Смертельная ошибка (ЛП) - Чейз Аннабель - Страница 40

Уэст принюхался.

— Почему в твоем доме так сладко пахнет?

Запищал таймер духовки.

— Помоги! — раздался голос бабули Пратт.

— Следуй за мной, — сказала я. — Мне нужно достать печенье из духовки.

Он вдохнул свежий аромат.

— Какое печенье?

— Скажу, когда увижу их. — вынимая противни из духовки, я изложила Уэсту ситуацию.

— У тебя в доме в клетке сидит ацтекский бог в образе свиньи, и он просил тебя о помощи?

— Когда ты так говоришь, звучит безумно. — я подняла палец. — И он пытался задушить меня, когда я оказалась в его сне.

— Как ты оказался в его сне и, что более важно, как тебе удалось выбраться оттуда до того, как он тебя убил?

Я поспешно уклонился от этой части разговора.

— Должно быть, это как-то связано с его способностями.

— Разве ты не говорила, что он бог обжорства?

— Ты же знаешь этих древних богов. Они никогда не ограничиваются какой-то одной способностью, и связь между ними редко бывает логичной. Гермес известен как греческий бог-посланник, но он также является божеством сна. — я пожала плечами. — Боги не всегда имеют смысл.

Уэст бросил взгляд на холодильник.

— У тебя есть молоко?

— Зависит от того, как ты относишься к миндальному молоку.

— Кроме того, что это разрушает окружающую среду, никаких сильных чувств вообще нет.

Я улыбнулась.

— Тогда макай свое печенье в стакан с водой.

Казалось, он обдумывает такой вариант. В конце концов, он потянулся за печеньем без напитка.

— Полагаю, мы все еще не знаем, кто превратил этого бога в свинью и почему.

— Правильно полагаешь.

Он хмыкнул.

— Должен отдать тебе должное, Лорелея. У тебя настоящий талант попадать в интересные ситуации.

— Ценю твою тактичность. Большинство людей сказали бы, что я притягиваю неприятности, и держались бы от меня подальше.

— Эта мысль приходила мне в голову раз или два. — он откусил большой кусок. — Итак, если свинья — ацтекский бог обжорства, то каких богов превратили в других животных?

— Большую змею заметили в нескольких престижных районах, где произошли кражи со взломом.

— Ладно, это жадность. Какой бог жаден? Один?

— Похоже, но мне кажется, надо искать среди славянских божеств.

Уэст прожевал печенье.

— Боюсь, мои познания не простираются так далеко.

— Думаю, это Велес, — сказала я. — Это объяснило бы снеговую грозу.

— Есть бог снеговой грозы?

— Когда-то он хотел сделать такое заявление. Думаю, он и есть змея.

— Бог снеговой грозы принимает облик рептилии? Кажется, здесь что-то не сходится.

— Потому что обычно он так не делает. Животная форма ассоциируется с жадностью, но не обязательно с богом. Это еще один признак того, что животные не добровольно пошли на это. Если бы они согласились сами, то были бы в своем обычном обличье.

— Так кем же обращается Велес?

— Коровой.

Уэст окинул меня оценивающим взглядом.

— Откуда ты так много знаешь об этом?

— Дедушка научил меня. Он был одержим мифологией. — или, по крайней мере, стал, когда понял, что его внучка вновь рожденная богиня. Дедушка был самоучкой и не успокоился, пока не передал мне все свои знания. Он знал, что не доживет до того, чтобы сопровождать меня во взрослой жизни, поэтому сделал все, что было в его силах, чтобы я стала самостоятельной.

— Почему бог ацтеков, да и любой другой бог, если уж на то пошло, прячется в окрестностях Фэрхейвена в облике животного?

— Не уверена, но считаю, это как-то связано с Эддисон Грей.

— Кто такая Эддисон Грей?

— Новенькая в городе. Я видела ее в «Вотчине Дьявола», а на следующий вечер она заигрывала с офицером Лео в «Монке». Утверждает, что ищет работу в городе и рассматривает возможность переезда в Фэрхейвен, если получит ее.

Уэст посмотрел на меня.

— Но ты ей не веришь?

— У нее какая-то аура.

— Звучит довольно расплывчато.

Я не хотел рассказывать о своей странной встречи с ней. Мне показалось, что я слишком широко распахнула дверь.

