Опасное приключение - Шервуд Валери - Страница 60

Карета подкатила к просторной веранде, резные двери которой, сделанные из твердого кампешевого дерева, обозначали главный вход. Николлс натянул вожжи, и экипаж остановился.

– Разве мы зайдем внутрь? – удивилась девушка.

– Да, – ответил управляющий, спрыгивая на землю и помогая ей сойти.

– Какое красивое место! – воскликнула Лорейн. – А кто здесь живет? Губернатор?

– Нет, вы сами, – торжественно проговорил Николлс.

Девушке показалось, что она ослышалась. Лишь через некоторое время она, запинаясь, смогла пролепетать:

– Не могу поверить, что это в самом деле мое…

– Куплено на ваше имя. Все бумаги я храню здесь. – Николлс похлопал себя по карману. – Я убежден, что приобрел не только самый красивый на острове особняк, но и самую лучшую землю. Неподалеку располагается пальмовая роща. Прямо за ней начинаются сады, где растут лимоны, лаймы, апельсины, грейпфруты, авокадо и гранаты. Имеются также плантации сахарного тростника, а кроме того…

– На них я взгляну позже, – со смехом перебила его Лорейн. – Пока же мне хочется вдоволь налюбоваться океаном!

– Теперь вы сможете любоваться им сколько угодно, – снисходительно заметил управляющий, подавая ей руку.

С замиранием сердца Лорейн шагнула в просторный холл с высоким потолком, где царила необычная для здешнего климата прохлада. Первое, что ее поразило, было обилие света и воздуха. Это ощущение создавалось благодаря многочисленным окнам, занимавшим пространство от пола до потолка. Квадратная гостиная и чуть продолговатая столовая были столь велики, что по сравнению с ними даже самая большая комната в доме Элиейзера Тодда казалась каморкой. В каждом помещении имелся камин, хотя, как заметил Николлс, «вам вряд ли придется им часто пользоваться». Позади дома располагались конюшни. Просторная спальня помещалась в торце дома. Оттуда открывался великолепный вид не только на бесконечные океанские просторы, но и на плантацию. Куда бы ни зашла Лорейн, ей сразу бросалась в глаза высота потолков. По словам всеведущего Николлса, эта архитектурная деталь является непременным условием домостроения в тропическом климате.

– Дом выглядит таким… старинным, – мечтательно заметила она, когда они вышли в сад.

Чувствовалось, что здесь потрудились умелые руки. Дорожки были тщательно расчищены и обсажены жасмином. Повсюду пышно цвели бугенвиллеи, а также розовые и алые гибискусы.

– Ему не более десяти лет.

– А мне показалось, несколько столетий! Поглядите, в тех местах, куда не заглядывает солнце, камни поросли мхом.

– Это из-за пористой структуры местного кораллового камня, – объяснил Николлс.

– Все выглядит чудесно! Но как-то пусто… Хватит ли у меня денег, чтобы обставить этот роскошный особняк?

– Хватит и еще останется! Дом обошелся нам почти даром, – похвастался он, бесконечно довольный своей новой ролью. – Его прежние владельцы неожиданно унаследовали фамильный замок в Кенте и решили поскорее переселиться на землю предков. От покупателей, естественно, не было отбоя, но только я мог заплатить сразу и золотом. Сделка состоялась в считанные минуты – вот так! –  Николлс выразительно щелкнул пальцами.

Они двинулись дальше. Лорейн шла медленно, упиваясь видом и ароматом экзотического рая тропиков.

– Сейчас я веду переговоры о приобретении еще одной плантации, – деловым тоном сообщил мистер Николлс. – Однако следующим шагом, на мой взгляд, должна стать покупка корабля. И может быть, не одного, а нескольких… Возить мелассу в Новую Англию мы должны на собственных кораблях.

Он пустился в технические детали некоего грандиозного проекта. Николлс был прирожденным коммерсантом и то, что сейчас у него в руках сосредоточилась такая уйма денег, воспринимал как редкостную удачу.

– Дорогой мистер Николлс, – как можно мягче произнесла Лорейн, – я понимаю, что вы можете многому меня научить. Поверьте, для меня будет большой радостью брать у вас уроки. Но пока… – Она помедлила, не желая его обидеть. – Пока позвольте мне просто наслаждаться этим восхитительным раем! Кстати, как называется здешняя плантация?

