Локки 10. Потомок бога (СИ) - Решетов Евгений Валерьевич "Данте" - Страница 30

— Вот ещё! Ты и так слетишь с него быстрее, чем высохнет дерьмо на солнце!

— Хм, — хмыкнул я и резко остановился.

Осознание внезапно раскрыло мне глаза и плюнуло в них горьким ядом.

А что, если нет никакого саботажника, работающего на другого бога или какого-то моего врага? Может, дело в том, что среди моих слуг и подчинённых идёт битва за лидерство? И они всё так же искренне верят в меня, потому-то ничего и не дала проверка на «верность» в храме.

А если тот же Инварр действительно пытается скинуть минотавра, чтобы взять власть в свои руки? И ведь у него есть все шансы! Его черти трудятся днями и ночами, и никто из тех, кто следит за ними, ни разу не доложил мне, что черти что-то замышляют или совершили какое-нибудь деяние во вред городу.

— Локки, повелитель! Уймите вы их! — с мольбой бросила мне жрица, косясь на красного как рак Сломанного Рога, чьи пальцы судорожно сжимались, словно душили Инварра.

Чёрт что-то хотел мне сказать, но подавился словами после моего жеста, призывающего всех заткнуться.

Я молча подошёл к дверям склада, столкнул брови над переносицей и обрушил тяжёлый взгляд на всех зверолюдов, даже Апофиса не забыл. И каждый опустил голову или отвёл взор.

— Ссора Инварра и Сломанного Рога пока подождёт. Сейчас важнее выяснить, кто из вас это сделал, — указал я на склад. — Последний шанс признаться. Молчите? Что ж, видимо преступник, сука, скромный.

Зверолюды переглянулись, не понимая, почему я считаю, что саботажник кто-то из них. Хотя Сломанный Рог с затаённой надеждой покосился на гордо вскинувшего голову Инварра. Минотавр точно мечтал, что я сейчас укажу на чёрта и скажу, что именно он-то и есть тот гад, который всё и устроил.

И глаза Сломанного Рога вспыхнули заметно сильнее, когда я поманил Инварра указательным пальцем.

— Иди-ка сюда.

Тот дёрнул головой, но всё же подошёл, глядя на меня исподлобья. А остальные затаили дыхание, не отводя от нас взволнованных взглядов. Минотавр аж губу прикусил. Крушитель же покрепче обхватил рукоять чудовищного молота, с которым никогда не расставался.

— Вы что-то хотите мне сказать, повелитель? — холодно изрёк чёрт, до хруста расправив широченные плечи.

От него пахло звериной мощью, шерстью и ядрёным потом, но ни страха, ни тревоги я не уловил. Ну оно и понятно, если Инварр действительно организовал все эти проблемы со складами, то он вряд ли верит, что его прямо сейчас раскроют. Ведь мы с ним уже столько прошли…

Однако у меня имелось великолепное средство, дабы разговорить любого. Я даже мысленно слегка пожурил себя, что раньше им не воспользовался, потому что как-то не придавал большого значения поискам саботажника. Спихнул всё на Сломанного Рога и Бурую, давая им шанс проявить себя. Но они не справились.

— Инварр, посмотри мне в глаза, — приказал я, хмуря брови.

Тот вскинул голову и прямо посмотрел на меня, не смея даже смахнуть кровь, стекающую со лба в левую глазницу.

Я накинул на него «очарование» и спросил:

— Ты хочешь занять место Сломанного Рога?

— Да, — ответил тот, вызвав удивлённые вздохи зверолюдов, поражённых такой откровенностью. Мало же кто знал о моём «очаровании».

— Почему?

— Я считаю его тупым и недальновидным. Он не в состоянии принимать правильные решения и вечно советуется со жрицей. А та больше сведуща в храмах и вере, чем в организации горожан.

Бурая недовольно засопела, а минотавр громко сглотнул, бросив рефлекторный взгляд на жрицу, словно искал у неё совета. Но та даже не посмотрела в его сторону, а мягко проговорила, глядя на меня:

— Повелитель, Инварр заблуждается…

— Молчи, и до тебя очередь дойдёт! — холодно бросил я ей и задал черту самый важный вопрос: — Ты устроил поджог прошлого склада и перепортил продовольствие на этом?

— Нет! — выдохнул тот, обдав меня вонью нечищенных зубов с изъеденными кромками.