— Ты чувствуешь, что меня окружает аура, которая говорит тебе, что ты не хочешь, чтобы я была здесь? То же самое я чувствую у нее.

Альфа-оборотень, похоже, принял мое описание к сведению.

— Хорошо, допустим, ты права, и она подозрительная.

Я напряглась.

— Я не подозрительная.

— Ты что-то скрываешь, и это что-то может угрожать моей стае. Это делает тебя подозрительной.

— Для того, кто считает меня опасной, ты, несомненно, тратишь слишком много времени и энергии на меня.

Он пожал плечами.

— Держи своих друзей близко, а врагов еще ближе.

— Так вот кто я для тебя? Враг?

Уэст вздохнул.

— Честно говоря, Лорелея, я больше не знаю. Ты меня запутала.

— Один из моих талантов.

— Итак, если эта Эддисон каким-то образом связана с Велесом и бандой семи смертных грехов…

— Они не банда.

Он сердито на меня посмотрел.

— Прости, — сказала я. — Прошу продолжай.

— Если она связана со всем этим хаосом, — сказал Уэст, — что ты предлагаешь нам делать?

— Я попросила Рэя изучить татуировки Эддисон. Думаю, что символы имеют большое значение. Они могут подсказать нам, с кем мы имеем дело.

— Ты попросила шефа полиции навести о ней справки?

— Не считаю, что у нас с шефом такие взаимоотношения?

— Она согласилась навести о тебе справки. Почему бы ей не проверить Эддисон?

— Она пробила меня, потому что я купила Замок. Она хотела быть уверенной, что я не настолько сумасшедшая, насколько кажусь.

— Присяжные еще не пришли к единому мнению по этому вопросу, — пробормотал он. Затем, более четко, сказал: — Ты упомянула, что Эддисон тусовалась с новым полицейским. Этого может быть достаточно, чтобы ее воодушевить.

— Почему я должна это делать? Ты знаешь шефа Гарсию намного дольше. Ты же можешь попросить ее об одолжении? — я не испытывала особого энтузиазма, когда дело касалось одолжений; по моему опыту, они приносили больше хлопот, чем пользы. Даже мой ров стоил дорого.

Уэст потер заросший щетиной подбородок.

— Думаю, я мог бы.

— Позвони ей сейчас. Возможно, она еще в офисе.

Он бросил на меня вопросительный взгляд.

— Ты отдаешь мне приказ?

— Не включай альфу. Я просто вношу предложение. Такое случается, когда работаешь в команде. Блин, а я-то думала, что ты демократичный вожак стаи.

— Так и есть.

— Это потому что я женщина?

Уэст нахмурился.

— Ты предполагаешь, что сексизм идет рука об руку с пушистостью? Это потому, что ты не член стаи, Лорелея.

— Ладно. Ты не женоненавистник. — я махнула ему рукой. — Продолжай в том же духе.

Уэст достал свой телефон.

— Просто чтобы внести ясность, я делаю это не потому, что ты мне сказала. Я делаю это потому, что хочу этого.

Я сдержала улыбку.

— Принято к сведению.

Он попросил соединить его с шефом и в ожидании мерил шагами комнату.

— Привет, это Уэст, — наконец сказал он. — У меня к тебе просьба. Он попросил ее навести справки об Эддисон Грей. — Это та самая. Он вас познакомил?

Я продолжала слушать этот односторонний разговор и пожалела, что не попросила его включить громкую связь, но у меня было чувство, что он бы отказался. У Уэста были проблемы с доверием, это очевидно.

— Замечательно, — сказал он. — Спасибо. С меня пиво. — Уэст улыбнулся. — Хорошо, два. Я не могу во вторник. Как насчет четверга?

Разговаривая с шефом Гарсией, он казался совсем другим человеком. Когда Уэст разговаривал со мной, он определенно не казался таким веселым. Я была обузой, в то время как шеф была абсолютным наслаждением.

Он повесил трубку и сунул телефон в задний карман джинсов.

— Никакого криминального прошлого. На удивление мало информации. Шеф сказала, что Эддисон как будто вчера родилась.

— Родилась вчера или родилась до появления компьютеров. Это кажется более логичным.

— Или имя Эддисон Грей было придумано совсем недавно. Это кажется более логичным.