Любимый злодей - Одесса Д. С. - Страница 7

– Эй! –  недовольно восклицает Джеки. –  Я еще не давала разрешения вставать.

– Она закончила. Все закончили. Пойдем, Хейли. –  Мейли берет сестру за руку и утаскивает ее из столовой, мимо прислуги, несущей поднос с десертами в стаканчиках. За ними громко хлопает дверь, отчего стекла в ней отзываются легким звоном.

– Мне тоже пора. –  Зейн, одетый в черную рубашку поло и темные джинсы, присоединяется к сестрам, кладет салфетку рядом с тарелкой и поднимается из-за стола.

Я понятия не имею, как оценить его возраст. Ему может быть около двадцати пяти. Взгляд парня теряется в окне позади его места, как будто он что-то там высматривает. Затем Зейн огибает стол, не удостоив меня и взглядом.

«Ты мне тоже не нравишься, напыщенный говнюк», –  думаю я и с долей раздражения смотрю ему вслед.

– С сегодняшнего дня я укладываю девочек спать?

– Нет, –  отвечает Джеки. –  Об этом позаботится миссис Уорнер. –  Она также откладывает свою салфетку, прежде чем взглянуть на экономку, которая уже выросла у меня за спиной в дверном проеме.

– Непременно, Джеки.

– Сегодня можешь восстановить силы после долгого путешествия, Нурия. Располагайся и обустраивайся. Если захочешь пройтись по дому –  никаких проблем. На подземном этаже есть фитнес-зал и сауна. На первом –  библиотека, если ты любишь читать. Наши с мужем личные комнаты всегда заперты. В остальном не стесняйся, осматривайся.

С этими словами она выходит из-за стола, после чего встаем и мы с ее супругом. Мистер Монейр одаривает меня краткой улыбкой, которая выглядит настолько натянутой, как будто он выражает сочувствие дрожащей уличной кошке, спрятавшейся за мусорным баком.

Да что здесь творится? Ведь что-то определенно не так. Я рассчитывала на дружелюбную принимающую семью, а не на бесчувственных людей, словно высеченных из глыбы льда. Впрочем, кто знает, может, у них сегодня что-то случилось. Может, члены семьи поссорились или получили плохие известия. Не стоит делать поспешных выводов.

После обширной прогулки по особняку, на которую ушел почти час, около десяти часов вечера я решаю отправиться в свою комнату и распаковать вещи.

Если не считать людей, которые живут в этом доме, сам он –  просто с ума сойти. У них здесь не крошечный спортзал всего с двумя мини-тренажерами и не маленькая угловая сауна, а полноценно оборудованная зона фитнеса и спа, как в отеле.

Домашняя библиотека занимает две большие комнаты, сплошь заставленные стеллажами высотой до потолка. Чтобы добраться до верхних полок, даже требуется лестница.

В саду я ненадолго устроилась в ротанговом кресле под навесом просторной террасы, откуда видно бассейн и беседку вдали. Половина участка окружена густым эвкалиптовым лесом, который отгорожен каменной стеной высотой около двух метров.

Интересно, почему Монейры ведут такой уединенный образ жизни между лесом и скалами? Неужели это семейство любит одиночество? Или они унаследовали это овеянное историей поместье? Возможно, верно и то и другое. Для меня все здесь –  настоящее приключение и составляет разительный контраст с суматошной Барселоной.

Добравшись до своей комнаты, я падаю спиной на мягкую кровать под балдахином. Из соседней комнаты через стену доносится эхо протестов двойняшек, которые явно не согласны с наставлениями миссис Уорнер. Несколько раз я слышала топот детских ног по полу, иногда даже грохот в коридоре и хлопанье дверей.

Похоже, обе девочки обладают чертовски вспыльчивым характером. Завтрашний день определенно будет весьма насыщенным.

Я сама выросла в семье с тремя детьми и знаю, как шумно порой бывает дома. Пока я размышляю над тем, стоит ли выглянуть за дверь и спросить у миссис Уорнер, не нужна ли ей моя помощь, в кармане шорт звонит телефон. Дотянувшись до заднего кармана, я вытаскиваю смартфон.

