Скованная льдом (СИ) - Черная Нина - Страница 45

— Озорницы, — произнес он вдруг, — снова в воде играют.

И прошел к выходу, не сказав ничего определенного больше. Я, озадаченная и все еще напуганная, медленно прошла следом, ожидая, что меня остановят. Но никто не остановил.

Мы оказались на открытой деревянной площадке, с нее ступеньки спускались прямо в воду. Там резвились девицы, одна краше другой, плескались, играли в догонялки. И все бы ничего, только на них ни единой вещички не обнаружилось. Бегали прямо так, в чем мать родила. А как заметили Светозара, так с визгом бросились на него всей толпой. Оплели руками, прижались разгоряченными телами, отчего я ощутила, как щеки краснеют от смущения и стыда.

Вдруг на мои плечи легли прохладные ладони а ушей коснулся чуть хриплый голос Макара:

— Я тебя обыскался, а ты тут с обитателями знакомишься.

Сердце заколотилось о ребра, похлеще синички, пойманной в силки, а внутри зародилось возмущение. Он ведь меня оставил одну, если бы не бросил в трапезной, я бы не нашла проклятую дверь и не тряслась бы от страха, прощаясь с жизнью.

Развернулась резко и поджала губы, требуя взглядом ответов. Макар, довольно улыбался и лениво разглядывал действо, что за моей спиной разворачивалось. Вдохнула-выдохнула и процедила сквозь зубы:

— Нечего оставлять меня было. Правда, мы с твоим братом так мило поболтали, что он решил познакомить меня со своими девочками.

Макар перевел рассеянный взгляд на меня и приподнял одну бровь, будто в удивлении. 

— Это сотворенные им духи для утех, — пробормотал он медленно, почесав нос рукой, — странно, что он тебя сюда привел.

Я дернула плечом и молчаливо развернулась, ожидая окончания представления. Руки чесались отвесить Макару оплеух, завязать ему глаза, но я понимала, что это будет выглядеть по-детски. К тому же, он бог, а я простой дар, хоть и полукровка. Обхватила себя руками и насупилась. Знала ведь, что плохая затея — к брату его ехать. Худо мне станет. Быстрее бы венчание и домой со спокойной душой. Не думать о чужих тайнах, не бояться, будто острый нож, взгляда Светозара и его пугающей мощи, и не ревновать Макара, как глупая дурочка.

Светозар аккуратно отлепил от себя девиц тем временем и развернулся к нам лицом.

— Хотите присоединиться? — спросил он бесцеремонно, кривя ухмылку.

Я задохнулась от возмущения и запылала щеками, как печка. Но мне не дали выплеснуть это самое возмущение на девиц и мужчин. Светозар тут же махнул рукой и произнес:

— Шучу, не для того я твою невесту привел Макар, не хмурься. Девочки, — обратился он к нагим распутницам, которые продолжали вокруг него виться, — оденьтесь, чтобы не смущать наших дорогих гостей, да подберите прелестнице лучшее платье. У нее скоро важный день. Нельзя его абы в чем провести.

Послышались разочарованные вздохи, но молодки быстро скрылись за разлапистыми кустами, что по кромке воды росли. А я только заметила, что то место, где они резвились и не море вовсе, а озеро. Сверху, с отвесной скалы падали вниз воды, пенились, с шумом и брызгами приземляясь. Если б не злоба, что внутри клокотала, то оценила бы красоту природы.

— Что ты задумал, Светозар? — поинтересовался Макар, вновь прижимая меня к себе.

— Ничего особенного, просто хочу, чтобы моя будущая родственница блистала на собственной свадьбе, — пожал плечами Светозар, скидывая верхнюю рубашку и усаживаясь на ступени, ведущие к воде.

— Я просил простое венчание без лишних глаз, — в голосе Макара появилась сталь, а пальцы, сжимающие мои плечи напряглись. 

— А я хочу праздника, — дернул плечом мужчина, отвернувшись к резвящемуся водопаду, — ты мой единственный брат, уж не расстраивай меня, дай разок на свадебке погулять.

Спиной почувствовала, как Макар разозлился, а сама внутренне похолодела. Свадьба, которую может устроить Белый бог меня заранее пугала.

