Академия избранных Мраком. Поддельная адептка (СИ) - Журавликова Наталия - Страница 28

Картинка не как в реальности, но все предметы, которые я видела наяву, выложены белыми светящимися точками, узнаваемы и каждый на своем месте. Даже белый Ханиш маячит впереди.

Опускаю голову. Под ногами лежит камень. По виду — обычный, таких сотни на морском берегу. Сажусь на корточки, вглядываюсь все так же закрытыми глазами. Нет, это не простой камень. Он испещрен сквозными дырочками, их видно даже на проекции. Это талисман на счастье! Надо же, как много отверстий. Много счастья, надо полагать.

От камня тянется зеленая ниточка. К владельцу?

Иду за ней мимо Кирсеи, мимо Бетрока Мирена.

— Адептка Летхит! — голос доцента Илхима отдается многократным эхом. — Вы сейчас в дверь упретесь. Куда собрались-то?

Открываю глаза и вижу перед собой дверь. Я в нее уже чуть лбом не врезалась.

— Меня туда ведет предмет, кирр Илхим, — отчитываюсь преподавателю.

— Не может того быть, я собрал все эти вещицы в аудитории. Может вы хотя бы разобрались, что внутри?

— Да, — киваю, но уже без особой уверенности, — морской камень с дырочками на счастье.

Сокурсники хихикают.

Доцент поднимает мешочек, заглядывает внутрь, затем вынимает увесистый, с крупное яйцо размером, камешек, испещренный дырками, как хороший сыр.

— Кто узнает свой талисман?

В аудитории молчание.

— Ну же, — торопит Илхим, — у нас еще четыре участника эксперимента.

Но никто не признает себя владельцем вещицы.

Доцент Илхим растерянно вертит камень в руках.

Я подхожу ближе.

— Посмотрите, там клеймо владельца! — замечаю круглую металлическую заклепку или еще что-то в этом роде.

— Действительно, — вздыхает с облегчением Илхим, — Вальдер Э. М-м-м, действительно, получается, хозяин предмета за пределами аудитории. Но кто же положил сюда его вещь?

— Да сама Летхит и положила! — вдруг выкрикивает Бетрок. — Все знают, что она с ним спит. Вот и стянула у любовника камешек и как все зазевались, выкинула настоящее задание и засунула это вот. Иначе каким образом у нее получилось бы все так верно определить?

Аудитория гудит, как растревоженный осиный улей.

— Тихо! — призывает Илхим. — К этому вопросу мы вернемся чуть позже. А пока пусть все остальные скажут, что было в их задании. Времени понять было достаточно.

— У меня шишка, — отвечает растерянно Ханиш.

— Шишка? — удивляется доцент. — И чья же она?

— Вот ее! — Ханиш тыкает пальцем в сторону Эльны.

— Совсем с головой плохо! — бурчит она. — Я не хожу по Мракендарру с шишкой в кармане.

— Что ж, давайте, посмотрим, что там, — предлагает доцент.

Я все еще стою как оплеванная под насмешливым взглядом Бетрока. Что ж, посмотрим, как ты сам справился с заданием.

В мешочке Милона Ханиша оказывается черный звериный коготь. Здоровенный, загнутый.

— Чье это? — вопрошает преподаватель. Эльна тянет руку.

— Вот, угадал же! — радуется Милон.

— Но не шишка же! — кривится Эльна.

Как по мне, ходить с таким когтищем в кармане не менее странно, чем с шишкой. Но я молчу.

Следующей отвечает Леяра Карлон. Она, наоборот, верно называет предмет, кулон с изумрудом, но ошибается с его владелицей.

Бетрок попадает мимо по всем параметрам.

У него в мешочке оказалась серьга, принадлежащая Делле Кариан.

— Вот видите, Летхит точно подделала свой результат! — снова обличает меня Бетрок. — Если уж я ошибся…

— Вам стоит работать на свой результат, адепт Мирен, — осаживает его непривычно жестко Илхим, — а не разоблачать чужие. Адептка Битигл, ваш ответ!

Кирсея с готовностью выпаливает:

— В моем мешочке костяные бусы, что-то вроде четок. И ведут они меня… на третий ряд.

Кирсея уверенно идет к третьему ряду, продвигается между столами, тыкает пальцем чуть ли не в лоб лохматому парню по имени Шеркем.

Доцент Илхим достает из мешочка длинную нить шариков из слоновой кости, и в аудитории начинают аплодировать.

