Академия избранных Мраком. Поддельная адептка (СИ) - Журавликова Наталия - Страница 65

— Только поэтому дверь в твою комнату еще не взломала охрана, — прямо говорит профессор.

— Значит, вы просто мне угрожаете? — догадываюсь я.

— Молодец, быстро схватываешь. Помни, Ирлея, у тебя уже два критических предупреждение. Третье обнулит все мои попытки приручить твой дар. Или хотя бы выявить в достаточной степени. Поэтому я и не давлю.

— Вы дали мне неделю, чтобы признаться в том, чего я, возможно, не делала, — напоминаю ему, — это называется «не давлю»?

Он внимательно смотрит мне в глаза, затем кивает.

— Я скажу о своих выводах ректору Талироди и твоему декану. Пока можешь расслабиться. Но не слишком. Учти, ты на особом счету, Ирлея Летхит. И не самом лучшем. Но давай, приступим к нашим занятиям. У меня не так много времени на болтовню.

Весь день я раздумываю над предложением Деркея. Что ему нужно? Неужели и правда решил протянуть руку помощи?

На всякий случай, не рассказываю о нашем разговоре никому. Впрочем, Кирсея лишь скользнула по мне равнодушным взглядом, а Эльна умчалась в библиотеку сразу после обеда. Милона я после уроков не видела. Так что и поболтать не с кем.

Вечером все же решаюсь прийти на встречу «тусовки своих».

Не такая уж она малочисленная, если на выборах Олтар едва не сравнялся с Эфлоном. Мне любопытно, кого я увижу. Но встречает меня у черного входа один Деркей.

— Насмелилась? — улыбается, протягивая руку. На нем нет перчаток, но пальцы горячие.

— Не могла же я тебя оставить тут мерзнуть, — пожимаю одним плечом.

— В моей душе такой жар, что я зажгу эту зиму, — губы растягиваются в довольной улыбке.

— И где ваша тайная братия собирается?

— Не знаю, можно ли тебе доверять, — Деркей дергает себя за мочку левого уха, — ты слишком близка с Эфлоном.

— Близка? Я подозреваю, что это он меня подставил неоднократно. Куда уж ближе.

Фыркаю. Мне кажется, зря пришла.

— Только его подозреваешь? — он прищуривается.

— Еще тебя, — отвечаю, не медля.

— Меня-то за что, странная девушка? — лицо Деркея вытягивается. — Я не такая сволочь, как Эфлон, можешь поверить. А пойдем-ка к ребятам моим, давай-ка, давай-ка.

Олтар частит и тянет меня за рукав.

— Хоромы, как в клубе Эфлона не обещаю, зато душевно будет.

Он и про клуб Вальдера знает.

Открывает передо мной заднюю дверь, приглашая пройти.

— Но мне нельзя в мужской корпус, Деркей! — я ужасаюсь. — Хочешь, чтобы я третье предупреждение отхватила?

— Не бойся. Это безопасно. Обещаю. Идем-идем.

Протягивает мне руку. Мгновение поколебавшись, принимаю ее.

— Это подвал. Строго говоря, ни мужской, ни женский. У меня есть разрешение администратора общаги раз в неделю проводить тут чаепитие. Формально мы называемся «Общество любителей настольных игр».

— Как мило, — хмыкаю.

— Не то слово. Прошу вас!

Деркей прав, это совсем не похоже на элегантный клуб Эфлона. Если у них и тут соревнование, Олтару стоит задуматься хотя бы о косметическом ремонте.

Обшарпанные стены со следами облезшей краски, толстые ржавые трубы водопровода ползут по ним раздутыми дождевыми червями.

Сырость, местами плесень. Из мебели — три стола, судя по виду, их приволокли из какой-то аудитории. Списали, слегка подлатали и поставили в кружок Олтара.

За столами — десятка два стульев, на вид новых и крепких.

На грубо сколоченных стеллажах — коробки с настолками. Между двумя стеллажами — тумба с газовой горелкой, на которой закипает пузатый чайник.

Один стол пустой, за двумя расположились парни и девушки. К своему огромному удивлению узнаю среди них Гельзека Хималса, который режется в «Пещеру монстров» с двумя девчонками и тремя пареньками. Несколько лиц мне смутно знакомы. Первокурсников здесь нет.

— Всем материи мешок! — приветствует своих соратников Деркей.

— Это Ирлея, у нее проблемы.

— Наслышаны, — бурчит один из играющих, — а теперь, видимо, и у нас будут.

