Сварог (СИ) - Нарциссова Сана - Страница 49

— Я огнем владею, а им ничего не охладишь, как ни странно.

Вецера негромко засмеялась.

— Я могу помочь, если хочешь.

— Чем ты мне поможешь?

— Как чем? Меня Вецерой звать! — гордо напомнила девушка, вздернув подбородок, — Вечер - моё поприще. Пока солнца на горизонте не видно, могу прохладу тебе устроить вечернюю. Хочешь?

— Ну, давай, покажи, что умеешь, — согласился Сварог, улыбнувшись.

Вецера поднялась со своего места, чуть отошла от него и от огня, сосредоточилась и воззвала к своей силе. Девушка направила энергию в землю и стала по чуть-чуть впитывать в себя её тепло, которое она старательно собрала за дни, когда Сварог жег здесь печь. Энергия, которая входила в её тело была отличной от того, чем она питала своё тело обычно и это его немного удивило. Так как обычно, она работала с теплом, которое оставило после себя солнце, тепло и энергия от обычной печи ей показались слабенькими и она не почувствовала себя удовлетворенной, но того, что она получила, должно было быть достаточно, чтобы обеспечить в кузнице прохладу на одну ночь. Она охладила полученную силу из земли и распределила по помещению. Сварог ощутил воздух вокруг освежел, похолодал, стало легче дышать и сделалось так хорошо, что он даже прикрыл глаза. Сила её, как и сказала Вецера, будет действовать, пока солнце не явится на горизонте - дальше время Денницы наступает.

— Хватит тебе прохлады? — спросила Вецера, но сама же и ответила на свой вопрос, —Хватит. Вы здесь ночью все хозяйство застудите, если я ещё холода добавлю. — она снова села рядом со Сварогом и посмотрела на него, загадочно улыбаясь.

— Спрашивай, — сказал Сварог, не выдержав её взгляда.

— Хорошенькая она, да? — начала она, придвинувшись к нему ближе, и, сверкнув глазами, — Было у вас уже?

— Что было? — Сварог старательно сделал вид, что не понял её.

— Не веди себя как девомученница-целомудренница, — проворчала она. Он улыбнулся ей. Зачем ей об этом знать? Почему бы ей у Лады не пойти спросить? Они же, все-таки, подруги. Вецера вдруг испуганно вдохнула, распахнув в глаза в удивлении так, что Сварогу показалось, что они вот-вот выпадят, — Или ты и есть целомудренник? Неужель ни разу девицу не пробовал?!

— Интересные ты вопросы задаешь, Вецера.

— И ни на один ты не ответил!

Сварог смеялся. Ему-то не жалко поделиться, да вот Лады эти подробности тоже касаются. Некрасиво будет распространяться о том, о чем она бы точно захотела умолчать.

— А чего это ты интересуешься такими вещами? — спросил Сварог, пытаясь унять эту девчушку. Затем вдруг оживился, бросил на Вецеру взгляд, в котором читалась откровенная усмешка, — Тебя, я вижу, саму давно не ласкали? Или не ласкали и вовсе никогда?

Вецера вдруг покраснела, расстерялась, забегала глазами по кузнице. Правильно, подумал Сварог, нечего лезть в чужую жизнь. Но он даже не мог догадываться о том, насколько сильно его слова задели девушку. Так и не получив ответы, на свои вопросы, Вецера поднялась с места, пожелала другу спокойной ночи и вышла из кузницы, не заметив Ладу, с которой чуть ли не столкнулась у входа. Лада удивилась и проводила её взглядом, впервые увидев подругу в таком виде. Она даже не обернулась, когда Лада её позвала. Девушка нахмурилась и вошла в кузню узнать, что это Сварог ей такого наговорил, что Вецера так сильно растерялась, но он отмахнулся, сказав, что все хорошо. Лада не поверила, но настаивать на том, чтобы он рассказал, не стала.

После того дня Вецера ни разу ему на глаза не показалась и, как он узнал от Лады, стала каждый день просить девушек вернуться обратно в деревню. Мокошь согласилась, а Лада остаться со Сварогом захотела. Через несколько дней после их ухода, Сварог и забыл об их беседе, не придав ей значения, и полностью растворился в работе.

Вернувшись в деревню, Вецера ещё долго размышляла над тем, что сказал ей Сварог...

Не ласкали её никогда, но неужели это так заметно? Как он мог догадаться? И как посмел он ей об этом в лицо, не краснея, сказать?! Как посмел её так унизить?

