Локки 10. Потомок бога (СИ) - Решетов Евгений Валерьевич "Данте" - Страница 34

— Да ну! — удивлённо вскинул брови Велес и подался к Марене, словно боясь пропустить хотя бы одно её слово.

А та принялась рассказывать братьям о своей задумке. И с каждым её словом на их лицах расцветали довольные усмешки.

Ощущение постороннего взгляда ушло так же резко, как и появилось, словно его сдул порыв ветра, будто какой-то грёбаный клочок липкого тумана.

— Что это, мать вашу, было? — прошептал я, осторожно стреляя глазами по сторонам.

Не люблю такие загадки. Хрен его знает, кто так мог глядеть на меня. Древний? Нет, он смотрел по-другому.

Я начал размышлять над этим, но так и не сумел добраться до хоть сколько-нибудь правдоподобного ответа. В сердце будто вошла заноза раздражения, которая будет донимать меня, пока я не найду ответ.

— Зараза, — раздосадованно хлопнул я ладонью по бедру и бросил взгляд в сторону согнувшихся над болотом чёрных кустов. Оттуда раздавалось утробное рычание и треск плоти. — Тахрир, ну где твои манеры? Могла бы хоть не чавкать. Да и вообще, закругляйся! Ты и так сегодня уже истребила половину местной фауны. Вон одни рожки да ножки валяются кругом.

— Иду, — раздался в ответ то ли рык, то ли клокотанье.

— Догоняй! — бросил я ей, сунул руки в карманы спортивных штанов и двинулся в сторону Гар-Ног-Тона.

Стражница нагнала меня буквально через несколько минут и проговорила, тяжело отдуваясь:

— Не иди так быстро. Я, кажется, слегка объелась.

— Ну тебя и шатает из стороны в сторону. То ты голодная до того, что готова на крыс охотиться, то обжираешься до такого состояния, что идти не можешь.

— Девушки — существа непостоянные.

Она изобразила улыбку, и свежая кровь блеснула на её пухлых губах. Тахрир кокетливо провела по ним пальцем, облизала его и хихикнула.

Я многозначительно вытащил из кармана артефакт, служащий ей домом.

Та не стала перечить и с радостью втянулась в него, лишь спросила напоследок:

— И куда ты теперь пойдёшь?

— К Инварру. Хочу поговорить с остроухой девчонкой.

И мои слова не разошлись с делом.

Всего через полчаса я уже шёл между хорошо отремонтированными домами. Прежде они дышали на ладан, но трудолюбивые черти привели их в порядок и поселились в этой части города, посадив деревья и замостив улицы.

Эти хвостатые сапожники точно не останутся без сапог.

Инварр же обитал в доме, похожем на небольшую квадратную башню с плоской крышей. Дверь оказалась открытой.

Удивлённо хмыкнув, я вошёл и двинулся по короткому коридору со скрипучими половицами, отскобленными от грязи. На стенах красовались новые зелёные обои и висели керосиновые лампы, а потолок блестел свежим лаком.

— Эдак он скоро лучше меня жить будет, — пробормотал я, войдя в крохотную гостиную, коей заканчивался коридор.

На столе возле почти прогоревших свечей красовалась раскрытая книга. Стул лежал опрокинутый, а у резного шкафа с открытой дверцей валялась помятая алюминиевая кружка в тёмной лужице, почти впитавшейся в ковёр.

Я мигом насторожился, въедливо осматриваясь и прислушиваясь. Но вокруг царила лишь тишина, если не считать звуков, доносящихся с улицы.

Заглянув в открытый шкаф, я увидел пневматический револьвер в коробке. Причём, судя по всему, их там раньше лежало два.

Вытащив револьвер, я убедился, что это не бутафория, а настоящее заряженное оружие.

Нехорошее предчувствие усилилось, когда я заметил на столе чайную тарелочку с недоеденной сахарной ватрушкой. Вряд ли её ел Инварр, она ему на один укус. А вот для остроухой — в самый раз.

Я подошёл ближе к столу и краем глаза через открытую дверь увидел тень, возникшую в коридоре.

— Замри! — выдохнул я. — И близко не подходи. Я пугливый, могу и выстрелить. И чувствую, что попаду прямо в твою башку.

