Рабыня аравийца (СИ) - Ременцова Лана Александровна - Страница 3

– Ты – будешь самым сильным, мой сын. – Шептала, когда поила его молоком самок вогов из бутылочки, в которую была добавлена кровь годжака. Её родственники смогли поймать птенца годжака и в тайне передать ей кувшин его крови. Она всю споила сыну и уже тогда знала, что у него будет необычная судьба.

Царица умерла достойно, не кричала и не молила о пощаде, зная, что оставила на свете сына, который когда–то отмстит за её смерть.

Касий узнал о страшной смерти матери от Крака ещё в юности и уже тогда возненавидел отца, поклявшись отомстить за неё. Могил у аравийцев не было, да и кладбища тоже. Они сжигали мёртвых, веря, что так их души обретают бессмертие. Но о крови годжака в себе он не знал, и никто не знал, кроме служанки матери, которой чудом удалось спастись. Однако она исчезла и больше её никто и никогда не видел.

Касий вышел наверх. Повелитель показал рукой подойти к трону. Он подошёл.

– Ты – смелый. Истинный мой сын! Возьми ещё и эту награду… – швырнул браслет из ценарита. Сын покорно надел его на левое запястье. – Отбери для меня самых красивых рабынь, с остальными решай сам кого куда.

Он склонил голову и пошёл к мешку с рабынями. Толпа разошлась по своим делам. Крак поспешил за ним.

– Касий, подожди. Я тоже хочу на баб посмотреть.

– Ты же только отимел одну. – Скосил взгляд.

– И что? Всегда приятно на голые бабские тела полюбоваться. За грудь подёргать.

– Мне как–то плевать на них. Рабыни как рабыни. Грязные, потные и вонючие.

– Так надо отмыть их и облапать. – Оскалился Крак.

Касий достал из–за пояса кинжал такой острый, что легко мог им перерезать волос и быстро разрезал мешок.

Девушки запричитали.

– Заткнитесь и раздевайтесь. – Рявкнул стоящий за спиной Касия Крак.

Те ещё сильнее заголосили и попятились всей толпой назад.

– Не стоит так вести себя. Мне нужно выбрать из вас самых красивых для повелителя. Те, что дурнушки пойдут в служанки и на невольничий рынок. – Спокойным тоном проговорил Касий. Они бросили на него испуганные взгляды: такой же высокий и сильный, как и все аравийцы, но с более тонкими чертами лица, даже, по–своему, нежными. Красив, как девушка. И его голос показался таким мягким с бархатной хрипотцой, что многие начали выходить вперёд и снимать длинные широкие платья. Самых несговорчивых Крак раздел сам, порвав их одежду и, вытащив из толпы.

– Встали в один ряд, тупые бабы! – голос Крака был грубым, жестоким и не обещающим ничего хорошего. Его лапищи сразу начали грубо лапать девушек, открывать рот, заглядывать в него, сминать грудь, потирая соски, ягодицы и даже некоторым умудрился засунуть пальцы в половые губы.

Касий же, наоборот, с невозмутимым спокойствием просто смотрел на них. Прошёлся несколько раз туда – сюда и указал на пятерых.

– Эти самые красивые, отдели их от остальных.

Крак сразу схватил каждую за руку и вытащил вперёд.

– Пошли, вас теперь будет трахать сам повелитель.

– Этих на кухню – сильные руки, такие там всегда нужны. – Указал на крепких девушек. – Остальных на продажу. – Он только хотел уйти, как Крак остановил его.

– А нам? Касий… давай, выберем по бабе. Старой я уже отрезал голову на той неделе. Надоела.

Он повернулся.

– У меня ещё живы предыдущие двое. Пока хватает. Итак, мяса вогов мало.

– Но так меня же не было две недели с моими лучшими воинами. На днях поймаем кучу вогов.

– Хорошо, но мне точно достаточно пока.

Тут одна из пяти красавиц отбежала от остальных, подбежала к Касию и упала возле него на колени, обнимая ноги в сапогах.

– Возьмите меня, умоляю. Я много слышала о вас и вашем отце. Не хочу к нему. Лучше уж вы. – Её крик и поведение повернуло головы многих воинов, находящихся недалеко. Все знали, что никто даже сын повелителя не имеет права брать красивых рабынь. Они шли только в ложе повелителя. Взгляды приковались к Касию и обнажённой девушке. Он посмотрел на неё свысока. Взял за волосы и оттянул голову.