И в его глазах не было ни намёка на ложь.

— Этот чист, — пробормотал я и взмахом руки показал ему, что он может быть свободен.

Чёрт переступил копытами и отошёл к Апофису, внимательно наблюдающего за происходящим.

— Теперь ты, — приказал я жрице.

В теории и Бурая может стоять за всем этим. Зачем ей это? Ну, к примеру, она пыталась таким способом подставить Инварра, чтобы избавить своего возлюбленного минотавра от конкурента.

— Как прикажете, повелитель, — покорно изрекла жрица и встала передо мной, вытянувшись во весь рост.

Остальные зверолюды замерли и переключили всё внимание на неё. И никто из них не ждал от Бурой таких откровений, какие выдал Инварр.

Однако, ко всеобщему изумлению, Бурая тоже без утайки начала отвечать на мои вопросы, когда я накинул на неё «очарование». Но я ей не задавал ничего такого, что могло бы подорвать веру в меня. Жрица ответила лишь на несколько пробных вопросов и на самый главный — причастна ли она к произошедшему на складах? Бурая ответила отрицательно, вызвав облегчённый вздох минотавра, словно тот допускал мысль, что она могла приложить к этому лапу.

Сам же Сломанный Рог подошёл ко мне после жрицы и тоже оказался чист как слеза младенца.

После моего откровенного диалога с минотавром зверолюды смекнули, что все трое не просто так столь честно отвечали на мои вопросы. Они поняли, что в деле была задействована магия.

— Итак, кто следующий? — пробормотал я себе под нос и окинул взглядом смертных.

Крушитель почему-то стоял чуть в стороне и мучительно посматривал в сторону улицы.

— Ты что там увидел? — спросил я у него подозрительно.

— Да что-то приспичило, живот прихватило, — прогрохотал тот и, не дожидаясь моего позволения, торопливо пошёл прочь.

— Стой! — крикнул я ему, но тот будто не слышал и прибавил шагу. — Стой!

Здоровяк упорно шёл прочь, скрежеща доспехами и не обращая внимания на взгляды зверолюдов и Апофиса, приклеившихся к нему.

— Если ты сейчас же не остановишься, Крушитель, я вынужден буду сам остановить тебя! — грозно выдал я, но не добился результата.

Пришлось телепортироваться к нему и попытаться взглянуть в глаза, но он резко отвернулся и ринулся в другую сторону, стремясь убежать.

— Ах ты гад! — выхаркнул я, смекнув, что дело нечисто. — Ловите его! Валите на землю, но не убивайте!

Зверолюды всей толпой ринулись на Крушителя. А тот не был силен в беге, так что они быстро нагнали его.

— Не подходите! Убью! — завопил он, принявшись крутить чудовищным молотом.

Тот вспарывал вонючий тёплый воздух, как лопасть вертолётного винта, не давая зверолюдам подступиться к нему. Здоровяк напоминал медведя, окружённого волками, скалящими зубы. И уже все понимали, что Крушитель ринулся прочь не просто так. Благо тот был туповат, так что в какой-то момент рефлекторно посмотрел на меня, чем я и воспользовался — накинул на него «очарование».

Крушитель тут же опустил молот, и зверолюды набросились на него, повалив в пыль. По улице прокатился грохот доспехов, а руки и ноги Крушителя мигом оказались в лапах зверолюдов, не дающих ему встать.

Я телепортировался к нему, наступил ногой на грудь и процедил:

— Почему ты это сделал?

— Я хотел всё изменить, — прохрипел Крушитель, пуская слюни на изувеченные шрамами и язвами толстые губы. Они с таким трудом двигались, словно каждое слово причиняло ему нестерпимые страдания, как осколки стекла, выходящие наружу через горло.

— Что ты хотел изменить, идиот⁈

— Раньше город жил по-настоящему, — процедил здоровяк, глядя на меня маленькими глазами, ностальгически заблестевшими из-под массивных надбровных дуг, похожих на скальные уступы. — Мы сражались, воевали, ходили в набеги! И ни одна подлая тварь не могла приблизиться к границе нашего города. А теперь мы боимся выйти за его пределы, чтобы уничтожить пару-тройку трусливых мразей! Ведём себя как крысы! Настоящим воинам плевать на эти керосиновые фонари, новые мостовые и отремонтированные дома. Настоящим воинам нужны битвы, хлещущая кровь и ярость!