Да, наговорила она, может, лишнего, узнать хотела большего, но она, ведь, не со зла, а от того, что искренне за них переживает!

А он ей: "Что, не было давно, да? Ха-ха! Да кому ты нужна? Так и помрешь старой девой!"

Да, Сварог сказал не так, но как ей было ещё себя оправдать? Она не виновата, но нужно ведь это как-нибудь доказать, верно? Доказать и обязательно проучить обидчика! Иначе тому, что она права, так никто и не поверит.

— Вецера? Ты чего плачешь? — удивился Ладон, когда она пришла к нему вся в слезах и несчастная. Он бросил инструменты прямо на землю и приблизился к девушке, заглянул в глаза, вытер её щеки, — Что случилось? — встревожился он, — Тебя кто-то обидел? — казалось бы, кто мог обидеть Вецеру? Эта нескромная на высказывания девушка, сама кого хочешь обидит, но от этих мыслей видеть её заплаканной было ещё больнее. Вецера слабо кивнула на его вопрос, — Кто? — вспылил Ладон, — Скажи, и я с ним разберусь!

— Сва... — она всхлипнула, — Сварог! — она снова зарыдала с новой силой. Ладон нахмурился, не поверив ушам. Прокрутил в голове все, что он мог только сделать, но не угадал. Все было намного ужаснее, — Он... Он пытался меня соблазнить... Хотел... Насильно хотел...

— Тише, солнце, тише. — Ладон обнял её. Кровь в его жилах закипела. Он был в ярости, но держал себя в руках, чтобы Вецеру успокоить, — Не продолжай, я понял. Попляшет он у меня. Ой, попляшет!

Он со злости сжал девушку в своих объятиях так, что ей стало сложно дышать. Но Вецера была собой довольна.

Скоро будет мордобой.

Что может быть веселее борьбы двух сильных мужчин? Тем более, когда эти мужчины борются из-за тебя...

Глава 32. Молот и Наковальня.

Глава 32. Молот и Наковальня.

Время шло и чем дольше работал Сварог, тем больше узнавал не только о кузнечном ремесле, но и о себе самом. Когда он пытался прогнуть железо волей и силой огня, ему приходилось приводить свои мысли в порядок, забыть все тревоги, печали, сожаления, заглушить сомнения. Посему ему пришлось копаться в себе, чтобы разобраться с тем, что ему не дает покоя, разложить местам в своем сознании то, что для него действительно важно, объяснить самому себе, почему ему необходимо овладеть пламенем. Но все время мелькающая рядом светлая Лада сбивала с толку Сварога. Казалось, она ведь рядом, он счастлив, ему и без того хорошо, зачем продолжать мучить себя исследованиями? Но отголоски горького прошлого твердили, что развиваться и усиливать свою мощь стоит, дабы эти счастливые дни продлились как можно дольше.

Что бы там не было, он, наконец-то, слил себе молот! В печи расплавил железо, там же оно и остыло. По середине печи он сделал выпирающий стобик, чтобы когда железо остывало, оно обрело нужную форму, для того, чтобы закрепить в неё деревянную рукоять, которую он тоже сделал заранее, понадеявшись, что угадал с размером. Молот получился не такой большой как у Велерада — он ошибся с количеством руды, которое ему для молота понадобится и сделал из того, что выделил. Пришлось для этого поменять форму печи: сделать её меньше, чтобы вместо молота не получить непонятную пластину. Но зато, он идеально сидел в руке! Был не слишком тяжелый, чтобы руки не уставали раньше времени, но и не слишком легкий, чтобы лучше выполнял свое предназначение. Неровные края он обрабатывал кварцом и камнями. Сварог придумал, как раскрошить твердый минерал: он просто сбрасывал их со скалы вниз, прямо на приготовленные заранее камни и собирал всю пыль, а мелкие кусочки добивал камнями. Видя, что у него получается вдохновение и желание заниматься дальше тем, к чему душа лежит, росли. Сварог стал хотеть большего: кузню побольше, печь получше, руду не только железную, а ещё медную и переехать, наконец-то, куда нибудь не в такое жаркое место. Медная руда у него была, да только мало её совсем, а работать с ней куда легче, чем с железной: она плавится легче, поддается охотнее. Медь идеальна для орудий труда, которые он пообещал Велесу, и, которые он скорее хотел сделать. Нужно ведь было показать, что он полезным делом здесь занимается, а не дурью мается, время марая?