Прописывая правила (ЛП) - Люкс Сагара - Страница 33

АИД

Всё складывается в мою пользу.

Даже если Грейсон и нашёл программу, которую мы с Александрой использовали для связи, он не передал её своему начальству. Если бы он это сделал, он сидел бы в одном из офисов ФБР, а не у себя дома. У него бледное лицо, а взгляд рассеянный. Мужчина выглядит уставшим, будто не спал несколько ночей подряд. Я же, напротив, никогда не чувствовал себя лучше.

Я собран, готов.

И полон решимости.

Прежде чем ответить на звонок, я бросаю последний взгляд на Александру. Мы понимаем друг друга с полуслова, без необходимости говорить. Когда я надеваю маску Аида, она кутается в мою толстовку и отступает на шаг.

Грейсон начинает говорить первым. Я не удивлён. Он никогда не умел держать себя в руках и слушать.

— Ты перешёл черту, Аид.

Я улыбаюсь под маской.

— Ты так думаешь?

— Ты похитил федерального агента.

— Это весьма серьёзные обвинения, агент Уорд. Полагаю, у тебя есть основания для их выдвижения.

Грейсон злобно сжимает кулаки. У него ничего нет. Я знаю это, потому что позаботился об этом. Я удалил записи со всех камер видеонаблюдения вблизи места, откуда забрал Александру.

— Ты должен отпустить её, — настаивает он.

Краем глаза вижу, что Александра дрожит. Я понимаю её. Грейсон ей не враг. Но для меня он стал им в тот момент, когда пригрозил отнять её у меня.

— Или, что?

Грейсон смотрит на меня сурово. Решительно.

— Или я переверну твой мир с ног на голову. Ты не непобедим и не из неприкасаемых. Даже если ты считаешь себя Богом, ты всё равно остаёшься человеком. Преступником.

Его слова ранят Александру больше, чем меня, потому что она вздрагивает. Видеть её такой вовлечённой меня беспокоит, до такой степени, что я становлюсь безрассудным. Я поднимаю подбородок, бросая ему вызов.

— Хочешь поймать меня? Попробуй.

Я не просто заканчиваю разговор: я выключаю весь свет и компьютеры. Разговор с Грейсоном выбил меня из колеи. Мне нужна утешающая тьма, которую я так люблю, потому как знаю, что после этого разговора Александра больше не приблизится ко мне. По крайней мере, не так, как это было в последний час.

— Всё в порядке?

Её голос слабый, словно издалека. Так оно и есть, на самом деле. Даже если мы снова одни, она осталась стоять там, где была.

Я снимаю маску и кладу её на стол перед собой. Несколько мгновений смотрю на неё, прежде чем снова включить монитор компьютера и встать.

— Всё под контролем.

Когда я направляюсь к двери, Александра следует за мной.

— Что теперь будет?

Я опираюсь рукой на дверной косяк и отвечаю, не глядя на неё:

— Ты достанешь мне имена и уйдёшь.

Она резко останавливается, словно я её ударил. Хотя это последнее, чего я хочу, я поворачиваюсь к ней. Незнакомое чувство согревает меня изнутри, когда вижу её голые ноги, выглядывающие из-под моей толстовки. Она прижимает руки к сердцу, будто я её ранил.

— Грейсон высоко меня ценит.

Я отвожу взгляд, раздражённый. Ненавижу, как легко коллеге удалось завоевать её доверие, но ещё больше ненавижу слышать его имя вместо моего.

Александра делает ещё один шаг вперёд, не осознавая этого.

— Он мог отнести мой компьютер Хадсону и заявить на меня, но вместо этого использовал его, чтобы связаться с тобой. Если бы мы сказали ему, что ты ищешь, он мог бы помочь нам.

— У тебя с ним отношения?

Слова вырываются из моего рта прежде, чем я успеваю их остановить. Они резкие, даже более резкие, чем Александра заслуживает. Но они также и честные.

За последние годы я столкнулся с бòльшим количеством агентов, чем мне хотелось бы. Я наблюдал, как они взаимодействуют со мной и друг с другом. Никто из них никогда не доходил до угроз. Удивительно, но Грейсон набросился на меня не для того, чтобы защитить себя, а чтобы вернуть её.