— Локки, это же я, — выдал Инвар и вышел на свет. Его глаза расширились от удивления и тревоги, когда пробежали по комнате. — Локки, что здесь случилось⁈

— Да вот хрен его знает. Когда я пришёл, всё уже так и было. Кстати, дверь открыта. И если я не ошибаюсь, в этой гостиной читала книгу остроухая…

— Энриэль, — вставил он, часто дыша. — Её так зовут. И да, она тут читала. Я оставил её буквально четверть часа назад, чтобы проверить стражу, продолжающую искать Кривого Клыка. А теперь Энриэль кто-то украл.

— А может, она сама за кем-то побежала. Вариантов много.

— И что делать⁈ — выдохнул чёрт, переступая копытами и глядя то на меня, то на дверь, словно разрывался между желанием дослушать и жаждой броситься на поиски девчонки.

— В доме её точно нет? — уточнил я и вышел в коридор.

— Энриэль! Энриэль! — несколько раз громко крикнул Инварр, так что пламя свечей задрожало.

— Скорее всего нет. Ну, если она не оглохла, — мрачно выдал я и выскочил на улицу, чувствуя, как в висках забарабанил пульс. У меня ведь были планы на эту девчонку, а она, зараза, пропала!

— Карра, ты видела остроухую девчонку, что жила в моём доме⁈ — выпалил выскочивший следом за мной Инварр, глядя на окно второго этажа соседнего дома. Там на подоконнике сидела юная чертовка с иглой в руках и драной рубашкой.

— Видела, — тоненьким голосом ответила она, вскинув голову. — Её Паррик позвал по банкам из-под тушёнки пострелять. Ушли минут пять назад. А это кто с вами? Ох! Неужто сам Локки Великолепный⁈

Карра распахнула зенки и от потрясения чуть не выпала из окна, глядя на меня с обожанием и благоговением. У неё даже дар речи пропал. Она лишь бессмысленно раскрыла рот, выронив иглу.

— Вот везде бы меня так обожали. А то ведь находятся гады, что и вовсе ненавидят меня, — иронично пробормотал я и глянул на Инварра.

Тот облегчённо выдохнул и протараторил:

— Паррик — мальчонка-прислужник у меня. Он вроде как подружился с Энриэль. Так что можно не тревожиться за остроухую. Её никто не украл.

— А опрокинутый стул и кружка? Неужто она так торопилась? — скептически хмыкнул я, хотя допустил, что подобное возможно.

— Может, — пожал плечами чёрт.

— Любезная, не знаешь, куда они пошли? — мягко спросил я у мелкой.

Та наконец совладала с собой и застрекотала, давясь воздухом от возбуждения:

— На север! Там старый дом с провалившейся крышей. Все туда ходят!

— Благодарю, — кивнул я ей и быстро пошёл в ту сторону. — Инварр, далеко проклятый старый дом?

— Да нет, прямо на границе нашего квартала и цехов. Ну, тех, что здесь по вашему велению строят инженеры семьи Беловых.

Черт, не соврал.

Буквально спустя пять минут мы увидели отдельно стоящий покосившийся двухэтажный деревянный дом. Прежде он, наверное, был чем-то вроде постоялого двора или гостиницы, но сейчас его окна ощерились мутными осколками пыльных стёкол, рассохшиеся ставни висели на ржавых петлях. Деревянное крыльцо прогнило, крыша провалилась, а внутри шевелилась тьма, словно ждущая тех, кого можно задушить, разорвать на части или свести с ума.

— Поганое место, — передёрнул плечами Инварр. — Но подросткам оно нравится.

— Ага, мне тоже. Так и чудятся стоны призраков и хныканье замученных в колыбели младенцев, — криво ухмыльнулся я и первым проник в дом.

Там лунный свет заглядывал в окна и щели, вырывая из мрака бывший обеденный зал. В нём громоздились кучи мусора и гнилых досок.

Воздух же сгустился от смрада тухлых объедков, вони вздувшихся крысиных трупиков и чего-то кислого, словно блевотина. И в это пикантное амбре вплетались нотки свежей…

— Кровью, здесь пахнет кровью, — тревожно проговорил чёрт, судорожно втягивая пятачком воздух. — Кого-то убили… Ох, а если это Энриэль?

— Не хотелось бы, — облизал я пересохшие губы и указал на еле заметные отблески живого света, падающие на рассохшиеся ступени, ведущие на второй этаж.

Я телепортировался сразу на верхнюю ступень и оказался на втором этаже.

Чёрт же, несмотря на вес и копыта, почти бесшумной тенью миновал лестницу и очутился рядом со мной.

Мы в мгновение ока прошли по короткому коридору к дверному проёму. Из него лился не только трепещущий свет, но и шло приглушённое мычание с едва слышным царапаньем чего-то острого по дереву.