Омега для Альфа Мужей (СИ) - Иствуд Кира - Страница 41

— Ты вся горишь! — выдохнул Хант.

Он был прав. Я дрожала, мне было ужасно жарко. Кровь кипела. Моё тело не было приспособлено для атомного двигателя. Я сгорала изнутри. И понимала — не выдержу долго.

И мне вдруг стало кристально ясно, что происходит. И чем всё для меня кончится.

Я была в объятиях Ордела и Ханта – последи дока, где только что завершился наш бой с врагом. Мы одержали победу. Корабль латал швы, окончательно затягивал бреши. Выравнивал освещение. И даже очищал воздух – пуская по доку ненавязчивый аромат молодой грозы.

Над нашими головами счастливо кружило маленькое золотистое ядрышко.

Все системы крейсера стабилизировались.

Чего не скажешь обо мне.

Я с тягучей тоской осознала новую правду: я умираю. Я расстанусь с этими мужчинами, в которых влюбилась так отчаянно и безнадёжно.

Как в старой красивой сказке – смерть разлучит нас.

Но… я могла оставить им часть себя. И надеялась, что они захотят её принять и позаботиться.

Моё тело сгорит, не справившись с силой ядра, которое сейчас заменяет моё прожжённое выстрелом из бластера сердце. Но наших с капитанами детей можно спасти.

У меня на глаза навернулись слёзы: детей надо просто изъять из моего тела и переместить в инкубационный контур. В медотсеке есть капсула регенерации, которая может провести такую операцию. И есть персонал, чтобы ею управлять…

Наши сыновья вырастут сильными, умными и красивыми, как их отцы. Правда, я этого уже не увижу…

Но только Ордел и Хант ещё не знают… Космос великий! Я так много от них скрывала. Теперь это казалось нелепым.

— Я… беременна, — слова вырвались всхлипом. — У меня омега-ген. Я… я… скрывала это.

Я смотрела то на Ордела, то на Ханта. Пытаясь прочитать в них, что капитаны теперь обо мне думают.

Слёзы сожаления набегали у меня в глазах. Но они испарялись, едва касаясь кожи. Мир горел… Но это на время стало неважно. Я слишком боялась увидеть холодное презрение на лицах капитанов, разочарование, отторжение. Совсем не так я хотела, чтобы эти смелые, сильные… лучшие во вселенной мужчины меня запомнили.

Но вместо ответа хвост Ханта сплёлся с моим. Сжал, даря поддержку.

— Мы знаем, Ария. Про ген. Про детей. И мы бесконечно счастливы… — хрипло шепнул Ордел, нежно касаясь пальцами моего лица, – Не бойся… Ария, ты вся горишь…

— Вы будете хорошими отцами, — еле слышно отозвалась я, чувствуя, как внутренности сводит от странной смеси отчаяния и облегчения, — Только надо поторопиться… надо в медотсек… детей надо спасти. Достаньте их, пока не поздно. Прошу!

— Нет, — резко сказал Хант. — Ты не прощаешься с нами.

И я вдруг услышала краем разума, как прямо сейчас капитаны переговариваются на внутренней волне. Только друг для друга. Но теперь – и я их тоже слышу. Благодаря силе ядрышка внутри. И потому что я – мианесса… Хоть и ненадолго.

Я приказала себе прекратить проживать заранее своё горе. И сосредоточится. Вслушаться в беззвучный диалог моих мужчин.

“Ядро заменило ей сердце… ”

“Надо стабилизировать…”,

“Времени мало… ”— уловила я обрывки мыслей.

— Стабилизировать? — шепнула я. Мысль металась, я не понимала, что тут можно поделать? Моё тело сгорает заживо. Ядро колотится в груди с частотой и силой, которую я объективно не тяну. Все внутренние процессы – на максимуме. Я жгу свои ресурсы каждым новым вздохом. Скоро все сложные белки, из которых состоит моё тело, просто распадутся!..

— Ничего не бойся, малышка, всё будет хорошо, – Хант ласково прикоснулся губами к моему пылающему виску.

– Ты наша любовь, Ария, – мурлыкнул мне на ухо Ордел, поглаживая мою талию сзади и медленно накручивая свой хвост третьим – в нашу с Хантом косицу, – мы не дадим тебе погибнуть. Ты вернулась. И мы тебя не отпустим.

