Беспощадный король (ЛП) - Торн Айви - Страница 39

Вечер не по сезону, но приятно тёплый, поэтому я надеваю рваные джинсовые шорты с манжетами чуть ниже задницы, черный хлопковый топ в рубчик и свои DrMartens, а также черную кожаную куртку, если позже станет прохладно. Я понятия не имею, что мы собираемся делать, и часть меня надеется, что это будет что-то простое, например, поход в кино. Каким, по мнению Кейда или Дина, должно быть «нормальное свидание»? Честно говоря, я не имею ни малейшего понятия.

Они оба уже внизу, когда я спускаюсь чуть раньше шести. Кейд, как обычно, в джоггерах и яркой футболке, на этот раз с выцветшим изображением классической машины. На Дине светлые джинсы в обтяжку и свитер с манжетами с нарочито выцветшим синим круглым вырезом с карманом – самый повседневный костюм, который я когда-либо у него видела. Кейд всегда ходит в спортивных штанах или джоггерах, но я никогда не видела Дина ни в чем, кроме школьной формы, парадного костюма или хороших джинсов.

Я вижу признательность на их лицах, когда они смотрят на меня, их взгляды скользят по моим шортам и укороченному топу, который демонстрирует мой недавно появившийся пресс, благодаря тренировкам, которым я отдаю все силы.

Кейд обнимает меня за талию, когда Дин выходит из дома, наклоняясь так, что его губы оказываются у моего уха, когда он говорит, его дыхание согревает моё ухо.

— Ты выглядишь сексуально, — бормочет он, и я чувствую, как меня накрывает волна удовольствия.

Не забивай себе этим голову, напоминаю я себе, но не могу унять волнение в животе. Дин подогнал свой «Мазерати» к парадному входу в дом, и я не могу удержаться от смеха, когда вижу его.

— Это не совсем обычно, — говорю я, когда Кейд открывает дверь, чтобы я могла сесть на пассажирское сиденье.

— Ты что, ожидала, что я повезу нас куда-нибудь на «Форде Фокусе»? — Дин ухмыляется. — Это самое обычное, на что я способен, детка.

Кожа тёплая и маслянисто-мягкая на ощупь, когда я сажусь в машину, и я вздыхаю, когда Кейд садится за мной и закрывает дверцу.

— Выдвигаемся. — Дин заводит машину, сворачивает на круговую подъездную дорожку и выезжает на шоссе. — Можешь опустить окна, если хочешь. Сегодня хорошая ночь.

Я нажимаю на кнопку, чувствуя, как ветер треплет мои волосы, когда они проникают в салон машины, и на мгновение закрываю глаза, отдаваясь ощущению того, что в кои-то веки я счастлива. Я давно не чувствовала себя так. Свободной, счастливой, предвкушающей, что может принести эта ночь. Если честно, я не была уверена, что у меня когда-нибудь ещё будет такая ночь, правда. Я знаю, что тот факт, что это будет с Кейдом и Дином, означает, что я не должна доверять этому, но я хочу. Я хочу провести эту ночь, быть счастливой, хотя бы ненадолго.

Ведя машину, Дин проводит рукой по центральной консоли, кладя её на моё обнажённое бедро, и я чувствую, как от его прикосновения по моей коже разливается тепло. Я почти ожидаю, что он зайдёт ещё дальше, просунет руку мне под шорты и начнёт водить по мне пальцем в машине или что-то в этом роде, но он этого не делает. Он просто прижимает её ко мне, его тёплая тяжесть как-то успокаивает, и он продолжает ехать, пока не сворачивает на боковую дорогу поменьше, и я не вижу вдалеке огни.

— Что … о… боже мой!

Сразу за высокими деревьями, растущими по обеим сторонам дороги, я вижу, что она ведёт к выставочному комплексу Блэкмур, месту, которое я любила, когда была ребёнком, но не была там так давно, что почти забыла о нём. Он сверкает огнями, осенняя ярмарка в самом разгаре. Когда мы подъезжаем к парковке, я вижу, что она забита людьми, воздух наполнен звуками аттракционов, карнавальной музыкой и запахами жирной жареной пищи и сахара.

Это так хорошо, что мне почти хочется плакать, у меня перехватывает горло от ностальгии. Ни один из них не мог знать, что в детстве это было одно из моих любимых мест, но всё равно это была их идея для свидания, и от этого у меня перехватывает дыхание, пока я не начинаю думать, что не смогу говорить без слёз.

