Хозяйка Стеклянного замка (СИ) - Эрра Алла - Страница 76

- Так озвучьте мне её, - с некоторой обидой предложила я.

- Глупое желание. Понимание не приходит со стороны. Но так уж и быть. Ты слишком… странная, чтобы подходить к тебе с общей мерою. Ответственность за поступки несёт каждый из нас, а не духи. Хорошее или плохое - это неважно. Главное, с какими истинными помыслами их совершаем. Вот ты, например. Намереваешься устроить обман на свадьбе Лилис и Макса. Вижу по твоему лицу, что хочешь возразить порцией лжи. Но я собрал необходимую мне информацию. Так что не позорься. Думаешь, я помешаю тебе? Ошибаешься. Поддержу.

- Почему? - растерянно спросила я, чувствуя, как по спине побежали очень неприятные мурашки.

- Ты пытаешься совершённое над Лилис зло прикрыть добром и любовью. Макс Весельчак тоже жертвует собой ради любимой. А Лилис… Ей тяжелее всего, так как всё началось из-за неё. Но она готова не из-за своей похоти, а по велению души обмануть духов. Во имя нежного сердца, Макса, будущих детей. Тоже жертва. Горные духи любят сильных. Тех, кто готов бороться. Послушные тоже важны, но сильные важнее. Так что я сделаю вид, будто бы обмана не было. Да и, по моему мнению, Лилис остаётся невинной: мысли и тело не всегда стоит сравнивать.

- Но почему же тогда этот жуткий обычай никто из вас, жрецов, не отменит?! - воскликнула я.

- А зачем? Думаете, вы первые такие хитрые? Нет. Дело в ином. Должны быть границы морали. Они либо закладываются с детства, либо их нет. Почему вдовам не возбраняются связи с мужчинами? Потому что они выдержали первое испытание девственницами. Когда соблазн наиболее велик. И на всю жизнь в них остаётся понятие правильности выбора. Умом, а не телом думать начинают.

- Интересненько! - ехидно возразила я. - А вот у мужчин такого нет! Делай, чего захотелось!

- Мужчинам, к сожалению, природа не дала такой вещи, которую при первом соитии не исправить, - нисколько не смущаясь, пояснил жрец. - Не ленточку же нам при рождении на отросток повязывать? И тут ограничением вступает целомудренность девушек. Могут парни, конечно, и с гулящими связываться. Только самим им потом противно становится, если не дураки. Ищут иное. Правильное. Или с вдовами шашни заводят.

Но они ведь тоже воспитаны в истинном отношении к телесным утехам. Поэтому прививают его своим ухажёрам. Через любовь, ласку, нежность, душевную чистоплотность. И вот уже ищет себе мужчина не просто доступную под боком, а свою женщину. Но, согласен… Нам, мужчинам, легче. Зато женщины сильнее в этом деле, так как закалялись смолоду.

- Мне есть что возразить, - не унималась я от такого подхода к интимному делу.

- Верю, Джейн. Но ведь жизнь слишком сложна, чтобы пользоваться одними мыслями на всех. Необходим некий…

- Некая точка отсчёта?

- Именно, - довольно кивнул Дик. - Но правила, в отличие от догм, тем и хороши, что могут меняться. Правда, не очень часто, иначе перестают быть правилами. Горные духи установили их, а вот всё остальное в руках людей. Жизнь наша, которая для духов словно миг, меняется. И мы меняем законы под неё. Пойми, что люди всего лишь дети! Можно их оберегать, храня в тюрьме. Но они от этого не станут ни сильнее, ни мудрее. А можно дать возможность рискнуть. Выживут не все, но выжившие станут достойными продолжателями рода.

- Но вы, жрецы, всё-таки собираетесь вмешаться.

- Горные духи просили присмотреть за своими детьми. Не потребовали, а попросили. И мы, жители Пещер, такие же неразумные детишки. Просто чуть взрослее. От ошибок никто не застрахован, поэтому своё мнение не навязываем, а тоже просим к нему прислушиваться. Выбор всё равно ваш. И, Джейн, мне твой пока не нравится.

- В чём же? - недовольно поинтересовалась я, ожидая неприятного подвоха.

- Лилис и Макс очень боятся, но ждут свадьбы. Ты же её срок до сих пор не назначила. Это пытка для молодых.

- Блин… Вот тут и не поспорить. Дик! А давай на…

- Через пять дней, - перебил он. - Я бросил камни. Горные духи сказали, что это лучшее время.

- Значит, через пять дней! - рубанула я.- И если свадьбу сорвёшь, то я сюда Единого приведу! Лилис и Весельчак слишком близки мне, чтобы поганить их судьбу! Я не угрожаю, а предупреждаю!

