Это кто переродился? Трилогия (СИ) - Дрейк Сириус - Страница 110

Вдруг под руку попался чек от Лукреции Валентиновны. Если я не ошибаюсь, это тоже деньги. Смешно, конечно, – мне до сих пор не верится, что люди за век оглупели настолько, что пользуются бумагой вместо нормальных денег, но факт оставался фактом.

Чек нужно немедленно превратить в расписные бумажки. Вопрос только как?

Спустившись, я наткнулся на Амадея. Он сидел за барной стойкой и мирно завтракал. И был весь красным, как будто вот‑вот лопнет. Вокруг него с хихиканьем ходили девушки, смущая его только больше.

– А как там процесс? – спросил я. – Скоро будет результат?

Фауст кивнул.

– Почти готово. Сейчас Силантий принесет нужные книги из библиотеки, и можно начинать. Возможно, золота получится даже больше, чем обычно.

Не успел я обрадоваться, как зазвонил телефон. Это оказалась Марьяна.

– Нашлась‑таки… – буркнул я, ответив. – Марьяна, ты…

– Ваня, спасай меня!

У общежития я был спустя полчаса. После той самой ночи здание было немного закопченным, но все таким же неприступным. Рядом же дежурил очередной автомобиль без опознавательных знаков.

Инквизиция? Выслеживают кого‑то, кого не взяли? Возможно, но у них на меня ничего нет, поэтому, думаю, можно не волноваться.

Выйдя из такси, я направился на проходную, а там…

– Пропуск!

А там так ничего и не поменялось. Бабка все так же бдила.

– Ага… – и она посмотрела на меня из‑под повязки. – Опять ты смущаешь мой орлиный взор.

– Я. Опять. Мне нужно помочь с сумками Марьяне Поповой. Она сказала, что уезжает, – и я толкнул турникет. Увы, он стоял крепче замковых ворот. – Откройте, я всего на минуту.

– Пропуск!

– Я же сказал…

– Нет пропуска – нет входа. Или тебе уши прочистить?

Я заскрипел зубами, и тут двери лифта открылись, и к нам вышла Марьяна, навьюченная как ишак перед большим переходом. За ней, тявкая, бежала какая‑то белая собачонка.

– Ага, наконец‑то! – повернулась к ней старушенция. – Давай сюда ключ и на выход, барышня. И не вздумай мне тут слезы лить, меня слезами не поймешь!

– Вы же выкидываете меня на улицу!

– И поделом, – вздернула бабулька крючковатый нос. – Нам тут преступники не нужны. И так довели бедненького Савелия Михайловича…

И кивнув на портрет с черной ленточкой, висевший в углу, она всплакнула. На нем был изображен тот самый пес, которого я подпалил на входе в канализацию. Жаль мне его не было ни капли.

– Я же сказала, что меня пытались похитить, а Инквизиторы…

– КЛЮЧ!

Что‑то пробурчав, Марьяна бросила ключ на стол и вышла ко мне.

– Пошли, быстрее, – шикнула она мне, – не хочу ни минуты задерживаться в этом…

– Смотри, если не заправила кровать! Прокляну!

– Не сомневаюсь… Пух, ко мне!

На выходе мы принялись укладывать сумки и тюки в багажник. Встав рядом с Марьяной я вновь ощутил, как на мне снова нарастают чешуйки, а во рту начинается покалывание. Приятно, черт возьми.

Собачонка же принялась нарезать вокруг нас круги – а она оказалась не самой обычной: временами она прыгала на лапы, а затем сворачивалась в белый шар.

В точно такой же, что мы ловили на Испытании.

– Кажется, ты зря отпустил нашего красного «питомца»… – заметил Иван.

Я хмыкнул.

– Еще не хватало ухаживать за каким‑то пушистым нахлебником. Захочет, вернется, а нет…

Пес же, остановившись, обнюхал мне ногу, а затем зарычал. Выглядело это до смеха нелепо, и я не стал пугать эту мелкую пушистую зверушку.

– И куда ты теперь?

Марьяна же со злостью захлопнула багажник и сложила руки на груди.

– Не знаю… И нет, во дворец я не вернусь. Слышал, Аристарх⁈

И тот самый черный автомобиль быстро завелся и дал по газам.

– Тогда в «Котел», – улыбнулся я и, проводив машину няньки взглядом, уселся в салон рядом со Стасом. – У Вики с девушками как раз есть лишняя раскладушка.