А наша подружка не так проста, какой старается казаться.

* * *

Незапамятные времена

Черрз расправляет белоснежные крылья и смотрит на свое отражение в водной глади. Разумеется, его почти не видно. Только невнятная рябь.

Лучезары — воплощение Духа на три четверти. Их задача поддерживать баланс всеобщего эфирея, магической оболочки вокруг Ардилодии. Эфисферы.

Унылая участь для такого изобретательного лучезара, как Черрз.

Он спускается на Ардилодию, когда никто не видит.

Демиурги безнадежно далеко, они не видят, что происходит на созданной ими планете людей. Им ближе, интереснее своя, населенная высшими существами. Но раз в десять дней Луч и Мрак принимают с докладом верховных мракенара и лучезара.

Черрз подозревает, что игра в отцов Ардилодии уже поднадоела создателям.

В мире так давно ничего не менялось. А ведь каких-то пятьсот лет назад демиурги готовы были экспериментировать. Давать людям новые способности и модифицировать старые.

Тогда Черрз предложил Лучу создать на пробу магов, одаренных лишь частицами одного вида.

— Зачем? — удивился демиург. Встречи с ним Черрз ждал несколько лет, записался давным давно. И не собирался терять возможность донести свою идею.

— Всевышний, — горячо заговорил молодой лучезар, — такие маги станут столпами человеческого общества. Они изменят мир, сделают то, до чего не доходят божественные руки. Да и разве не интересно увидеть новые возможности в человеческой оболочке?

— Ты ведь понимаешь, что есть лишь две сущности, созданные целиком из частиц одного порядка? — холодно поинтересовался Луч. У него не было телесного воплощения, поэтому при разговоре с подданными он принимал разные обличья. С Черрзом разговаривал рыжеволосый юноша в слепяще-белой тоге.

— Что ты предлагаешь, дать людям равные возможности с богами?

— У них не будет равных возможностей с вами, — воскликнул Черрз, — ведь они телесны и за эти границы выйти не смогут. Но представь, Всевышний, как удобно иметь в Ардилодии ответственных за баланс времени и пространства. Они смогут прекращать войны силой мысли и отстраивать города одним движением. Конечно же, таким магам нужны будут наставники. Ответственные мракенар и лучезар.

— Уж не себя ли ты предлагаешь? — рассмеялся рыжий бог.

— Не без этого, — почтительно склонил голову Черрз.

— Хорошо, — махнул рукой Луч, — разработай свою теорию, у тебя сто лет на это. Представишь на совете.

Но спустя век не было никакого совета. Луч и Мрак решили дать людям жить самостоятельно, без высшей воли. Лучезары и мракенары, конечно, поддерживали Эфисферу и ход магии на планете. Но не согласовывали каждый шаг с богами.

Черрз был уверен, если бы у него получилось выйти на самого Мрака, дело бы пошло. Но к нему доступ только у мракенаров. Иерархия.

Как ему обрыдло быть лучезаром и латать прорехи в Эфисфере!

Чем дольше думал Черрз о забытой богами Ардилодии, тем сильнее хотелось ему воплотить в реальность идею разделения магии на Дух и Материю. Но уже не для смертных, они лишь инструмент. Для себя. Если демиургам неинтересна Ардилодия и безграничная власть над людьми, их полномочия перейдут к Черрзу.

И тогда у него родился Замысел…

Сейчас Черрз его воплощает.

Он собирает небесное железо из осколков метеоритов, чтобы сделать артефакт.

Черрз кует с помощью своей магии меч из двух половин, способный разрезать эфирей.

Он создаст свою армию покорных людей, послушных его идеологии. Почитающих его, как Луча или Мрака вместе взятых. И они достигнут небывалого величия, переделают мир уже так, как по нраву Черрзу. Покорят не только людей, но и лучезаров с мракенарами. А демиургам придется с этим смириться. Если, конечно, они вообще что-то заметят.

— А нет какого-нибудь экипажа или дилижанса до деревни? — Кирсея ноет, вцепившись в огромную хозяйственную сумку в цветочек. В ней она собирается нести в общежитие платье, купленное на ночь Отмщения.

— Пешочком-пешочком! — рычит на нее Эльна. — Сопли подобрала и топ-топ. У нас закрытая территория, к нам ни один дилижанс просто так не проедет, только по пропускам от ректора.