Александра в шоке таращит глаза.

— Что? Нет! Он годится мне в отцы!

— Вы проводили время вместе.

Она краснеет, но не отрицает.

— Он хотел быть моим другом.

— Он проник в твой дом. Рылся в твоих вещах. Кто может гарантировать, что он не побывал и в твоей постели?

— Как ты, что ли?

Это удар ниже пояса, но я его заслужил.

Как и она заслуживает правды.

— Ты слишком ему доверяешь. И слишком мало мне, — добавляю я сразу же, более жёстким тоном.

Она прижимает руки к груди и отступает на шаг.

Она не просто напугана: она нервничает.

— Ты опасный человек. Доверять тебе было бы…

— Благоразумно? — предполагаю я.

— Разрушительно.

Я сокращаю расстояние между нами и беру её за подбородок. Заставляю смотреть на меня. Чувствовать меня.

— Ты на самом деле боишься, что я могу причинить тебе вред?

— Не намеренно. Но да. Я знаю, что ты причинишь мне вред.

Больше всего на свете я хочу опровергнуть её слова.

Но я обещал ей правду, и правда именно такова.

Она — федеральный агент, я — преступник.

И я на самом деле причиню ей вред.

Поэтому я делаю шаг назад и отпускаю её.

— Я изменил твой допуск. Когда закончишь поиски, сможешь выйти в коридор и войти в свою комнату.

— Но я не смогу уйти.

Я выпрямляюсь и поднимаю подбородок.

— Это было бы небезопасно.

— Для кого небезопасно, Аид? Для тебя или для меня?

Я не реагирую на скрытый вызов в её вопросе и ухожу. Даже после того, как я покинул помещение и дверь за мной закрылась, я всё ещё слышу её голос, который преследует меня.

— Рано или поздно тебе придётся меня отпустить.

Я это осознаю. Мой план был именно таким: завоевать её доверие, использовать для получения недостающей информации, освободить и исчезнуть в никуда, чтобы быть свободным в осуществлении моей мести.

Я не думал, что план будет простым.

Но и не предполагал, что мне будет так плохо.

ГЛАВА 26

АЛЕКСАНДРА

Спустя неделю я лишь слегка коснулась поверхности чудовищного механизма. Когда стала агентом ФБР, я поклялась себе, что буду делать всё возможное, чтобы защищать тех, кто не может защитить себя сам.

Меньше всего могла подумать, что другие агенты, такие же, как я, могут представлять опасность. Чем глубже копаю, тем больше понимаю, что дело не только в простых упущениях или коррупции. Некоторые коллеги были настолько вовлечены, что стали определяющими винтиками. Джонатан Мейер, например, регулярно назначался вместе с Грейсоном на дела, касающиеся политиков и судей, чтобы оставлять их на свободе и иметь возможность просить об услугах.

Меня не удивляет, что после опыта с ним Грейсон стал таким подозрительным. Чем больше я расследую, тем больше понимаю, насколько он был прав. По-настоящему тебя подставляет не тот, кто что-то скрывает, а тот, кто слишком «идеален».

Взяв список с именами, которые мне удалось вычислить, я снова пробегаю его взглядом. С отвращением кривлю рот. Переворачиваю лист и кладу лицом вниз, чтобы не смотреть на него. Я собираюсь сделать перерыв, когда на экране открывается чат, который мы с Аидом используем для связи.

АИД: Есть новости?

Я накручиваю прядь волос на палец, в смятении.

С тех пор как Томас привёз меня сюда, не было ни дня, чтобы он не задал мне этот вопрос. Я знаю, что он с нетерпением ждёт, чтобы найти агентов, которые замяли расследование по делу его сестры. Честно говоря, я больше всего хочу помочь ему, и всё же что-то продолжает удерживать меня от отправки ему имён, которые я нашла. Подозрение, возможно.

Или страх, что он сделает с ними что-то ужасное.

АЛЕКСАНДРА: Мне нужно больше времени.

АИД: Сколько?

АЛЕКСАНДРА: Спроси меня лично.

АИД: Я занят.

АЛЕКСАНДРА: Чем? Избеганием меня?