– Последние ее владельцы так и не смогли сделать выбор между «Скалистым утесом» и «Отвесной скалой». Прежде на этом месте располагался другой дом, но он также не имел названия.

– Я назову ее «Удачей», – решительно объявила девушка. – Ведь если бы не склонность моего отца к риску и не его вера в удачу, я никогда бы не стала владелицей такой роскошной плантации! А в будущем мы дадим такие же красивые имена и нашим кораблям. Скажем, «Гордая красавица», «Остров счастья», «Смелое предприятие»… Что вы об этом думаете?

– Я думаю, – негромко, но с большим чувством откликнулся Николлс, – что вдвоем мы прославим эти имена на весь мир!

– Согласна. Вот вам моя рука!

Управляющий энергично потряс хрупкую девичью ладонь. Он весь светился энтузиазмом.

– Нам потребуются люди, сведущие в морском деле, и притом честные. По правде сказать, – признался он, – я сам не слишком в этом разбираюсь. Моя стихия – не моря с океанами, а цены, товары, прибыль…

– Я знаю подходящего человека! – воскликнула Лорейн. – Это капитан того судна, на котором я прибыла на Барбадос. Его фамилия Боумен.

– Если позволите, мисс Лондон, я бы оставил это на потом. Сейчас мне хочется закончить одно дельце. Я уже говорил, что собираюсь приобрести для вас вторую плантацию. Правда, она меньше этой, но зато расположена на атлантическом побережье острова. К тому же просят за нее недорого. Грех упускать такую возможность!

– Я полностью на вас полагаюсь. И вот еще что… Дом слишком велик для меня одной. Мы могли бы отлично разместиться здесь вдвоем. Ведь жить в гостинице не слишком удобно!

Подсаживая девушку в карету, управляющий вежливо отклонил предложение:

– Весьма великодушно с вашей стороны, но я предпочитаю остаться на старом месте. Живя в центре города, я всегда в курсе событий!

За неделю Лорейн с триумфом утвердилась в бриджтаунском обществе, чему способствовало покровительство двух влиятельных дам – миссис Херст и ее невестки. Нанеся обещанный визит брату своей попутчицы, девушка пригласила его супругу и сестру к себе в «Удачу». Когда гостьи уселись, Лорейн приступила к делу. Речь шла о том, как обставить особняк.

– Честно говоря, – призналась она, – я просто влюбилась в этот прелестный обеденный стол. Правда, он слишком длинный и громоздкий, но от него веет такой стариной! И сделан он из настоящего красного дерева… Прежние владельцы сочли, что не имеет смысла переправлять такую громадину в Англию, и оставили его мне, чему я очень рада. Кстати, этот стол навел меня на интересную мысль… Что, если начать делать мебель из красного дерева прямо здесь, в Бриджтауне? Как вы думаете?

– Дело, конечно, прибыльное. Но вот перевозка… Она обойдется вам недешево! – высказала сомнение миссис Херст.

– Я буду торговать мебелью, перевозя ее на собственных судах, – гордо произнесла Лорейн.

Светские обязанности не помешали ей быстро освоиться с новой ролью хозяйки большой плантации. В короткий срок она подобрала себе слуг, а потом заключила сделку с капитаном Боуменом, который вызвался уговорить теперешних владельцев «Дельфина» продать его Лорейн и пообещал, что не покинет капитанского мостика и при новой хозяйке.

– Надеюсь, первой пассажиркой, которую вы доставите на Барбадос, будет ваша тетя, – улыбаясь, произнесла она, заранее радуясь этой встрече. – Лучшей компаньонки и подруги мне не найти!

Капитан улыбнулся в ответ:

– Постараюсь ее уговорить.

– Но сделайте это осторожно, так, чтобы о моем предложении никто не знал, – предупредила Лорейн. – Я хочу, чтобы все считали меня мертвой.

– Понятно, – кивнул моряк. – Можете на меня положиться.

Не успел «Дельфин» бросить якорь в гавани Провиденса, как его доблестный капитан уже спешил к дому Тоддов. Миссис Боумен, обложенная подушками, возлежала в гостиной на диване и, морщась, потирала больную лодыжку. Когда в комнате появился ее любимец, она так обрадовалась, что непременно бросилась бы ему на шею, если бы моряк не удержал ее.