Измена. Ты сжег все мосты (СИ) - Мэра Панна - Страница 8

Она медленно заглядывает в сумку, внимательно выискивая что-то между отсеками. Пока я отчаянно пытаюсь вспомнить все, что могла забыть в доме у Филипцовой.

— Ах вот, нашла!

Она рывком вытягивает из сумки кипу документов и, злорадно улыбаясь, протягивает их мне.

— Как я понимаю, ЭКО дало результат. Поздравляю, — довольно произносит она, — твой муж уже в курсе, или ты хотела скрыть от своей любимой семьи этот маленький нюанс?

Глава 12

— Отдай это сюда! — пытаюсь выхватить документы из рук сестры. — Еще ничего неизвестно.

Маша ловко отдергивает руку и снова глядит на меня в упор.

— Как это ничего неизвестно? Тут и УЗИ, и гормоны. И все на твои имя и фамилию, — приторно растягивает она каждое слово, — я ведь не дура, Ангелин.

Внутри будто собрался целый оркестр, и кто-то невидимый колотит по ребрам, приводя меня в ярость.

— Никому и ничего не говори, — шиплю предупреждающим тоном.

— Почему же? Думаешь, Кирилл не обрадуется, узнав, что станет отцом? — ехидно цедит сестра. — О, или ты как раз боишься, что он обрадуется?

Я закусываю губу, стараясь как можно быстрее продумать ответ.

— Боишься, что это привяжет тебя к неверному мужу, да?

Машка совсем перестает следить за языком.

Кажется, ей доставляет удовольствие наблюдать за тем, как я ломаюсь.

— Тебе мало своей беременности, Маша, ты решила и моей заняться?

Она хитро улыбается, будто бы уже наметила стратегию действий, и чувствует себя в ней победителем.

— Значит, не хочешь, чтобы я говорила…

Бросает на меня очередной меткий взгляд.

Проверяет мою выдержку на прочность. Играет и хочет заставить поддаться ее махинациям.

Я знала, что сестра та еще стерва, но раньше это никогда не затрагивало меня.

— Чего ты от меня хочешь? — наконец спрашиваю я.

— Договориться.

— Договориться?

Она удовлетворенно кивает.

— Я ничего не буду говорить Кириллу, а ты, в свою очередь, ничего не расскажешь моему мужу.

Значит, дела обстоят как я и думала.

Егор ничего не знает об изменах Маши. И, по какой-то неизвестной причине, моя сестрица очень хочет сохранить с ним брак.

— Ну что? Мы друг друга поняли? — переспрашивает она, обмахиваясь моими документами, словно веером. — Я могу тебе доверять, сестра?

Рывком выхватываю из ее рук кипу бумаг, наблюдая за тем, как она довольно расплывается в улыбке.

Мне так не хочется признавать с ней договоренности!

И сейчас я чувствую себя так, будто танцую на раскаленных углях.

— Не смей говорить со мной о доверии после того, что ты сделала.

Маша закатывает глаза.

— Да брось, Ангелин. Че такого-то? Из-за мужика будем ссориться?

— Это не просто мужик, это мой муж!

Ехидный взмах ее ресниц заставляет вздрогнуть. Она будто специально провоцирует меня на ревность.

Главное не вестись! Не поддаваться и не отвечать!

— И что? Твой муж по праву остается тебе. Я ведь и не претендовала.

— Но ты спала с ним, Маша! И явно не один раз по чистой случайности.

— Да брось, Ангелина! Я думала, что ты к этому проще относишься. Считай, что это как делиться шмотками! Помнишь, как мы в школе юбку делили. Вот и мужик тоже. Можно на пару носить.

У меня просто не укладывается в голове тот фарс, который произносит Филлипцова.

Стою молча, глядя на нее широко распахнутыми глазами.

— Я не понимаю, как ты можешь быть такой циничной.

— Я не циничная. Я прагматичная, сестрица. Беру от жизни только то, что хочу.

— Ты ходишь по головам, Маша. Тебе это аукнется.

— Я не верю в карму. Иначе бы уже давно горела в аду, — хмыкает она, — так че будем делать? Отпустим и забудем?

Смотрю на нее долгим осуждающим взглядом.

Почему я никогда не придавала значение тому, что живу со змеей? Почему всегда считала, что в ней есть что-то хорошее? Человеческое? Эмпатичное?

Всего этого в ней не было! И передо мной стояла самая настоящая беспринципная тварь!

