Исцелиться любовью (ЛП) - Харт Кэмерон - Страница 9

Это безумие. Но какие еще варианты у меня есть прямо сейчас?

— Это лучший вариант, — уверенно говорит Эллиот, кивая самому себе.

— Ты не забыл о моей машине, которая не заводится? Я чудом смогла найти водителя Uber, который забрал меня и отвез сюда прошлой ночью, но в городе такого размера я не могу рассчитывать на то, что меня будут возить на работу каждый день.

— Я отвезу тебя.

— Разве ты не живешь в глуши, чтобы попрактиковаться в жизни одиночки?

Это, наконец, вызывает у меня легкую ухмылку.

— Да, я живу в глуши, но я не просто тренируюсь быть одиночкой. Ты сама увидишь, что я в значительной степени довел этот стиль до совершенства.

Волна легкости, страсти и вожделения проходит через меня, обжигая кончики моих нервов. Блеск в его темно-зеленых глазах, то, как Эллиот пристально смотрит на меня, как он прижимает меня к себе и вытирает мои слезы… Я не могу остановиться.

Я сокращаю расстояние между нами и целую невероятного мужчину, находящегося передо мной, потому что как я могла этого не сделать? Эллиот приоткрывает губы, позволяя мне скользнуть языком к нему в рот. Я тихо всхлипываю, выплескивая все безымянные эмоции, выпивая и его тоже.

Все это ново для меня, не только отношения, но и… все это целиком. Целоваться, прикасаться, быть с кем-то подобным. Я не уверена, что делаю это правильно, но когда Эллиот углубляет поцелуй и усаживает меня так, чтобы я сидела на нем верхом, я понимаю, что, должно быть, не такая уж ужасная.

Его руки повсюду, они скользят под платье, которое на мне надето, ласкают мою спину, бедра. Его большие, мозолистые пальцы легчайшими прикосновениями блуждают по моей коже, а затем впиваются в мою плоть, прижимая меня к его твердеющему члену.

— Блядь, — бормочет он мне в шею, прежде чем поцеловать меня там. — Ты такая нежная, — стонет он, покрывая поцелуями мою шею и плечо.

Эллиот резко встает, не выпуская меня из объятий, поворачивается и усаживает на мой стол.

— Твоя нога... — я начинаю протестовать, но Эллиот хватает этот звук ртом, высасывая весь воздух из моих легких в мучительном, опустошающем поцелуе.

— У меня отличный физиотерапевт, который научил меня нескольким упражнениям на растяжку, которые действительно помогли, — шепчет он мне на ухо, когда мы отрываемся друг от друга.

Я задыхаюсь и у меня немного кружится голова от напряжения, но я наслаждаюсь каждой секундой. Я никогда не чувствовала себя более живой.

Эллиот сжимает внутреннюю поверхность моих бедер и раздвигает мне ноги, чтобы быть ближе к моей ноющей сердцевине. Он прижимается ко мне своим толстым членом и запускает пальцы в мои волосы, приподнимая мою голову и покусывая мой подбородок.

По моему телу пробегает дрожь, когда он покрывает маленький кусочек сладким поцелуем. Он доминантный, требовательный и территориальный, но в то же время нежный и заботливый. То, как он обращается со мной, вызывает привыкание.

— Хочу попробовать тебя на вкус, солнышко.

Я так увлечена тем, как его член трется о мой пульсирующий клитор, что едва улавливаю смысл его слов. Я киваю, зная, что мне понравится все, что Эллиот сделает дальше. Для меня все это в новинку, но я не могу дождаться, когда он овладеет мной душой и телом.

И тут я вспоминаю, где мы находимся.

— П-подожди, — с трудом выдавливаю я. Эллиот замирает и опускает руки, и я понимаю, что он собирается извиниться за то, что зашел слишком далеко. — Дверь, — заканчиваю я, кивая на дверь своего кабинета. — Запри ее.

Порочная ухмылка расползается по его лицу, заставляя тупую, пульсирующую боль в моем теле обостриться до предела. Он запирает мою дверь, чтобы никто не смог нас застукать. Неужели я действительно позволяю этому сексуальному чудовищу-мужчине делать со мной все, что он хочет, в моем офисе? Клиент, ни больше ни меньше?

— Ты уверена? — спрашивает Эллиот, снова оказываясь между моими бедрами.

Я киваю, и он смотрит на меня, давая понять, что ему нужны мои слова.

— Я уверена, — говорю я ему. — Я, э-э, думаю, тебе следует знать, что я никогда не делала… ну, что-нибудь из этого. — Я машу рукой между нами, неопределенно жестикулируя и надеясь, что он поймет.

