Путь тени - Суренова Юлиана - Страница 48

Но ее мысли прервал голос Лаля, который продолжал свой рассказ, не обращая никакого внимания на мысли-слова своей собеседницы, словно их не было вовсе. Или они были настолько ошибочны, что не имело никакого смысла принимать их в расчет.

"Знаешь, что придумали эти затейники? Они решили исполнить ваши мечты!" "Наши…" – да, это было так. Но вот они ли? И вообще, при чем здесь они? Ведь все дело в этом месте. В городе мечты. В этом жутком Курунфе…

А Лаль продолжал о своем.

"Да. Караванщиков. Представляешь – все получат то, о чем мечтали! Просто чудо!

Все, моя милая караванщица, кроме тебя… Что молчишь? О чем задумалась? Не отвечай. Я знаю. Это очень неприятно, когда всем другим что-то дается, а тебе – нет… Когда чудо обходит тебя стороной… И знаешь почему? Нергал… Даря этот браслет, – Лаль качнул в сторону ее ноги, – который ты носишь, не снимая, он хотел защитить тебя от недобрых поползновений своих слуг. Но браслет… Он не делает различия. Он защищает от всего. И доброго. И злого. Демоны просто не смогут исполнить твою мечту. Если, конечно, ты не снимешь его…" – он выжидающе глянул на Мати, словно надеясь, что она последует его непроизнесенному вслух совету.

Однако девушка упрямо замотала головой – нет! Пусть даже ей придется заплатить за это своей мечтой, спокойствие было дороже! И, потом… Если кому она и была готова довериться, то Шамашу и Нергалу, давшим ей этот чудесный браслет, и уж никак не Лалю, от которого она слышала лишь слова обмана.

"Хорошо, хорошо, – поспешил успокоить ее повелитель сновидений, который вовсе не собирался настаивать. – Как хочешь. Но, чтобы не оставаться единственной обделенной среди всех осчастливленных, может, твою мечту исполню я?" "Нет! – испуганно вскрикнула Мати. – Нет!" "Успокойся! Ну, с чего это ты вдруг так заволновалась? Я ведь только предложил.

Не хочешь – и ладно, дело твое. Неужто я стану настаивать? К чему мне это? – в его голосе, лице было что-то от обиды, которая, однако же, казалась скорее притворной, чем искренней. – Я просто хотел сделать что-то для тебя…" – он выжидающе глядел на смертную, словно надеясь, что та все-таки не выдержит и согласиться принять дар.

Но молодая караванщица лишь упрямо мотала головой:

"Нет!"- ни за что! Она была готова оказаться в любом, самом ужасном кошмаре во сне, но только не в исполненной Лалем мечте наяву!

"Как хочешь… – весь его вид говорил: "Я что, должен тебя уговаривать? Ну уж нет!" – Пойду, пожалуй, – зевнув, он похлопал ладонью по губам. – А то устал я с тобой, – он повернулся, собираясь уходить. Однако в последний момент все-таки помедлил, обернулся к смертной: – Только ты уж не обижайся, но все остальные от исполнения своей мечты не откажутся. Так что…" "Я не оставлю их в этом городе! – не выдержав, выпалила Мати. – Когда закончатся десять дней одиночества, я войду в Курунф!" "Ты хочешь разрушить счастье своих спутников? "Раз не мне, то никому"? Странно, я думал, ты другая. Не столь завистливая…" "Да при чем тут зависть!" "Как при чем? Что же тогда заставляет тебя…" "Я хочу их спасти!" "Не спросив, хотят ли они этого?" "Они не понимают, что происходит!" "А ты понимаешь?" "Да!" "Ты так уверена? Ладно, пусть. Но, согласись, они сейчас счастливы. Потому что их мечта исполнилась…" "Но это лишь тень! Только миг!" "Разве счастье бывает вечным? Это невозможно. А раз так… Нужно наслаждаться каждым мгновением, что дано им. Позволь своим спутникам…" "Нет! Они не должны! Так не правильно!" "А как правильно? Как?" "Быть честным самим с собой! Не принимать обман, каким бы желанным он ни казался!