- Истинная дочь гор! - рассмеялся жрец. - Горные духи любят смелых и наглых. Они дают жизнь. Остальные - лишь камни под их ногами: хоть обуви скользить не дадут, но и дорогу сами не проложат.

Подготовка к свадьбе проходила втайне от Лилис и Весельчака. Нет, они, конечно, знали, когда она будет, но я своей феодальной властью приказала им никуда свой нос не совать. Прежде всего, вместе со жрецом наведалась к трактирщику Михелю Кружке. Увидев нас вместе, этот молодой мужчина с хитрой физиономией не растерялся, а спокойно поинтересовался, что нам нужно.

- И даже извиняться не будешь, лазутчик? - не выдержав, спросила я.

- За что, леди Гроу? Я всегда был верен вашей династии. И перед духами гор, детьми которых мы все являемся, тоже чист душою. Надо погибнуть за Гроулесс - первый стану с топором на стены. Надо помочь жрецам, значит, помогаю. Но не только им, а всем Шедским горам в их лице. Моя родина не ограничивается только вашими землями.

- А если был бы выбор между Гроу и Пещерами, - не унималась я, - чтобы ты выбрал?

- Совесть, леди Гроу. Извините, но это мой единственный ответ.

- Вот поэтому, - довольно улыбнулся жрец, обращаясь ко мне, - мы и ставим в замки таких людей, выбирая претендентов не по вере, а по их нутру. К горным духам ближе тот, кто не слепо идёт за хозяином, а умеет думать. Ну, а ты, Михель… Сойдут снега, приходи в Священные Пещеры. Свой первый амулет жреца, думаю, уже заслужил. Уверен, что “Испытание на прочность” пройдёшь.

- Сойдут снега, сам решу, - недипломатично заявил трактирщик. - Пока же я здесь и должен помогать хозяйке. Леди Джейн? Что требуется от меня?

- Через пять дней трактир должен быть готов к свадьбе Лилис и Весельчака. Никого лишнего. Только те, кого они пригласят. Выставляешь всё самое лучшее, что есть в подвалах. И… Украсишь зал.

- Чем? - не понял Михель.

- Хвойными ветками, глиняными игрушками, красивыми лоскутками, сложенными бантиками. Позови Мирту с её новыми дочками и вместе с ними определитесь. А за готовку отвечает Эмма. И ещё… Пить будут много, поэтому разбавь всё так, чтобы гости сразу не упились, но и разницы в напитках не почувствовали.

- Ну, тут уж совсем легко! - улыбнулся Михель хитроватой, но достаточно симпатичной физиономией. - Травок добавлю для вкуса, и покажется всем, что самогон намного крепче, чем есть на самом деле. Ещё танцы устроим, чтобы некогда пить было.

- Кажется, Михель, - немного хулигански подмигнула я трактирщику, - что я тебя с такими правильными задатками в жрецы не отпущу. В Гроулесс больше пригодишься. Как я на тебя раньше внимание не обратила?

- В Пещерах он важнее, - с напряжением в голосе возразил мне Дик.

- Вы там часто застолья устраиваете?

- Нет. Но…

- Ну и не нужен такой человек вам. Пусть здесь тихонько своё дело делает и вам докладывает.

- Ох… - искренне вздохнул Михель. - И чего мне в пастухах не сиделось? Теперь, что ни сделаю, всё обижу кого-нибудь. А все ж хорошие…

Глядя на его унылое лицо, мы со жрецом рассмеялись. Кажется, с Диком стали хорошо понимать друг друга не только в деловых вопросах, но и эмоционально. Хороший знак!

Свадьба началась… с ночных слёз. Лилис рыдала в три ручья, так как у неё не было красивого платья. Только старое. Пусть и считающееся парадно-выходным, но не невестино. Мирта, державшая в тайне мой заказ, отказалась шить, а остальным ткачихам я просто запретила это делать.

Кажется, немного переборщила с сюрпризом. Хоть и обещала Лилис правильное платье, но она либо забыла моё обещание, либо посчитала, что я забыла его. А напоминать госпоже постеснялась.

Пришлось среди ночи звать Мирту, которая явилась не одна, а с дочерьми. Насколько же похорошели девочки под приглядом ткачихи! Как там говорил Стюарт? Зверьки. Теперь этого затравленного взгляда и в помине не было. Угловатые худющие плечики округлились, щёчки разрумянились. Из маленькой, ранее молчаливой Мии слова выстреливались, словно из пулемёта. А Джини… Я не понимаю, как так быстро у неё появились манеры элитного кутюрье, но факт остаётся фактом. Замерев, девочка окидывала взглядом не осознающую до конца своего счастья Лилис, вдруг отмирала и произносила уверенным голосом.