Локки 10. Потомок бога (СИ) - Решетов Евгений Валерьевич "Данте" - Страница 52

— Сломанный Рог, держи ухо востро, — мрачно произнёс я, смахнув с лица холодные брызги, летящие от воды, разбивающейся о камни. — Крушителя действительно вытащил из темницы сообщник. Возможно, тот самый Кривой Клык. И чую, он хитрее десятка лис. Так что впереди нас, скорее всего, ждёт засада.

— Постараюсь, — уверенно ответил минотавр, которому я передал факел.

Он шёл рядом, освещая дорогу. И путь, надо сказать, ровно пару-тройку минут не изобиловал сюрпризами. А вот затем на одном из камней блеснули густые капли свежей крови.

Я присел на корточки и внимательно их стал разглядывать.

— Что бы это могло значить? Кто-то из беглецов получил травму? Или они сцепились между собой?

— Вон ещё пятна, целая лужа, — указал рукой минотавр на вереницу камней дальше по течению.

— На травму теперь точно не похоже, — задумчиво проговорил я и достал из-за пояса камень-артефакт с Тахрир.

Стражница выскользнула из него густым чёрным туманом и приняла привычный облик — чернокожей красавицы с соблазнительными формами и ехидной улыбкой.

— Как запахло жареным, так сразу позвал меня, — усмехнулась она, сверкнув глазами.

— Да ничем ещё не пахнет, — буркнул я, подходя к луже крови. Такая могла натечь только из смертельной раны. — Нужен твой утончённый гастрономический вкус, чтобы определить чья это кровь. Ты ведь разбираешься в ней не хуже завзятого вампира.

— Вампиры рядом со мной — дети малые, — презрительно фыркнула Тахрир и подошла к луже, эротично покачивая бёдрами из стороны в сторону. Нагнулась, обмакнула указательный палец в кровь и с наслаждением облизала его, после чего скривилась и фыркнула: — Тьфу, мерзость! У падальщиков и то вкуснее бывает.

— Так чья это кровь? — спросил минотавр, уже давно знакомый со стражницей. — Крушителя? Кривого Клыка?

— Ни того ни другого, — покачала она головой, тряхнув водопадом чёрных волос. — Раньше такой не пробовала, даже не знаю, кому принадлежит. Похожа разве что на крысиную.

— Крысиная? — удивлённо вскинул я брови. — Чем же тут крысы питаются? Разве что друг другом… хотя, может, так и есть. Ладно, пойдём дальше.

Мы прошли ещё немного и наткнулись на оторванную руку. Она напоминала человеческую — только кожа была серая, морщинистая и грубая, а пальцы заканчивались крепкими когтями сантиметров пяти длиной. Конечность явно отсекли одним ударом.

Я поднял её с земли.

— Она явно принадлежит тому существу, чью кровь я уже пробовала с камня, — уверенно произнесла Тахрир, шумно втянув ноздрями воздух.

— Значит тут обитают подобные серокожие твари. Похоже, они-то и напали на Крушителя с Кривым Клыком, — подвёл я итог, а потом, не удержавшись, помахал перед стражницей отрубленной рукой: — Ну что, как тебе рядом с рукастым мужиком?

— Какая глупая острота. Ты явно деградировал с тех пор, как начал общаться со Сломанным Рогом, — скривилась стражница.

Я усмехнулся, а минотавр проигнорировал её выпад — то ли он просто пропустил его мимо ушей, то ли не знал значения слова «деградировал».

Зато он буквально выпучил глаза, когда мы через несколько метров наткнулись на труп, хотя тот лежал тихо и невинно, всем видом показывая, что от него не будет проблем. Его башка валялась в стороне. Именно она-то и произвела на Сломанного Рога наибольшее впечатление. Треугольная, с двумя вертикальными носовыми щелями, узкими крохотными глазами и широкой тонкогубой пастью, она напоминала гротескную пародию на человеческую голову.

В оскаленной пасти поблёскивали скошенные, как у крысы, длинные жёлтые зубы — такие не только палец отхватят, но и руку по локоть.

Тело существа было покрыто мелкими седыми волосками, а грубая серая кожа обтягивала крепкие мышцы. От человеческого оно отличалось лишь более длинными руками и когтями на руках и ногах.

— Вот и первый, скажем так, полноценный представитель местной фауны, — сказал я и пнул ногой труп.

