Академия избранных Мраком. Поддельная адептка (СИ) - Журавликова Наталия - Страница 12

Свершилось. Теперь я — приглашенная в академию избранных Мраком.

Настроения оставаться на вечеринке нет. Но сдаваться я не собираюсь. Не в моем характере поджимать хвост и прятаться в нору.

Иду в столовую, где как раз музыканты завели медленную романтичную композицию.

— Потанцуем? — рядом вырастает лопоухий Ханиш в строгом черном пиджаке. Пожалуй даже не просто строгом, а жестоком, потому что воротничок-стойка упирается бедняге в нижние скулы, заставляя парня держать голову ровно, как на подставке.

Будь Ханиш лысым, композиция была бы один в один яичко вкрутую.

— Давай, — принимаю руку однокурсника.

Почему нет? В этом неприветливом месте ценно любое человеческое участие.

— Милон Ханиш, — сообщает он.

— Ирлея Летхит, — представляюсь и я. Нас тридцать в группе, еще не раз придется повторять имена друг друга, прежде чем удастся все запомнить.

— Ты красивая, Ирлея, — он улыбается и становится куда симпатичнее, чем мне сначала показалось. Ровные зубы, ямочки на щеках.

Еще бы прической ему заняться, чтобы не напоминать издали ушастый куст.

— Благодарю, — вежливо склоняю голову.

Ханиш неплохо двигается, даже удивительно для такого с виду нескладного парня.

— Как тебе вечеринка? — Милон пытается завести беседу. — И вообще?

— Пока не очень освоилась, но тут терпимо, — отвечаю осторожно. Жаловаться точно не стану.

— Подружилась с соседкой? — продолжает парень. — Как она?

— С ней очуметь как весело. Но давай танцевать, хочу почувствовать музыку.

— Понял, — Ханиш вздыхает.

А я на самом деле не пытаюсь отвязаться от разговора. Мне хочется двигаться, растворяясь в музыке. Это помогает немного отвлечься.

Голос солиста просто волшебный. И это не фигура речи. Я читала, что артист из «духарей», то есть магов с перевесом Духа в эфирее.

Неудивительно, что певец воздействует на слушателей особым образом.

Мелодия вплетается в волосы, проникает в меня с воздухом и смешивается с кровью. Делает ноги легкими-легкими, кажется, я вот-вот взлечу.

Душа поет вместе с артистом.

Музыка заканчивается, и чудо растворяется.

— Обалденно, — выдыхает Милон, глядя на меня с восхищением, — ты танцуешь как богиня.

И я впервые с того момента, как переступила порог академии, беззаботно смеюсь.

Меня отпускает от разговора с Ларией. Я перекидываюсь шуточками с однокурсниками, пробую напитки и угощения. Танцую под заводные ритмы и даже извиняюсь перед Кирсеей за шишку на затылке. А девчонка в ответ вымученно улыбается.

«Искры Материи» заканчивают выступление и покидают сцену под жаркие аплодисменты.

Но впереди ещё половина вечеринки.

Студенты разошлись на группы по интересам. Я прибилась к компании сокурсников, но уже подумываю о том, чтобы незаметно сбежать в комнату.

Замечаю, что часть адептов уже так и сделала, в зале становится свободнее.

— Эй, на улице что-то происходит! — кричит рослый парень. Точно не с нашего курса.

Разгоряченные танцами и напитками ребята тянутся к выходу.

Я тоже решаю присоединиться. Потом под шумок сбегу к себе, ничего интересного больше не предвидится.

Но незамеченной остаться не выходит.

Во дворе, рядом с фонтаном, кто-то соорудил безобразную постановку.

Взгляду зрителей предстает привязанное к столбу чучело в моей дорожной одежде. К соломенной голове приделана наспех сработанная картинка. Мое лицо. Сляпано грубо, но вполне узнаваемо.

На груди чучела плакат.

«Тебе тут не место, Летхит!»

На площади собирается толпа, когда чучело вспыхивает.

— Обалдеть! — я узнаю голос соседки.

Оборачиваюсь, смотрю на нее.

— Чучело не моих рук дело! — говорит Эльна.

— Как и все остальное, — вздыхаю, понимая, что на протяжении всего вечера она нет-нет да и попадалась мне на глаза, да и сейчас я видела, как она выходила из столовой вместе со всеми, — прости, что решила, будто ты стащила мою одежду из душевой.

