Путь тени - Суренова Юлиана - Страница 46

Мати не хотела с ним спорить. Во всяком случае, не из-за этого. Особенно сейчас, когда не сказала главного, тех слов, которые просто рвались наружу:

"Может быть, демоны или черные призраки и мечтают стать Губителем, но не люди!

Никак не люди!" "Девочка, ты будешь удивлена, узнав, как много смертных подумывают об этом. И отнюдь не все из них стыдятся или таятся этих фантазий. Как и других… От себя, знаешь ли, ничего не утаишь. Особенно в мечтах, когда действует подсознательное, не разумное".

"Что?" – Мати не поняла и половины из сказанного горожанином.

"Да так… Не обращай внимания. Меня, порой, заносит. Понахватаюсь всяких слов, а потом красуюсь. О чем мы говорили? О времени?" Девушка поморщилась.

"Что? Не хочешь продолжать этот разговор? Тогда я пойду".

"Я уведу своих спутников из твоего города!" – глядя на чужака исподлобья, с вызовом процедила Мати сквозь с силой стиснутые зубы. Она не просто говорила, но словно произносила обет. Караванщица думала, что чужак рассмеется ей в глаза, или обругает, накричит. А он только повел плечами, словно говоря: "Поглядим".

"Прощай, девочка".

"Почему "прощай", а не "до свидания?" Надеешься, что мы никогда больше не встретимся?" "Не придирайся к словам. В сущности, ведь одно не исключает другого. И вообще…" "Это же сон! -поняла она. – Я сплю! И все это происходит не на самом деле! Все лишь образы!…Но, раз это сон, я должна использовать его, чтобы узнать…" "Прощай".

"Расскажи мне о городе!" Образ горожанина уже начал бледнеть, тая. И, все же, напоследок он бросил:

"Спроси своего жениха!"

"Кого?!" – Мати растерялась.

"Бога солнца".

"Он мне не жених!" – поспешно, даже слишком, воскликнула девушка. Ведь это невозможно – говорить о таком, как о яви…

"Спроси Его, – сон уже закончился, но голос остался, проникнув за его грань на крыльях дремы. – Спроси… Спроси вот как: "Мечта, исполнившись, перестает быть мечтой. Что же тогда город исполнившейся мечты?" "Но… Что это все значит!" Однако Мати уже проснулась.

"Как всегда! – она была готова заплакать. Губы дрогнули, скривившись от обиды. – Стоит мне приблизиться к ответу, как тот, кто мог бы его дать, исчезает, тая снегом в руках!" Ей не хотелось вставать, ничего не хотелось. Все надоело. И вообще – руки и ноги были как набитые соломой, голова налилась тяжестью огненной воды, а любое, даже самое слабое движение отдавалось такой болью в голове, что было одно желание – лежать как можно неподвижнее.

"Тоже мне! Чужак, а приказывает! – она была зла на весь мир, а особенно – на того, кто был ближе всего. – А я вот не стану Шамаша ни о чем спрашивать!" Не то чтобы ей было не любопытно, как раз наоборот, более того, именно это она и собиралась сделать – расспросить обо всем Шамаша. Но до того, как горожанин полез к ней со своими советами. После же его слов, оброненных на прощание, девушка была готова даже перешагнуть через свое любопытство, лишь бы поступить назло, не так, как ей говорили.

"А вот интересно, кто это был, кто приходил ко мне? Демон?" – она качнула головой, сама отвечая на свой вопрос.

Да, Мати видела всего одного демона, но караванщица была почти уверена, что все они должны быть похожи друг на друга хотя бы в той же мере, в которой похожи между собой люди.

"Демон должен быть другим. Не просто высоким, но гигантом, не просто сильным, но мощным. В общем, таким, как Алад… Алад… – мысленно повторила она. – Интересно, где он сейчас?" С недавних пор она не раз вспоминала демона-быка, мечтала встретить его на своем пути вновь, даже вздыхала с нескрываемым сожалением:

"Ах, вот бы Эрра подарил мне не этот браслет, – который в то время казался ей совершенно бесполезным, – а поводок, чтобы я могла позвать Алада. Мне так хочется еще раз прокатиться верхом на нем по грани миров…" Может быть, из-за этих воспоминаний и грез в ее сердце, душе так и не появилось страха перед демонами. Они казались ей… Нет, не безобидными, но безопасными.

Не друзья, но и не враги. Вернее даже – "может быть друзья".