Марьяна прыгнула на заднее сидение. Лицо у нее было такое, будто я предложил ей переночевать в борделе.

– Ты предлагаешь мне жить в кабаке? Если бабушка узнает…

– Во‑первых, «Котел» уже совсем не то злачное местечко, что еще месяц назад. Во‑вторых, а тебе так важно ее мнение?

Тяжело вздохнув, Марьяна принялась пристегиваться. Ее собачонка прыгнула ей на колени. С меня она не сводила злобного взгляда.

– Я сама уже не знаю, чего хочу… – буркнула девушка, и Стас сорвался с места.

По пути она рассказала мне, при каких обстоятельствах она попала в лапы к Инквизиторам.

– Сначала мне показалось, что это бабушкины штучки – она так иногда делала. Как захочется ей «увидеть дорогую внучку», так присылает ко мне Аристарха или еще кого‑нибудь «порасторопнее». Они поймают меня где‑нибудь, сажают в машину и увозят, и все на глазах у однокурсников. Я уже устала выдумывать «легенды», почему меня постоянно кто‑то похищает…

– А на этот раз?

Марьяна покачала головой.

– Нет, этот автомобиль я не знаю, да и в голове просто белое пятно. Я очнулась на мостовой водной ночной рубашке. А рядом был Игорь Илларионов. Потом появились Инквизиторы. Больше ничего не помню.

Я насторожился. Игорь? Пытался похитить Марьяну⁈ В ответ на мои подозрения она помотала головой.

– Нет, водитель авто пытался убить его. Игорь меня спас.

– А где Игорь сейчас?

– Его‑то как раз обвинили в моем похищении. Как я ни пыталась отбивать его, этим лысым ублюдкам все побоку. «Разберемся» – это все что мне сказали. Больше я его не видела.

– Бедолага, – протянул я, искренне ему посочувствовав. Игорю как раз придется хуже всех – и не только со стороны Инквизиции, но и со стороны своего отца. А тот вряд ли простит сыну такой проступок – попасть в руки к псам Домны. Пусть и не по своей вине.

– А бабушке звонила?

– Конечно! И знаешь, что она мне сказала? Ни он первый, ни он последний! А потом поинтересовалась – а кушала ли я!

Я хохотнул. В целом, Дарью можно понять. Таких как Игорь у Инквизиции в застенки сейчас десятки, а то и сотни. А их родители все напропалую нынче ошиваются либо в приемной Домны, либо непосредственно пытаются достучаться до Дарьи.

Думаю, пока Игоря не обвинили еще в нападении на саму Дарью, нам бы неплохо самим напроситься на прием к моей Королеве, и решить вопрос.

– Все без толку, – сказала Марьяна, услышав о моих планах. – Это был наш единственный разговор. Она, кажется, страшно занята…

– Для меня Дарья всегда свободна.

Девушка же покачала головой.

– Можно напроситься к Доминике, но она наверняка потребует залог…

– В смысле? Деньги⁈

– А ты думал? Все возможно. Или золото?..

Она улыбнулась. Я же недовольно заерзал на месте.

– Шучу‑шучу. Бумажки, как ты их называешь, расписные. У тебя есть?.. – и Марьяна вывернула карманы. В них было пусто.

– Кстати…

И я вытащил из кармана чек.

– Знаешь, как нам превратить эту бумажку в много‑много других бумажек?

Взяв чек, Марьяна удивленно похлопала глазами. Затем посмотрела на меня.

– Это что, шутка⁈ Так много!

– Нет, – покачал я головой. – Это награда за голову и крылья виверны. Раз нам нужно вытащить Игоря, то нам точно нужно ОЧЕНЬ много денег, а этот чек, вроде бы, способен превращаться в них.

– Может…

– Ты знаешь, как?

– Знаю. Нужно ехать в банк.

И вот снова он. Банк «Золотое крыло». Опасный, загадочный и величественный. Приближаясь к нему, я снова ощутил зво тысяч и тысяч монет, что звали меня своими чарующими голосами.

Однако внутри здание было каким‑то странным, и поначалу мне не удавалось понять, а что же изменилось? Вроде, все также туда‑сюда ходит народ, вроде все также на нас с подозрением глядят охранники. Вроде, и кислые мины клерков никуда не делись. Однако…

Первой это поняла Марьяна.