Ее ответ меня добивает:

— Не, это как раз-таки я сделала. А вот остальное…

Да сколько ж у меня тут недоброжелателей?

— Кто такая эта Летхит?

— Да вон та, рядом с черной ведьмой стоит.

— Чудила?

— Летхит? Не знаю такую. А что она сделала?

На меня показывают пальцами и перешептываются. А я борюсь с желанием накинуться на Эльну с расспросами. Все потом.

— Что тут у вас происходит? — доцент Илхим пытается быть грозным, но его внешность этому не способствует. — Кто устроил поджог в главном дворе?

— Какая-то Летхит, — брякает парнишка, который только что подошел и не видел, что произошло, но услышал мою фамилию.

Стискиваю зубы, чтобы не выдать себя.

Но Илхим уже взял след.

— Летхит? Ирлея Летхит, первый курс? Подойдите ко мне!

Протяжно выдыхаю. По жизни я бы себя не назвала неудачницей. Но Мракендарр меняет людей. Не так, как им хотелось бы. Вот и я теперь поймала вирус невезения.

Скрываться бесполезно. Этот альбинос с феноменальной памятью меня все равно достанет.

— Я здесь, доцент Илхим!

— Адептка Летхит, это вы подожгли столб? Что, кстати, на нем было?

Брезгливо смотрит на обгоревшие ошметки. Они дурно воняют так, что студенты поспешно затыкают носы, а некоторые, самые разумные, отходят подальше. Сейчас праздничная одежда любопытных пропитается гарью.

— Моя одежда и оттиск моего лица, — чеканю в ответ, — и табличка: «Тебе тут не место, Летхит!» Вы правда считаете, я сама могла такое устроить?

— Это правда? — Илхим оглядывает присутствующих. Все молчат. Никто не торопится подтвердить или опровергнуть мои слова. Всем просто интересно, что дальше, и как меня размажут.

— Летхит тут ни при чем, — внезапно говорит Эльна, — она вам не врет.

Илхим пристально смотрит на нее.

— А вы ведь соседки? — изрекает он.

В толпе слышны новые смешки.

— Значит, можете быть не вполне объективны. Разберемся с этим завтра. А сейчас можете расходиться. Летхит, подозрения с вас не снимаются.

Стараюсь не съежиться под насмешливыми взглядами. Иду прочь от учебного корпуса, в общежитие. В глазах закипают злые слезы. Их никто не должен видеть.

Прячусь среди деревьев, растущих между корпусами, не обращая внимания на рвущие одежду сучья.

— Подожди! — останавливает меня голос. Парень бежит следом, запыхавшись, хватает меня выше локтя.

Оборачиваюсь и узнаю третьекурсника Деркея. Неожиданно.

— Ты Ирлея, да?

Молчу.

— Глупый вопрос, — он улыбается, — я ведь слышал. За что они тебя так?

Пожимаю плечами.

— Неудачно попалась на глаза звездам академии.

— Это кому же? — фыркает Деркей.

— Неважно. Я справлюсь.

— Какая гордая, — он отпускает мою руку.

— Зачем ты за мной пошел? — интересуюсь настойчиво.

— Гордая и подозрительная.

— У вас тут иначе нельзя, — эта беседа начинает раздражать отсутствием смысла.

— Пока будет «у вас», это и не закончится, — Деркей спокоен, — многие пугаются, когда им приходит вызов в Мракендарр. Но страдать и считать себя обделенной глупо. С этим придется жить дальше.

— Спасибо, учитель, — складываю руки на груди и кланяюсь, — могу идти дальше?

— Я буду называть тебя Колючка, — сообщает парень. Он смеется. Моя злость его забавляет.

— На самом деле, я просто отошел подальше от этого балагана. Ну и чтобы не провонять. Смотрю — тут ты бегаешь с таким видом, словно сейчас аллею подпалишь.

Вымученно улыбаюсь.

— Приятно, что в этом месте не все враждебно ко мне настроены.

— О, — беспечно машет рукой Деркей, — это еще не факт. Если я к тебе подошел, не значит, что у меня благие намерения. Так что не обнадеживайся слишком.

— И не собиралась, — говорю сквозь зубы, — спокойной ночи, адепт Олтар.

Решительно отворачиваюсь, иду дальше и тут же спотыкаюсь о ветку.

Деркей ржет мне вслед.

Мракендарру повезло, что мой эфирей едва трепыхается. Я б и правда тут все спалила.