Шея у него оказалась перерублена так же чисто, как и найденная ранее рука. Судя по всему, Кривой Клык вручил Крушителю какое-то оружие — только с его силой можно было так ловко орудовать клинком. Кротолюд или скорее крысокротолюд ростом и телосложением не уступал крепкому человеку, а значит его шею не так-то просто перерубить одним ударом.

— Интересно, сколько их здесь? — облизал губы минотавр, высоко подняв факел, чтобы осветить как можно больше пространства.

Но вокруг было пусто. Лишь всё так же грохотала река и нависала стена.

Однако стоило нам пройти ещё немного, как возникло ощущение, будто из мрака за нами наблюдают. Оттуда доносились звуки перекатывающихся камешков, лёгкое шуршание, едва слышное попискивание и урчание.

— Тахрир, — свистящим шёпотом сказал я, — сходи-ка на разведку и шугани местных гопников. Вдруг они собираются в стаю и точат на нас зубы?

Стражница оскалилась, но вдруг округлила глаза и вскинула руку.

— Смотрите, свет.

Во мраке подземелья впереди действительно мелькнули отблески далёкого живого огня — то ли факела, то ли костра.

— Это наверняка Крушитель, — прохрипел минотавр.

— Ты сегодня просто поражаешь меня своей сообразительностью, — хмыкнул я, а потом велел: — Затуши факел, чтобы нас не заметили.

— Но тогда мы останемся в полной темноте, — судорожно выдохнул минотавр.

— Да ты прям сегодня в ударе. Каждое слово — святая истина. Делай, что сказал.

Он подчинился, и мрак тут же радостно нахлынул на нас, словно собираясь проглотить. Но я лишь распрямил плечи и двинулся вперёд, полагаясь на стражницу. Она в темноте чувствовала себя как рыба в воде.

Потому-то Тахрир кое-что и разглядела, тут же оповестив меня:

— На той стороне реки штук тридцать таких же серокожих тварей. Идут параллельно нам, облизываются. Особенно на Сломанного Рога, словно уже решают — так его сожрать или зажарить. Ну, неудивительно. Он же наполовину говядина.

— Сама ты говядина, — еле слышно огрызнулся минотавр.

— Если они нападут, шум поднимется такой, что нас услышит и Крушитель. А он вряд ли пойдёт разбираться, кто там дерётся, просто смоется. Хотя… может, впереди вовсе и не он. Странно, что мы его уже догнали, — сказал я и задумчиво почесал щёку, прищурившись в сторону света.

— А что делать-то? Может, повернём назад, уведём за собой тварей и там их тихонько порешим? — предложил Сломанный Рог.

— Нет, тихонько мы их не порешим. Надо догнать Крушителя быстрее, чем местные решатся напасть на нас, — вынес я вердикт и ускорил шаг.

Благо, что я в темноте видел заметно лучше, чем простой человек, потому и не спотыкался. А вот минотавр нет-нет да и тихонько сквернословил, размахивая руками, чтобы удержать равновесие.

Всё же Сломанный Рог так и не упал, когда мы добрались границы света. Тот исходил от пары факелов, вставленных между камнями. Они освещали часть бурно несущейся реки с грязными барашками пены и часть берега с нависающей стеной. К ней спиной привалился обнажённый Крушитель, покрытый язвами, нарывами и толстыми, с палец толщиной, венами, оплетающими чудовищные мышцы.

Крушитель хрипло дышал, прижимая слабосветящийся артефакт к изуродованному правому колену. Видимо, зубы кротокрысолюдов знатно поработали над ним: там свисали лохмотья кожи, торчали осколки костей и хрящей. Впрочем, артефакт пусть и медленно, однако всё же восстанавливал колено, сращивая повреждённые ткани.

Рядом с Крушителем полулежал неприметный зверолюд, похожий на прямоходящего гладкошёрстного кота с чёрной шерстью. Его хитрые зенки поблёскивали в свете факелов, а уши прислушивались к царящим вокруг звукам.

— Твари подземные шумят, — прохрипел он, злобно глянув в нашу сторону.

Однако нас он не увидел, поскольку мы спрятались за камнями. А вот серокожих тварей, скопившихся на том берегу, кот может быть и заметил. Ведь кошачьи прекрасно видят в темноте.

— А вдруг это Локки? — прогудел Крушитель, с опаской глянув в шевелящийся мрак.

Кошак разразился пронзительным смехом, продемонстрировав криво загнутый клык.