— Я никогда не прощу тебя, Маша. И никогда не забуду.

Маша разочарованно поджимает губы.

— Значит ты все же хочешь, чтобы я всем рассказала?

— О чем рассказала?

Софья Николаевна высовывает из-за двери свой длинный нос.

— У вас есть какие-то секреты от меня?

Я не успеваю даже вздрогнуть и сообразить о чем пойдет речь в разговоре, как Маша уже несется в атаку, желая размазать меня по стенке.

— Ну даже не знаю. Может Ангелина сама хочет рассказать о важных событиях в ее жизни? — вальяжно растягивает каждое слово Филлипцова.

Знаю, что это шантаж. Что Маша не отступит от своего, пока я не признаю ее правоту.

— Нет, ничего такого.

— Да ну, ты что⁈ О таком просто нельзя молчать? — снова заводит она шарманку. — Или ты хочешь, чтобы я сама рассказала?

Глава 13

Секунды, кажется, длятся вечность. Что будет, если сейчас Маша всем расскажет, что я беременна?

Кирилл точно обрадуется, потому что знает — ребенок привяжет его к нашей семье навсегда.

Он не уйдет, не отступит от нас. А значит, я уже никогда не смогу уйти от человека, который выбрал меня предать.

У меня остается всего несколько секунд, чтобы принять решение.

Они не должны узнать! Не сейчас!

— Ладно, хорошо! — выпаливаю я, прежде чем Маша растрындит мой секрет.

— Что хорошо, Ангелин? — хитро уточняет сестра, растягивая каждое слово, чтобы я продолжала нервничать.

Продолжала оправдываться и краснеть перед ней.

Я делаю глубокий вдох и отвечаю с милой, незамысловатой улыбкой.

— Ваши дела с мужем — это ваше личное. Я в это не лезу.

Свекровь удивленно поднимает брови.

— Я вообще не понимаю, что тут у вас происходит. Какие еще дела с мужем? — фыркает Софья Николаевна. — Маша, объясни!

Поджав губы, я с вызовом смотрю на сестру.

Пусть только ляпнет что-то о моей беременности!

— Ангелина с Кириллом планируют делать ремонт в доме. Мы обсуждали материалы в гостиную. Да, дорогая? — сестра лицемерно касается моего плеча, всеми силами изображая заботу.

— Да. Я бы хотела дубовую отделку, — плавно растягиваю каждое слово, стараясь не смотреть свекрови в глаза.

Она как голодная акула, которая чует каплю крови в океане. Так и эта женщина — ложь мгновенно распознает.

— Ремонт? — переспрашивает она брезгливо.

— Да. А что такое? Мы давно не реставрировали гостиную.

— Лучше б ты думала о том, как и когда родить ребенка моему сыну! — бесцеремонно хватает меня за руку свекровь, а я даже не успеваю ойкнуть. — А сейчас пошли со мной. Поможешь мне накрыть на стол, вместо этого бесполезного трепа.

Софья Николаевна даже не дает мне времени на ответ, как я уже оказываюсь на лестнице.

— Иди, иди! Гости уже и так заждались ужина.

— А Маша? Ей разве не надо помогать по кухне? — оглянувшись назад, я пытаюсь дозваться сестру, но свекровь угрожающе тыкает мне в спину, чтобы я следовала на кухню.

— Помогать? — с недоумением переспрашивает женщина, едва мы оказываемся возле холодильников. — Конечно нет! Она и так мне уже достаточно помогла!

— Очень интересно чем? Учитывая, что я ни разу не видела ее на кухне, — фыркаю я, закатывая рукава.

Держу пари, Софья Николаевна отдала бы все возможное, чтобы ее невесткой была Машка, а не я.

У них было очень много общего. Например, ядовитый язык и гнилая душа.

— Маша откачала меня после сердечного приступа! — возмущенно выплевывает женщина. — До которого, между прочим, ты меня довела.

Я лишь молча закатываю глаза. Видимо, ей никто и никогда не объяснял, что если бы у нее был реальный сердечный приступ, то одним стаканом воды и открытым окном, она бы не отделалась.

— Почему вы меня так не взлюбили? — неожиданно перевожу тему, стараясь снизить градус напряжения в помещении.

Софья Николаевна явно не ждала этого вопроса.

Она с грохотом ставит на стол тарелку с индейкой и внимательно смотрит на меня.