На мгновение мелькает мысль, что звонит мой больной сталкер. Но это невозможно. Нас разделяют несколько тысяч километров. Нас разделяют океаны, он не мог так быстро узнать мой новый номер. С другой стороны, за последние несколько недель я неоднократно меняла номер телефона –  безуспешно. Каждый раз он все равно его узнавал.

От одной мысли о преследователе у меня начинает покалывать затылок. С одной стороны, я хочу избавиться от него, но с другой –  мне отчаянно хочется узнать, как он выглядит. Найдет ли он меня? И если да, то продолжим ли мы с того места, на котором остановились в ночном клубе? Потому что каждый раз при мысли о ночи в Crystal Passion я чувствую нервный трепет в груди. Я потеряна, причем безнадежно.

Но, прочитав имя на дисплее –  Энстон! –  я с облегчением выдыхаю. Энстон уже больше года принадлежит к числу моих лучших друзей. Он даже прилетел со мной в Австралию. Впервые мы с Энстоном встретились в университете, когда в столовой у меня из рук выскользнул поднос. Все просто уставились на меня, а Энстон подскочил, чтобы помочь. В итоге мы разговорились. И с тех пор регулярно договаривались встретиться на обед в кафетерии, а из неловкого момента развилась потрясающая дружба.

После приземления он заселился в отель в Брисбене, примерно в тридцати километрах от этого поместья.

– Энс? –  отвечаю я. –  Как дела?

Охнув, перекатываюсь на живот и тереблю пальцами шелковистое постельное белье.

– Привет, Нурия. Я решил тебе позвонить, потому что ты до сих пор не связалась со мной, как обещала. Неужели уже забыла обо мне?

– Упс, –  с наигранным раскаянием произношу я и приподнимаюсь на локтях в кровати. Провожу пальцами по каштановым волосам, кончики которых слегка вьются. –  Я как раз собиралась сама тебе звонить.

– Да ладно, не ври. Ничего ты не собиралась. Рассказывай, как тебе принимающая семья?

– Пока что неплохо. –  Пожалуй, сильно преувеличенное определение. Энстон наверняка слышит детские крики, которые проникают из-за двери.

Я задумчиво накручиваю прядь волос на указательный палец.

– Значит, все не так прекрасно, как ты себе представляла.

На короткое мгновение наступает тишина. Затем я вдыхаю и делаю шумный выдох.

– Нет, честно говоря, люди здесь какие-то странные. Совершенно отстраненные и… понятия не имею, как это описать… незаинтересованные.

– Грубые?

– Нет, не то чтобы. Ох, не знаю… Я надеялась на что-то другое. Но просто подождем и посмотрим, как пройдут следующие несколько дней. Возможно, дело еще и в том, что я жутко вымотана после долгого перелета и хочу вернуться домой.

– О боже.

Одновременно с его ответом я слышу, как на заднем плане болтают люди, затем раздается дверной сигнал, как будто Энстон зашел в оживленный бар. Голоса становятся громче, звучит джазовая музыка.

– Ты же не собираешься сразу сбежать назад? Подумай о психе, который ходит за тобой по пятам. Скорее всего, он еще не понял, что ты пересдала свою квартиру в Барселоне. –  Энс самозабвенно смеется. –  Наверное, снимает сейчас на видео незнакомую женщину через окно и думает, что это ты.

Мне эта мысль совсем не кажется забавной, ведь женщина не подозревает, во что ввязалась. Я несколько раз подчеркнула, что есть некий человек, который часто стоит на улице, фотографирует и невозмутимо подглядывает в окно. Что есть некто, кто будет продолжать шпионить за квартирой, оставлять подарки на пороге и названивать в дверь посреди ночи. Несмотря на это, девушка-студентка решила снять квартиру на полгода, потому что на рынке жилья сейчас очень сложная ситуация и ей не удалось найти вариант дешевле.

– Как смешно, Энс. А вдруг он что-нибудь с ней сделает?

Это не такая уж и неправдоподобная мысль. Насколько я его знаю, Демон придет в ярость, когда сообразит, что я сделала ноги, и может выместить свою злость на моей квартирантке Эмбер.

– Ей? С чего бы? Он одержим только тобой.

Я закусила нижнюю губу.

– Будем надеяться, что он останется в Испании и наконец-то забудет обо мне.

Потому что именно такой план я придумала вскоре после того, как поняла, что моя тень преследует меня уже чуть больше четырех месяцев.