После развода. Хочу тебя вернуть (СИ) - Мэра Панна - Страница 27

– Чёрт! – рычит он, тяжело дыша. – Я… Я в ярости, Надя! Когда я вижу тебя рядом с Драгунским, у меня кровь закипает!

Я поворачиваюсь к нему, стараясь не показывать страха. Голос выходит спокойным, почти холодным:

– Это уже не твои проблемы, Ильдар. Мы с Драгунским работаем. Он доверяет мне, потому что признаёт мой талант.

– Талант?! – он хрипло усмехается, резко оборачиваясь ко мне. Его глаза горят злостью и какой-то отчаянной болью. – Да ты хоть понимаешь, что он просто использует тебя?! Ему наплевать, что ты там умеешь. Ему главное насолить мне! Вот и всё!

Я сжимаю сумочку в руках, чувствуя, как ладони становятся влажными.

– Даже если так, – произношу тихо, но твёрдо, – это тоже уже не твоё дело. А сейчас, мне пора домой.

Я снова тянусь к дверной ручке, но в ту же секунду его пальцы резко сжимают моё запястье.

– Подожди, – его голос низкий, сдавленный, почти рычащий. – Мы не договорили.

Я замираю, чувствуя, как от его хватки пульс бьётся сильнее. Медленно поднимаю взгляд. Он смотрит на меня пристально, глаза блестят в полумраке салона. В этом взгляде отчетливо видна злость, но при этом пробивается и что-то болезненно личное, почти надломленное.

– Ильдар, отпусти, – говорю я ровно, стараясь не выдать ни дрожи, ни паники. – Нам не о чем разговаривать.

– Как это «не о чем»? – он наклоняется ближе. – Ты сидишь рядом с Драгунским, позволяешь ему… – он резко замолкает, будто спотыкаясь о собственные слова, и сжимает мою руку ещё сильнее. – Ты думаешь, он видит в тебе специалиста? Нет. Он видит способ ударить меня. И ты идёшь у него на поводу.

– Хватит, – мой голос становится жёстче, чем я рассчитывала. – Ты всегда всё сводишь к себе. К своим амбициям. Может, пора признать, что мир не крутится вокруг тебя?

Он тяжело дышит, его грудь вздымается, и на мгновение кажется, что он хочет что-то крикнуть. Но вместо этого он смотрит на меня молча. Взглядом, в котором перемешались злость, ревность и обида.

Я рывком освобождаю руку, и он не удерживает. Дверь машины наконец открывается, холодный воздух ударяет в лицо.

Только бы он не пошёл за мной…

Глава 42

Иду к дому быстрым шагом. Каблуки звонко отстукивают по плитке, а внутри всё бурлит. Злость, обида, раздражение.

Я не оборачиваюсь, но чувствую, что Ильдар идёт за мной, шаг в шаг, и это сводит с ума.

Ключи звонко постукивают в руках, я судорожно ищу нужный, но пальцы не слушаются, предательски дрожат. Я прижимаюсь к двери, почти наваливаюсь на неё всем телом, лишь бы открыть быстрее, лишь бы скрыться. И тут я ощущаю его позади.

Близко.

Слишком близко.

Проходит ещё секунда и его дыхание обжигает затылок.

– Оставь меня в покое! – кричу я, срываясь.

Голос дрожит, но сейчас в нём преобладает злость, а не слабость.

– Ты не имеешь права лезть в мою жизнь! Всё кончено, понимаешь? Я живу без тебя!

Тишина. На секунду мне кажется, что он отступил. Но не успеваю я выдохнуть, как он рывком разворачивает меня к себе, глядя прямо в глаза, словно готовясь учинить очередной допрос.

–Что тебе надо, Абрамов? Мы же уже всё давно решили! – стиснув зубы, повторяю я.

– У вас с Драгунским что-то есть? – его слова повисают в воздухе, как удар. – Что-то кроме работы? – он смотрит прямо в меня, прожигая насквозь. В глазах светится ярость, но в ней же и что-то ещё: боль, ревность, интерес, который он тщетно пытается скрыть за маской негодования. Его зрачки расширены, скулы напряжены так, что кажутся острыми.

Меня бросает в дрожь. Сердце колотится, как будто я в ловушке. Я чувствую его злость всем телом, но под этой злостью таится другое – почти жгучее желание знать правду, знать, есть ли у меня кто-то.

И от этого взгляда мне становится не по себе. Он тянет меня обратно в прошлое, туда, где мы были вместе. Но я сжимаю губы, цепляюсь за злость и говорю холодно:

– Даже если бы и было, это больше не твое дело.