— Проблемы есть у тех, о ком знают наверху, — подмигивает Деркей, — надо помочь девушке, поддержать. Например на следующей игре «Ясности» поорать в ее поддержку.

— Это мы легко! — твердо заявляет девушка за вторым столом.

Поднимается, идет ко мне. У нее шоколадного цвета волосы, туго затянутые в две тонкие косички и серьезные серые глаза, огромное и внимательные.

— Бонна Хлада, — представляется она, протягивая руку, — третий курс «стихийного». Сыграешь с нами в «Войну королевств»?

Я соглашаюсь. Общество настолок Деркея выглядит довольно безобидным. И в компании «отверженных» чувствую себя вполне комфортно. Я ведь и сама такая.

Мы и правда только играем и пьем чай с печеньем, попутно обсуждая последние академские сплетни. Никаких планов по захвату мира.

— Наше общество на самом деле больше, — говорит Бонна, — но мы никогда не собирались в полном составе, все по желанию и возможности. Да и не влезем всей толпой. Попасть к нам непросто и мы никому о себе не рассказываем, чтобы исключить шпионов того же Вальдера Эфлона.

— Так что и ты молчи, Ирлея, — добавляет Деркей, сидящий рядом.

Сколько я, оказывается, не знаю о Мракендарре и его закулисье.

— Как ты заметила, малышни тут нет, кроме тебя, — продолжает Деркей, — и это неспроста. Мы принимаем к себе только начиная со второго курса. Ты стала исключением. Уж сильно прославилась.

— Не то слово! — ворчит Хималс. — Королева Хаоса.

— А что, — смеется высокий чернявый парень, второкурсник с боевого, — у Вальдера в клубе действующая королева академии, как положено. А у нас вот такая.

Вот значит как. Райна Кирс, одна из тех, кто изменился, лишившись части себя, в элитном сообществе Вальдера Эфлона. Совпадений все больше.

— А скажите, раз вы обо всем тут знаете, — решаюсь я, — что такого удивительного произошло триста тридцать три года назад на месте Мракендарра?

Несколько человек переглядываются, а Гельзек уверенно отвечает:

— Основатели академии потревожили место захоронения Черрза. Он заворочался и превратил твою горгулью в камень. Так что ты, можно сказать, вступила с ним в противодействие.

От его слов, произнесенных веселым тоном, мороз по коже.

— Не пугайся так, бедовенькая, — хлопает меня по плечу Деркей, — это легенда Мракендарра. Мы их тут собираем. Очень увлекательно.

— Не знала, что Черрз был заперт именно здесь, — говорю дрожащим голосом, — даже если по легенде.

— Потому что об этом на каждом углу не орут, — поясняет Бонна, — но старшаки все в курсе.

С чаепития ухожу, ни разу не выиграв в настолку. Зато мыслей в голове еще больше.

Легенда? Пусть так. Но ведь и Лякся триста лет была легендой. Что, если и с Черрзом так же?

Главное событие следующего дня — тренировка по ментелену. Предвкушая встречу с командой, которую подвела, я отвлекаюсь на практикуме «Преобразование материи». Простенькое задание — изменить вид листа комнатного растения, вызывает у меня ступор.

Всего-то надо, пользуясь раздаваемой магией, сделать длинный сочный лист либо раздвоенным, либо коротким, либо еще как-то поиграть с его формой. Я же превращаю зеленую полоску в лапшу.

— Адептка Летхит! — возмущается магистр Велтра. — Что с вами происходит?

— Влюбилась в Эфлона, вот у нее все из рук и валится, — ржет вездесущий Бетрок.

— Мое сердце безвозвратно принадлежит тебе, Мирен, — парирую я, — какой еще Эфлон? Он всего лишь король академии, а ты величайшая задница во вселенной.

— Ирлея Летхит! — преподаватель краснеет, не в силах справиться с потерявшими страх студентами. — Ставлю вам «неуд» за сегодняшний практикум.

— Спасибо, — невпопад благодарю я.

Мне все равно на плохую оценку. По крайней мере, сейчас.

Другие проблемы кажутся мне более актуальными. А практикум я пересдам.

— Ваш конфликт с Миреном совершенно неуместен и раздражает, — говорит на перемене Кирсея, поджав губы, — и крадет время от занятий. Неужели вы с ним находите это забавным?

— Кирс! — вмешивается Милон. — Неужели ты не видишь, как этот поганец провоцирует Ирли?