Телохранитель для строптивой - Юлия Оайдер - Страница 9

После молчаливой прогулки я с Дебби возвращаюсь в квартиру к дяде Стасу как раз к ароматному вкусному завтраку. Сэм отправляется к себе в квартиру, как он сказал: «Надо приготовиться к рабочему дню». Не знаю уж, как там его подготовка происходит.

– Блинчики просто божественны! – блаженно закатив глаза, говорю я.

Не могу перестать есть эти тонюсенькие золотистые блины, до чего же вкусно их тетя Лия готовит! У моей мамы вкусные оладьи, а вот такие тоненькие «солнышки» у нее почему-то не в ходу.

– Я рада, что нравится, – смущенно краснеет тетя Лия.

Она мне всегда нравилась, такая милая, маленькая, скромная. А еще у нее глаза разного цвета: один голубой, а другой карий, смотрится необычно и завораживает, не удивлюсь, что дядю Стаса в своей ассистентке, которой она у него работала, зацепили сначала именно глаза.

– Пойду соберу Витю в лагерь, а то что-то он не торопится, – кротко улыбается она. Пытается уйти, но ее за подол домашнего платья ловит дядя Стас и, чуть притянув к себе, целует в оголенное плечо.

Изо всех сил стараюсь сдержать улыбку; какие же они милые. Почти как мои родители… Наверное, именно поэтому мне здесь всегда так спокойно и хорошо, я будто дома.

– Сегодня я поеду с тобой, все покажу, познакомлю с администратором, – говорит дядя Стас и допивает кофе.

– У тебя все же появился управляющий? – спрашиваю я.

В свое время дядя очень негативно отзывался о любых админах, нанятых для управления и ведения дел. Он сам с нуля построил мотогоночный трек, сам поставил его на ноги и пустил поток – это было его гордостью. Он всегда боялся упускать из рук вожжи, все делал сам. Пусть и не всегда удачно, по незнанию и без должного опыта, но он старался.

– Да, семья требует внимания, а мне не хочется профукать лучшие моменты, будучи на работе двадцать четыре часа, – отвечает он. – За десять минут соберешься? У меня для тебя на треке есть сюрприз, – подмигивает дядя Стас.

Сомнений в том, что любимый дядя купил мне новый байк, быть не может, и оттого все внутри радостно сжимается, аж визжать хочется! Я не рассчитывала на такой подарок, нет-нет, но в душе все равно… мечтала!

По пути на трек мы едем друг за другом, хотя, я уверена, можно было бы и без Сэма обойтись… Но раз папочка заготовил мне возвращение к Германию в случае непослушания, придется немного потерпеть и усыпить бдительность.

Выходим из машины, и дядя Стас с загадочной улыбкой провожает меня напрямую к ангару и гаражам, так называемым боксам для мотоциклов каждого из гонщиков. Со мной рядом Дебби, с разрешения дяди я могу брать ее с собой на трек в свободные от соревнований дни. Телохранитель занимает место на свободных и ближайших к ангару трибунах, и я чувствую его взгляд, сверлящий мне в затылке воображаемую дыру.

Судя по всему, когда я с дядей – Сэм не будет таскаться за мной как хвостик. Нужно запомнить.

Останавливаюсь напротив небольшого стенда на внутренней стене ангара, где висит чья-то черно-белая фотография. Сначала я подумала, что это Доска почета, но по надписи «Ровной дороги, брат!» понимаю, что это доска памяти. На фотокарточке изображен молодой парнишка примерно моего возраста, рядом с фото есть прямоугольный листок и написанное от руки на нем маркером имя – «Константин Р», с витиеватой закорючкой, из-за которой невозможно разобрать фамилию.

Я прекрасно знаю, как опасен мой вид спорта. Я читала обо всех авариях, о том, как гонщики погибали или становились инвалидами, вроде как морально подготовлена, но все равно порой страх пробирает. Особенно глядя на вот такие доски.

– Ты идешь? – зовет меня дядя, и я переключаю свое внимание на него. – Есть идеи, что там для тебя за подарок? – улыбается дядя Стас.

– Ты мне ни разу не подарил ни одной игрушки, кроме моделей мотоцикла, так что… это байк? – расплываюсь в широкой улыбке я, чуть ли не подпрыгивая на месте от радости.

– Я так предсказуем, – наигранно разочарованно вздыхает он. – Я очень надеюсь, что тебе понравится.