Ключ наконец-то попадает в замочную скважину, я уже почти провернула его, когда слышу за спиной низкий голос Ильдара.

– Так значит… Это да? – его слова режут воздух. – Он так смотрел на тебя за ужином. И трогал.

Я замираю. Рука с ключом дрожит. Сердце грохочет. Его голос будто ввинчивается в меня, цепляется за самую душу. Он стоит так близко, что я чувствую его напряжение.

Стараюсь не оборачиваться, но не выдерживаю. Медленно поворачиваю голову и встречаю его взгляд. В глазах какая-то безумная смесь чувств. Он будто ищет подтверждение своим догадкам, требует его.

И во мне вдруг поднимается странное, горькое желание сделать ему больно. Как он делал больно мне. Пусть теперь почувствует. Пусть поймёт, что значит терять.

– Да, – выплёвываю я, едва узнавая свой голос. – Драгунский ухаживает за мной. Ты доволен?

На лице Ильдара появляется выражение, которое я никогда не забуду. Его глаза расширяются, он даже делает шаг назад, отступает, словно от огня.

Я резко дёргаю дверь, влетаю в прихожую и, не давая ему ни слова сказать, захлопываю её прямо перед его лицом. Дерево гулко ударяется о косяк, и этот звук разрезает напряжение, будто точка в последнем предложении романа.

Прислонившись к двери со стороны квартиры, я слышу собственное дыхание. Сбивчивое и тяжёлое. Сердце бьётся так, будто выскочит наружу.

Я прижимаюсь спиной к двери, стараясь отдышаться, но дыхание всё равно рвётся наружу короткими судорожными рывками. Ладонь ещё дрожит от того, как я держала ключ, будто эта дрожь впиталась в тело и никак не уходит.

Что я сделала? Зачем сказала ему это?

В голове роятся мысли, одна громче другой. Но сквозь весь этот хаос я ясно понимаю: да, я хотела причинить ему боль. Хотела, чтобы он хоть раз почувствовал то, что чувствовала я, когда он уходил, когда смотрел мимо, когда для него было важно всё, кроме меня.

А сейчас… Сейчас в его глазах был интерес. Такой живой, такой острый, что я аж вздрогнула. Я сто лет не видела, чтобы Ильдар смотрел на меня так. С жадностью, с ревностью, с этим отчаянным «моё». И от этого внутри у меня всё закрутилось – смесь злости и странного сладкого удовлетворения.

Пусть знает. Пусть поймёт, что я могу жить без него. Что я тоже могу быть желанной, счастливой, любимой.

Без него.

Глава 43

Ильдар

Я захлопываю дверцу машины так, что звук отдаётся в висках. В салоне гулкая тишина, пахнет пластиком и табаком, но я не чувствую ничего кроме бешенства внутри.

Вязкого и горячего, как расплавленный металл.

Как она могла?

Эта мысль свербит, бьётся, прожигает мне голову изнутри. Надя и Драгунский. Даже сама связка этих имён кажется абсурдной, но перед глазами снова и снова встаёт одна и та же картинка: его рука на её плече, его взгляд – слишком внимательный, слишком тёплый для простого делового ужина. А её глаза… Чёрт, она не отстранилась. Она позволила.

Я в ярости сжимаю руль, так что суставы побелели. Нет, это неправда. Это не может быть правдой.

Моя Надя… Моя. Она никогда не могла вот так, холодно и спокойно, сидеть рядом с другим мужчиной. Она ведь всегда была преданной, домашней, мягкой. Она принадлежала мне. И только мне.

А теперь… Теперь она сидела с ним, слушала его, соглашалась, смеялась даже. И выглядела счастливой.

Я чувствую, как в груди разрастается что-то чёрное, липкое, почти невыносимое. Ревность смешивается с болью и унижением. Неужели у них правда что-то есть? Она сама сказала. Сама в лицо выплюнула мне: да.

Я представляю, как Драгунский ухмыляется. Он всегда был самодовольным, уверенным, вечно окружённым женщинами. И теперь он взялся за Надю. Для чего? Чтобы вонзить нож мне в спину. Чтобы показать, что он лучше? Чтобы лишний раз потоптаться по моему самолюбию?

А она… Она повелась. Ведётся на его шарм, на его деньги, на его ухаживания. Ей, видно, приятно чувствовать себя желанной. А я что? Я остался с Алесей, с её упрёками, с её лишними килограммами и бесконечным нытьём. Вот она реальность.