Я чувствую, как рушится вся моя решимость возводить стены и дистанцироваться от них. Вместо этого я снова ощущаю трепет бабочек в животе, когда Дин подходит, чтобы открыть дверцу моей машины. Кейд тоже выходит, они оба стоят там с таким непринуждённым видом, как будто то, что они взяли меня на ярмарку, не было самым странным поступком, который они когда-либо совершали с тех пор, как я очнулась в этом доме.

— Мы подумали, что это будет весёлое свидание, — говорит Кейд, прищуриваясь, когда замечает моё лицо. — Подожди, что-то не так?

— Нет. Вовсе нет. — Я быстро качаю головой, заставляя себя не расплакаться. — Это идеально.

Дин и Кейд обмениваются взглядами, а затем пожимают плечами, протягивая мне руки.

— Давай. Тогда пошли.

Я иду между ними, держась за руки, и мне кажется, что я в какой-то альтернативной реальности, иду в морозную осеннюю ночь навстречу огням и музыке ярмарки со своими... парнями? Я никогда раньше не думала о Кейде и Дине с такой точки зрения, но, может быть, только на сегодняшний вечер. Они мои парни. В этом есть что-то, что мне нравится.

— Вы когда-нибудь были на ярмарке? — Я перевожу взгляд с одного на другого. Это определенно не похоже на то место, куда кто-то из них пошёл бы на самом деле.

— Нет, — говорит Кейд, и Дин качает головой. — Это было не совсем то место, куда наши семьи водили нас, когда мы были детьми.

Меня это почти не удивляет.

— Ну, это был мой билет, — говорю я, когда мы подходим к выходу, и Дин достаёт свой бумажник, чтобы заплатить за три билета, ещё кое-что, что меня шокирует. Я бы предположила, что они просто потребуют, чтобы их впустили, как наследников или что-то в этом роде, и Дин мельком замечает выражение моего лица, когда мы проходим через проволочные ворота.

— Я возвращаю деньги обществу, — говорит он с ухмылкой, снова убирая в карман свой тонкий кожаный бумажник. — Что? Ты что, ожидала, что я просто скажу им пропустить нас, ведь я наследник Блэкмура?

— Это именно то, чего я ожидала, — говорю я ему с ухмылкой на лице, когда смотрю на его красивое лицо, его губы приподнимаются, когда он смотрит на меня сверху вниз. — Скажи честно, Дин, ты впервые платишь за что-то в этом городе?

— Возможно. — Он смотрит на меня. — Пойдём, поедим чего-нибудь, о чём потом будем жалеть.

— Мы молоды, — говорит Кейд, бросая взгляд на один из бело-голубых грузовиков с едой, на крыше которого сияют огни, освещая огромный круг вокруг. — Мы ещё ни о чем не жалеем из того, что съели.

— Значит, ты часто приходила сюда в детстве? — Спрашивает Дин, когда мы встаём в очередь, я уверена, что это ещё один новый опыт для него и Кейда. — Полагаю, тебя привозили родители?

— Моя мама. — Я переминаюсь с ноги на ногу, чувствуя, как сжимается мой желудок при мысли об этом. Интересно, будет ли когда-нибудь легче думать об этом, будут ли эти воспоминания когда-нибудь просто приятными, а не такими, от которых у меня кости и зубы ноют от горя. Если я когда-нибудь смогу думать о маминой руке в моей, когда она подсаживала меня на аттракционы, не чувствуя, как сжимается моё сердце, или вспоминать безудержный смех моего отца, когда мы бросали дротики в шарики с водой, не желая плакать.

Возможно, это была плохая идея. Я знаю, Дин и Кейд хотели, чтобы это был весёлый вечер, они даже не подозревали, что я часто бывала здесь в детстве. Я не могу не задаться вопросом, что бы подумали мои родители, если бы увидели меня прямо сейчас, между этими двумя мальчиками, Блэкмуром и Сент-Винсентом.

Хотя, на самом деле, я уже знаю. Мой отец отнёсся бы к этому с недоверием. Он сказал бы, что у меня нет ничего общего с этими мальчиками, и он был бы прав, на самом деле. Он бы сказал, что мы работаем на благо семей, мы не общаемся с ними, и в этом он тоже был бы прав. Моя мать была бы тихой, но обеспокоенной, её брови хмурились бы при виде них, и она не сказала бы мне держаться подальше, потому что в глубине души она надеялась бы, что любовь к одному или обоим этим мальчикам поможет мне выбраться из нищеты, в которой я выросла. Мой отец увидел бы только их высокомерие и самонадеянность. Тем не менее, моя мама хотела бы видеть мою жизнь такой, в которой мне никогда не приходилось бы задаваться вопросом, будет ли оплачен счёт за электричество, или подсчитывать стоимость продуктов, когда я кладу их в тележку, чтобы убедиться, что я смогу их себе позволить при оформлении заказа.