Приказав Дебби следовать за мной, я иду за ним через ангар, где часть боксов открыта, и гонщики бесстыдно глазеют нам вслед. Дядя Стас останавливается и отпирает один бокс с красивой граффити-надписью на рольставнях «Черт», где когда-то во времена его участия в гонках стоял его мотоцикл. Ему не было равных на трассе. Я даже зажмуриваюсь, чтобы ощутить момент «вау» намного более красочно. Скрип двери, шелест ткани – и я осторожно приоткрываю один глаз.

Бог мой…

Вижу накрытый специальным чехлом силуэт гоночного мотоцикла, и все внутри замирает от предвкушения.

– Я надеюсь, что тебе понравится цвет, – улыбается дядя. – Я видел наклейки на «Пепле» и решил, что такой окрас будет к месту. Не томи, смотри уже! – нервно усмехается он.

Подхожу к байку и прикасаюсь пальцами к ткани, плотно прилегающей к корпусу. Ох, это так волнительно! На миг отвлекаюсь на громкие голоса гонщиков, из-за угла наблюдающих за мной и Стасом. Любопытные…

– Я уверена, что там что-то необыкновенное, – шепчу я и стягиваю чехол.

Черный глянец и затемненная сталь. Шикарный, дорогой, новый, идеальный – я могу перечислять вечно, какой он этот мотоцикл. С одного крыла огромная надпись: Good luck, с другого маленькая приписка на русском: «Чертовка». Моя кличка, которую взяла еще очень давно, подражая гоночному прозвищу своего дяди – «Черт».

– Ну как? – не терпится ему услышать мой вердикт. – Он отлично подойдет для соревнований, проходит по всем параметрам… Я взял на себя смелость внести его в реестр, чтобы все было готово к твоему приезду и ты не потеряла дни. А еще моя старая команда механиков, толковые ребята, полностью будет обеспечивать твои заезды. Нравится?

– Спрашиваешь?! – с радостным визгом бросаюсь дяде Стасу на шею. – Спасибо тебе, спасибо! Это лучший подарок! Обкатать можно?!

– Конечно, сейчас, когда зарегистрируем заезд, освободится дорожка – и в путь, – подмигивает он и протягивает мне ключи. – Переодеться можешь в боксе, он запирается изнутри, – дядя указывает мне на стоящую рядом с байком сумку с моей экипировкой, которую, вероятно, он привез еще вчера.

Киваю и вприпрыжку бегу к сумке, куда я дома упаковала все свое гоночное добро. Руки трясутся от восторга, и улыбка не сходит с лица. Нет, я очень люблю свой предыдущий байк, но новая модель всегда в радость! Особенно если она мощнее и поможет мне с лучшими результатами.

Надеваю экипировку, проверяю щитки и вешаю на ручку шлем. Приказываю Дебби оставаться в боксе, и она послушно ложится у ворот, а я выхожу из бокса. Хочу сама выкатить мотоцикл на стартовую линию, пусть даже и под пристальными взглядами пятерых парней неподалеку.

Альфа и Бета, несложно было их узнать, так же как и их «шестерок».

– Ого, да у нас тут Плакса [2] новая появилась, – фыркает тот, что в белом с черной полоской на спине. – Как мы могли упустить такое важное событие?

Общий гогот эхом отражается от стен ангара, раздражая меня. Ну, кто говорил, что будет легко? Девчонок тут не любят, парни почему-то считают, что им не место на треке, а место у плиты борщи варить. Дурные стереотипы.

– Как тебя зовут, пупсик, и что ты тут забыла? – с напускной улыбочкой на потрескавшихся губах спрашивает парень в черном, тот, кого я назвала Бета. Бритый почти наголо, лет двадцать пять, жилистый, подкачанный, но невысокий. – Я Ван.

– Ван как Ваня? – Опускаю подставку, чтобы байк не упал, и разворачиваюсь к нему лицом, состроив наивную милую рожицу.

Остальные парни начинают ржать над моей дерзостью, а вот ему не смешно.

– Ван как One, – щурится парень. – Привык быть первым.

Прикусываю язык, чтобы не съязвить в ответ, и просто улыбаюсь. Есть одно правило: не показывай сопернику свои сильные стороны, покажи слабые, и пусть он считает тебя либо глупым, либо неуклюжим, либо слабохарактерным и наивным.

– Ты блатная, да? – спрашивает один из «шестерок» в сером.