– Уймись. Твоя судьба уже решена.

– Нет! Не хочу! Возьмите вы меня.

Касий, понимая, что эта девка сейчас подрывает его авторитет, ударил её по лицу свободной рукой.

– Наши законы не позволяют никому кроме повелителя забирать красивых рабынь!

– Тогда я изуродую себя!

Он подсел на корточки и заглянул ей в глаза.

– Если ты это сделаешь, тебя отдадут годжаку.

Она отпрянула, в ужасе посмотрев в сторону центральной площади с ареной, откуда до этого доносились крики несчастных девушек и рычание зверя.

– Что здесь происходит? – За спиной Касия раздался грозный голос отца. Он встал, повернулся и склонил голову.

Тот подошёл к девушке и, взяв за подбородок, поднял лицо.

– Красива. Но… дура. Ты сейчас же покоришься мне или я убью тебя прямо здесь.

Она отрицательно мотнула головой.

– Крак, кнут. – Протянул руку к главнокомандующему.

Верзила вытащил из–за пояса кнут и передал повелителю. Тот раскрутил его и начал избивать её. Вскоре девушка корчилась в пыли в собственной крови. Вдоволь выпустив пар, присел, подтащил несчастную к себе, вытащил член и, приподняв как вещь, резко вошёл. Она ещё нашла в себе силы закричать. Повелитель, придя к апогею, отбросил несчастную и встал.

– Привяжите к столбу непокорную рабыню, и казните хлыстом. Никого не уводить пока никуда. Пусть все смотрят, что ждёт за неповиновение.

Девушку потащили на центральную площадь на каменный уступ над ареной и привязали. Она кричала, когда её избивали с помощью кнута. Все рабыни и новые, и старые со страхом наблюдали такую казнь, которая продолжалась до вечера, пока жертва не потеряла сознание от кровотечения. Ей вылили в лицо несколько вёдер воды холодной воды, но девушка больше не пришла в сознание.

– Сжечь. – Бросил повелитель, всё это время сидевший напротив, на переносном троне.

Её облили специальной горючей жидкостью и сожгли. Касий не участвовал в этом, а просто стоял в стороне.

– Новых рабынь подготовить и приводить ко мне каждую ночь. – Повелитель отдал ещё один приказ и ушёл. Девушки сжались и молча пошли гуськом за Краком, который собственноручно забил рабыню.

Повелитель брал каждую ночь новую рабыню и насиловал, однако те уже были покорны и сами на всё соглашались.

– Тупые, безмолвные рабыни! Никакого азарта. – Брови повелители сошлись на переносице. Сын стоял у его трона и ждал нового приказа. – Что тоже молчишь? – Глаза отца буравили ненавистью.

Тот поднял голову.

– Ты же сам запугал их казнью соратницы.

– И что? Это обыденное явление. Но они все покорны как шлюхи. Найди мне гордую красивую рабыню, которая ничего не побоится, и до последнего будет сопротивляться.

– Хорошо. Когда отправляться?

– Да хоть сегодня.

Тут в двери зала ворвался запыхавшийся Крак.

– Повелитель!

– Что ты врываешься как безумный?

– В шахте произошёл взрыв, похоже, вулкан разбушевался – большая часть добытого ценарита провалилась глубоко. Мы потеряли эту добычу.

– Что? Какого мрака это произошло? Идите к шаману. Пусть даст ответ, иначе отдам его годжаку.

Касий и Крак поклонились и отправились в логово шамана, располагающееся в скале. Вошли, сразу ощутив озноб и шевеление волос. На стенах висели человеческие кости в виде колдовских знаков. Нет, аравийцы не боялись таких страшных картин, просто в пещере витал какой–то запах смерти.

– Жутко здесь. – Поёжился Крак.

– Ты у шамана в доме впервые?

– Да. А ты?

– Бывал.

– Зачем?

– Какая разница? – а сам задумался, вспоминая, как приходил к шаману и задавал вопросы о матери. Однажды тот даже показал её ему в едком дыме.

Они прошли дальше и увидели его: такой же высокий мужчина в шкуре вога.

Крак присвистнул.

– Я думал он старый и страшный! А тут юный красавец.

Шаман оскалился. Его острые зубы сразу показались Краку странными.

– Ты не человек?

– Я помесь человека с годжаком. Так сложилось когда–то. И не я один… – Его глаза сощурились, и он стал похож на хитрую бестию. – Только не всем передалась их страшная морда.