"Может быть… – ей даже хотелось этого – подружиться с кем-нибудь из демонов. – У меня есть друзья – священных зверей и богов, почему бы не иметь их и среди демонов?" И чем дольше она думала об этом сейчас, тем больше соглашалась с тем, что сказал горожанин:

"Да, сколько бы ни было людей, ненавидящих, боящихся, презирающих и проклинающих Губителя, всегда найдутся и те, кто станет восхищаться Им. Хотя бы из желания не быть такими, как все. Или из стремления к власти. Ведь всем известно, что он щедр на подарки. За которые, конечно, всегда приходится платить. Но об этом не думают. А может и думают, считая, что любая плата и служба меньше расплаты и мук.

И если так, – Мати вздохнула, – значит, есть и мечтающие пусть хотя бы на один миг занять Его место…Вот интересно, – она положила руку под голову, – а в этом городе есть и такие? Мечтавшие стать Эррой? И другими богами? И Шамашем? А Шамаш хотел быть простым смертным… Но тогда этот служитель… Может, он и не демон вовсе, а человек… Человек, который мечтал стать демоном. Но… Нельзя же взять и стать богом или демоном только потому, что хочешь! Для этого нужно… нужно быть им… По своей природе…" "И, все же, – сунув палец в рот, Мати стала грызть ноготь, погрузившись в размышления настолько, что не сразу поймала себя за этим неприличным, недостойным ее возраста занятием. Ведь что простительно маленькому ребенку, невозможно для почти взрослой женщины. Обгрызенные ногти, да что о ней подумают?!

– Ну и что? – прервав одни размышления ради других, фыркнула она: – Меня сейчас все равно никто не видит. И не увидит еще много дней. За которые ногти успеют отрасти. И вообще… Ерунда это".

"Ерунда! А что серьезно, так это все, что происходит вокруг Курунфа. Что он там сказал: что такое город исполнившейся мечты, если мечта, обретя исполнение, перестает быть мечтой? Тоже мне, проблема! Исполнившаяся мечта – это мечта, ставшая явью. В общем, это явь, в которой есть то, о чем мечтала душа. А город исполнившейся мечты – место, где живут те, чьи мечты исполнились, и все, чего они ни пожелают, тотчас исполняется. Все, сколь бы невероятной ни была эта мечта…" "А-ах…" – она тяжело вздохнула. Картинка, нарисовавшаяся в ее воображении, была – прекрасней и желанней не придумаешь.

"Лучше, чем в сказке. Лучше, чем в самом чудесном сне. Потому что сон всегда остается сном, за которым грядет пробуждение… Да что там, даже лучше, чем в крае благих душ. Да, там хорошо, просто замечательно. Там все чувствуют себя счастливыми, но… Но все равно, он – не город мечты…" Девушка вновь тяжело вздохнула. Ей вдруг страстно захотелось войти в этот город, заглянуть в него хотя бы на краткий миг, посмотреть, так ли там на самом деле…

"Конечно, не снимая браслет, – поспешно добавила она. А затем ее пронзила холодная игла страха, рука скользнула вниз, к щиколотке, проверяя, на месте ли ее оберег. И вздохнула с облегчением – да, все в порядке. – Я под защитой Губителя. Значит, даже если это Его город, ничего со мной произойти не может.

Вот и славненько. Подожду немного. Ну, положенное время. Благо за всеми этими снами оно пролетит быстро. А потом… Потом войду в город. Ведь это можно. Никто не говорил, что мне туда нельзя. Да и почему нельзя, если ничего со мной случиться не может? Вот только… – она болезненно поморщилась, восхищение в душе сменилось… какой-то незавершенностью, что ли… недоделанностью. – Не может произойти не только плохое, но и хорошее… И хорошее тоже… Тоже…" Она зевнула, чувствуя, что еще немного, несколько мгновений – и снова заснет.

" Я все сплю и сплю… А, какая разница?-Мати зевнула, затем – усмехнулась. – Ну ни забавно ли? Даже во сне хотеть спать. Просто жуть какая-то, – она вновь зевнула. – Если бы Шамаш был здесь, он все бы мне объяснил. Не сон – то, что скрыто в городе… Что такое город исполнившейся мечты…? И Он мог бы научить меня составлять заклинания. Как научил управлять снами. Он бог? Бог. Значит, язык заклятий – Его язык. И, потом… После того, что случилось, мне ведь все равно больше не от кого ждать помощи. Не от кого из небожителей… Потому что…