— Что-нибудь из...? — он морщит лоб и наклоняет голову набок, оценивая меня своими глубокими зелеными глазами. Я улавливаю момент, когда мои слова попадают в цель. Глаза Эллиота расширяются, ноздри раздуваются, когда он оглядывает меня с головы до ног, как будто видит впервые.

Эллиот издает болезненный стон. На мгновение я беспокоюсь, что он повредил ногу, но затем он наклоняется надо мной, прижимаясь своим лбом к моему. Мы дышим в унисон, оба дрожим от желания.

— Ты хочешь сказать, что ты девственница, солнышко? — он шепчет что-то мне на ухо, его голос дрожит. Я киваю, вырывая еще один мучительный стон из моего рычащего горца. — Ты заслуживаешь лучшего, чем это, — говорит он после минутного молчания.

Я хнычу от разочарования.

— Но...

— Я позабочусь о тебе, милая. Не беспокойся об этом.

О боже, его глаза темнеют от вожделения, и я сжимаю бедра вместе, пытаясь получить хоть какое-то облегчение. Эллиот смеется, и от этого грубого и глубокого звука у меня мурашки бегут по спине.

Возможно ли такое, чтобы это исходило только от чьего-то голоса?

— Просто расслабься, Бриэль. Позволь мне показать тебе, на какое наслаждение способно твое маленькое соблазнительное тело.

Эллиот покрывает поцелуями мою шею, спуская бретельки платья с моих плеч и стягивая верх. Я задыхаюсь, когда он гладит мой обнаженный живот, а затем издаю стон, когда Эллиот расстегивает застежку моего лифчика. Мгновение он смотрит на меня, впитывая то, что я никогда не показывала ни одному мужчине.

— Великолепна. Идеальна, — бормочет Эллиот, прежде чем погрузить в рот и пососать один сосок. Я запрокидываю голову, ощущая прикосновение его горячего, влажного языка к моим чувствительным вершинкам. Эллиот облизывает другой сосок, а затем обхватывает его губами и сосет. Сильно.

Я обхватываю его бедра своими и опираюсь на руки, предоставляя ему больший доступ. Его руки и рот покрывают каждый дюйм моей груди и торса поцелуями, покусываниями, пощипываниями и успокаивающими поглаживаниями.

Я всегда была крупной девочкой, как не устает повторять моя мама, но я никогда так остро не ощущала каждую растяжку, каждый изгиб, каждый изъян на своем теле. Особенно когда я нахожусь в присутствии чертовски подтянутого мужчины. Но Эллиот не оставляет места для сомнений в себе. Ясно, что ему нравится то, что он видит. Что он чувствует. Что он пробует на вкус.

Эллиот покусывает верхушки моих грудей, затем осыпает их поцелуями и опускается передо мной на колени. Он задирает юбку моего платья так, что ткань облегает мой живот, разводит мои колени в стороны и смотрит прямо на мою киску, прикрытую трусиками. Я знаю, он видит, какая я постыдно мокрая. Какой влажной он меня сделал. Эллиот наклоняется вперед и накрывает влажное пятно ртом, посасывая ткань и заставляя меня ахнуть от удивления. Он мычит в мою киску и глубоко вдыхает. Черт возьми, этот мужчина чертовски горяч. Все, что он делает.

Эллиот подцепляет большими пальцами край моих трусиков и медленно стягивает их вниз по моим ногам, пока я не оказываюсь перед ним обнаженной. Несколько секунд он просто смотрит на меня. Это нервирует. Никто никогда не видел меня такой. Никто не трогал меня так. Никто не губил меня так.

Он покрывает поцелуями внутреннюю сторону моих бедер, сначала одно, потом другое. Затем раздвигает мои губы большими пальцами и издает сдавленный стон.

— Господи Иисусе, ты истекаешь влагой для меня. Мне это нужно. Мне нужно это попробовать. Необходимо. — Он говорит, как одержимый. Мне нравится это. Почему именно я так поступаю с ним? Почему именно я?

У меня нет времени на раздумья, прежде чем его язык скользит по моим складочкам. Я задыхаюсь и постанываю, падая спиной на стол. Эллиот облизывает меня сверху донизу, мурлыча в мою киску, как будто это лучшее, что он когда-либо пробовал. Клянусь, я чувствую его влажный, горячий язык глубоко внутри себя, жидкий жар скапливается внутри меня и наполняет мои вены жгучим экстазом.