И вообще… Вообще, почему ты спрашиваешь! Я здесь не для того, чтобы отвечать на твои вопросы, а чтобы спрашивать!" "Увы, мне пора. Скоро ты проснешься. Но прежде я хочу тебе кое-что сказать: люди живут, стремясь достигнуть своей мечты. Если же это не делается, если это невозможно, неосуществимо, тогда, значит, и жизнь не имеет смысла".

"Ты…" "Я говорю правду, девочка. А теперь прощай. Я ответил на все твои вопросы. Даже те, что ты была еще не готова задать", – и он исчез из ее сна, не оставив и тени.

Мати огляделась вокруг. Это был все тот же сказочно-прекрасный мир зеленых лесов, янтарных полей и алых лугов. Воздух все так же полнился запахом цветов и пением птиц. Однако, несмотря на то, что он был прежним, он стал совсем другим, потеряв свою притягательную силу, восхитительную сладость оживающей мечты.

"Как всегда, – Мати тяжело вздохнула. Ее глаза были полны грусти и горячих слез, которым было не дано пролиться, облегчая душу. – Ну почему все, начинающееся так хорошо, заканчивается хуже некуда! А-х! – она вновь вздохнула, поджала губы. – Да что уж там? Нужно просыпаться".

И стоило ей подумать об этом, как сон соскользнул с нее, словно одеяло.

Мгновение, глубокий вздох – и она уже ощутила себя лежавшей в повозке, уткнувшись носом в мягкую, пахнувшую травами подушку.

Мати зевнула, полежала несколько мгновений, вспоминая свой последний сон, а затем села на ворох одеял, поджав под себя ноги, огляделась вокруг, пытаясь понять, сколько прошло времени с тех пор, как она заснула.

"Вот будет смешно, если опять три дня! Или даже больше – ведь на этот раз я видела столько снов… Было бы здорово – если все десять. Тогда можно было бы покинуть повозку и войти, наконец, в этот город… Нет, – вдруг передумав, она решительно мотнула головой, – я еще не готова".

Она замерла, прислушиваясь.

Вокруг все было таким же, как до того мгновения, когда она заснула. Только столик с едой пропал, словно его и не было никогда.

"Может быть… Может быть, мне и он приснился. Ведь повозку защищает заклятье. И, значит, ничто извне не может в нее попасть. Хотя… Ведь рабы приносили мне еду.

По приказу отца…" Впрочем, она должна была признаться, что проголодалась. Не так чтобы очень сильно, до урчания в животе, но… В общем, она была не против перекусить.

"Хорошо бы Шамаш принес обед… Или хотя бы несколько яблок… Хотя одними яблоками сыт не будешь…" Ей не хотелось звать бога солнца. Было бы лучше, если бы он сам пришел. Девушка надеялась, что Он не забыл о ней…

"Конечно, не забыл! Он не мог забыть!" Нужно только подождать. А она была готова ждать сколько угодно.

Повозка покачивалась из стороны в сторону. Снег поскрипывал под полозьями, навевая сон. Дыхание ветра, звоном касавшееся заиндевелого полога повозки, вносило покой в душу…

"Что это? – она не сразу поняла, а когда поняла – еще долго не могла поверить. – Повозка движется? Но разве караван не остановился навсегда? – а потом ее душу ледяной иглой пронзил страх: – Куда? " – какая-то необъяснимая сила, чем-то сродни любопытству, заставила ее, отодвинув полог, высунуть руку.

На ладонь тотчас веселой серебристой стайкой слетелись снежинки.

В широко раскрытых глазах молодой девушки застыло удивление. Но не потому, что заклинание перестало действовать. В сущности, она ждала чего-то подобного, когда время в Курунфе летело так быстро. Дело было в другом.

– Это… Это невозможно! – сорвалось с ее губ.