– Ты наша, Ария…

Я уже ничего не понимала. Но надежда остро разгоралась в моём сердце. И я – утратила над ней контроль. Она разрасталась стихийно, захватывая меня всю: мои мужчины. Они это решат. Они меня спасут. Я представления не имею как, но если Ордел и Ханта так говорят, значит, так и есть.

А если ошибаются…

Капитаны синхронно посмотрели вверх. И я запрокинула голову следом. Ордел и Хант не сводили взгляда с замершего ровно надо мной второго ядрышка. Оно больше не накручивало круги под потолком, а спокойно мерно сияло. И я ощутила — капитаны что-то сказали ему на языке образов. Золотое солнышко сделало ещё круг в воздухе, соглашаясь с ними. А потом начало опускаться ко мне — ниже и ниже. Зависло напротив моей груди.

— Алое молодое ядро сжигает тебя, Ария. — ласково произнёс Хант успокаивающим тоном медика, а затем просто поднёс к губам мою правую ладонь и запечатлел на ней быстрый поцелуй. — Но золотое ядро способно тебя стабилизировать. По близнецовому принципу, почти так же как работает наше с Орделом пси-поле… Второе ядро зациклит энергию. И ты сможешь жить.

— Мы заберём твою боль. Ты ничего не почувствуешь. А когда ты очнёшься, всё уже будет хорошо, — Ордел припал губами к моей левой руке.

Я не успела ничего спросить, потому что в следующий миг золотое ядрышко вонзилось в мою грудную клетку.

Меня выгнуло. Казалось – должно быть очень больно. Казалось – каждая моя клеточка должна бы взорваться каскадом чистого страдания, но… боли нет.

И мой пылающий алый мир залило спасительной золотистой прохладой.

Я с облегчением прикрыла глаза.

И обмякла в руках моих мужчин, позволяя сознанию ненадолго меня оставить.

Сладкое почти забытое ощущение… я в руках Ордела и Ханта.

Я – в безопасности.

***

Глава 20

Ордел

С уничтожения Грея прошло несколько часов, корабль полностью себя восстановил.

И о безумном фанатике-учёном, вобравшем в себя особые способности и разрушительные потенциалы сильнейших рас – остались лишь воспоминания.

Но и они со временем померкнут. Мы с братом сделаем всё, чтобы Ария забыла этот ужас как можно быстрее.

Сейчас наша мианесса спала в капитанских апартаментах. Её тело ещё привыкало к уравновешенным ядрам, что временно заменяли ей сердце — так что после медицинской проверки, она уснула прямо на диване, присев с планшетом ненадолго, вымотанная этим безумным днём. Полупустой стакан с фруктовой питательной смесью, насыщенной микроэлементами стоял рядом с ней на столике. Планшет мягко соскользнул из её рук на ковёр. Золотой хвостик Арии замер очаровательным полуколечком, свесив кончик с дивана.

Мы с братом острожно уложили его на диван рядом с Арией. Укрыли нашу девочку пледом и тихо удалились из капитанской гостиной в смежный с ней рабочий кабинет.

Сели за овальный металлический стол друг напротив друга. И я тяжело взглянул в глаза Ханта.

Странное чувство: как будто смотришь на себя в зеркало. Но ты – немного другой, Твой близнец – вторая половинка твоей личности и твоего разума.

– Нам надо что-то решать с этим, – кивнул Хант уже на мой служебный планшет, что лежал на столешнице между нами.

На мониторе мерцал белыми голограммами приказ командования. Он пришёл час назад.

И ни мне, ни брату он не нравился.

И мы собирались сделать то, что один раз за военную карьеру делал каждый шиариец – собирались послать командование в чёрную дыру! Котоиду под хвост! Метаморфу – за хелицер!!!

Я выдохнул сквозь зубы, и брат порывисто поднялся – сварить нам кофе покрепче. Надо было привести мысли в порядок. Утвердить наш план. Общее пси поле — это очень удобно. Когда есть кто-то, кто считывает твои намерения и порывы. Где-то осаживает тебя. Где-то срабатывает на опережение. И очень скоро нашего пси будет постоянно касаться и мысль нашей мианессы. Мы чуть больше проведём времени вместе — и постоянно слышать её намерение будет также естественно, как понимать брата-близнеца.

А пока — ещё оставались крайне неудобные нерешённые вопросы. И хорошо что Ария лишь иногда соскальзывала к нам мыслью. Потому что ей волноваться вредно.