоятель Мастюня прибежал к воротам с большим зонтом, когда братья уже отправились вызволять хайнесов экипаж из грязевого плена.

– Мой господин, что вы делаете здесь в такую погоду? – с ужасом воззрился настоятель на повелителя, с которого в сторожке уже натекла лужа воды.

– Дела государственные не ждут солнечной погоды, – поморщился господин Узээриш и принял от привратника вино, наспех согретое в печи прямо во фляге. – В Мика̀ши ехал. Хотели проехать через Ракитку, но там развезло всё. На реке лёд вспух, дорогу размыло, словно её и вовсе нет. Ни проехать, ни пройти. Только вплавь. Крайне удачная погодка, – с сарказмом протянул молодой хайнес и пригубил горячее горлышко. – До монастырских ворот пятидесяти саженей не доехали, колесо отлетело. А вокруг на десять вёрст никто, кроме вас, и не живёт.