— Увидим, — бросил Макар скупо и отпустил мои плечи, — я подожду на террасе, когда ты наиграешься в куклы.

Светозар поднял руку и будто отмахнулся от брата, тут же ощутила острое одиночество и нарастающую панику. Зачем Макар меня вновь бросил одну?

Веселящиеся молодки утянули меня вглубь своей комнаты, попутно ощупывая и осматривая. Враждебностью от них не веяло, поэтому я немного успокоилась, да и разноцветные платья, скрывающие наготу успокоили пожар, разгоревшийся внутри.

— Ты такая худенькая, — заявила одна из девиц. 

Она оглядела меня с головы до ног и смешно наморщила носик. Остальные же расселись на бесформенные подушки, которые валялись по всему полу и тоже смотрели на меня, только с каким-то нехорошим интересом. Будто хотели меня по косточкам разобрать и увидеть, что у меня внутри спрятано.

— Но это не беда, — тут же улыбнулась девица, она казалась главной среди остальных, — у нас много платьев. Подберем самое красивое!

— А может, не надо? — слабо попыталась возразить я, но меня уже не слушали, девицы сорвались со своих мест, и скоро весь пол оказался усыпан разноцветными лоскутами ткани.

Такими яркими, что в глазах зарябило. Выдохнула обреченно и прикрыла веки, чтоб голова не разболелась. Секунда — и верхнее платье исчезло с меня, а другое легло поверх сорочки.

За окном вовсю стрекотали сверчки и кузнечики, где-то далеко на востоке разгорался рассвет, а меня все еще мучили. Глаза нещадно слипались, безумно хотелось улечься прямо на пол и отключиться, но энергичные девицы не давали мне продыху. Одно яркое платье сменяло другое, а молодки все распалялись, будто никогда в куклы не играли, а сейчас перед ними образовалась послушная и молчаливая, которую можно переодевать бесконечно.

Наконец, чужие руки оставили мое измученное тело, а на меня из зеркала сонно смотрела красавица в идеально облегающем платье, которое подчеркивало все изгибы, выставляя напоказ самые сокровенные места, на самой грани приличия. Щек тут же коснулся румянец, а губы расползлись в смущенной улыбке. Нежно-розовый цвет платья неожиданно хорошо сочетался с небольшим румянцем. Даже без косметики, с не подобранными волосами я выглядела живо и свежо.

— Другое дело, — послышался голос Светозара от выхода на улицу, сердце тут же заколотилось, как бешеное, а глаза заметались из угла в угол в поисках защиты, — отлично, брат у меня не промах, настоящую красоту себе нашел. 

Бог обошел меня кругом, потирая подбородок и рассматривая меня с головы до пят. Я поджала губы и спрятала глаза за ресницами, чтоб не видеть его хитрого взгляда. Светозар меня нервировал.

— Девочки, — устал надо мной измываться он, — отведите Настеньку в ее комнаты, пусть отдохнет, а мы свадебку соберем.

И руки потер, ухмыляясь в бороду. Я сжала ткань платья и шагнула в сторону выхода в коридоры терема, только меня подхватили тут же под локоть. Одна из веселушек покивала головой и сообщила, что платье здесь оставить надо, негоже жениху невесту перед венчанием в платье видеть.

Я вздохнула обреченно и вернула отобранное для меня платье. Тут же натянула свое и выжидательно уставилась на девиц, мол, ведите. Огляделась украдкой, для надежности, но Светозар уже оставил меня на растерзание своим молодкам, ушел в неизвестном направлении.

Одна из них схватила меня за руку и потащила вглубь коридоров. Ноги мои плохо слушались, в голове шумело, а глаза то и дело пытались закрыться, как же я устала за этот безумный день. Девица, широко улыбаясь, втолкнула меня, наконец, в огромную комнату. Красота убранства поражала, а огромные окна пропускали достаточно воздуха. Только рассматривать я ничего не стала, скинула платье на одно из кресел и рухнула плашмя на огромную кровать, что покоилась под воздушным балдахином. Даже покрывалом не накрылась, отключилась моментально.

До слуха доносилось пение птиц и чей-то веселый гомон, они-то меня и пробудили. Яркое солнышко заставило меня поморщиться и забраться головой под подушку, но оказалось поздно, сон ушел, оставив после себя ломоту в теле и головную боль.