Любовь, пироги и другие яды (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 17

Я была уверена, что репутация Миная – последнее, на что улыбчивый мужчина откажется бросить не только тень, но и лопату навоза, но уточнять не стала, только кивнула с деланным спокойствием:

– Хорошо, я так и сделаю. Приятного отдыха, тис Валиен.

Он окликнул меня, когда я была уже у лестницы.

– Тисса Индира?

Я с трудом прикусила на кончике языка раздражённое «Ну что вам ещё нужно?!» и обернулась:

– Случаю вас.

– При взгляде на вас мне хочется забыть, что Минай мой брат. Я сам не отказался бы от такой прекрасной невесты, подумайте об этом, – выдал этот наглец и скрылся в комнате, лишив меня возможности ответить.

Стучаться в закрывшуюся дверь с идиотскими уточнениями и возражениями мне показалось глупым. Но мою злость на такой двусмысленный комплимент это не притушило. Этому хаму мало было облить брата грязью перед моей матушкой, он ещё и себя на замену предложил! И неважно, насколько серьёзно это предложение, меня взбесило уже то, что оно в принципе прозвучало.

Ругаясь себе под нос, я слетела с лестницы и тут же была наказана за невнимательность – почти врезалась в маман, поджидавшую меня у гостиной.

– А, Дирочка! Очень кстати. Мне как раз нужна твоя помощь.

ГЛАВА 10. Причины для ненависти

Я вздохнула и поплелась навстречу матушке. Обманчивыми иллюзиями, что маман действительно некого припахать к чистке какой-нибудь картошки, я не страдала. Этот ритуал не менялся годами: если надо поговорить, звали помочь. Логично, в принципе. От разговора можно отвертеться под предлогом собственных дел, а вот от помощи – не выйдет. На этот раз всё было точно так же.

– Как прошёл учебный год? – поинтересовалась матушка, вручив мне нож и почти полное ведро картошки.

– Отлично мам, – закивала я. – Кстати, забыла рассказать. Меня признали лучшей студенткой курса. Даже значок вручили.

– Знаю я, почему ты забыла, – тонко улыбнулась матушка. – Молодой маг из-за ущелья голову вскружил.

– Ну, в какой-то мере, – вынуждена была признать я. Не то чтобы вскружил, но вот проблем от этого молодого заущельного было столько, что удивительно, как я до сих пор не забыла, как меня зовут.

– Мера у неё… Видела я твою меру – глаз с него не сводишь.

И опять крыть было нечем. И правда не сводила. Только не от большой любви, как вообразила матушка, а потому что понятия не имела, какой дрянью накачался заущелец, чтобы просто на ногах устоять, и на сколько этой самой дряни хватит. Ловить готовилась, так сказать. Но об этом маман знать было совершенно необязательно.

– Он, кстати, молодец – быстро опамятовал. Я помню, как-то в юности поймала магическое истощение, так неделю потом по стеночке ходила. А я, как ты знаешь, не из слабых.

– Да, матушка. Он тоже.

– Я заметила, – кивнула маман. – Вот только… А вы не слишком быстро… Кхм… Ты случайно не поддалась незнакомым чувствам слишком неосмотрительно, и теперь вынуждена срочно…

– Мам! – щёки залило обжигающим жаром.

– Точно? Ты смотри, если что, это не повод срочно бежать замуж. Слава стихиям, не бедствуем, и уж внучка…

– Мам!!! До внучка мне ещё надо доучиться, защитить диплом, сделать карьеру, создать десяток идеальных зелий…

– Да, да… И перевернуть мир с ног на голову, – со смехом отмахнулась матушка. – Просто имей в виду, что малыш всему этому не помешает. У тебя есть семья.

– Угу, я помню, – буркнула я, на мгновенье пожалев, что не уродилась сиротой. Хорошо ещё, что этот разговор маман затеяла один на один, а не озвучила свои подозрения за семейным обедом. С её девизом «Что природно, то не стыдно» она вполне была на это способна.

– Вот и чудно. А твой молодой человек? Расскажи мне о нём.

– А что рассказывать? Он хороший, – с деланным равнодушием пожала плечами я. Больше сказать мне было и нечего.

– А его семья?

– Он пока не успел меня с ними познакомить.

– Это ещё почему? – нахмурилась матушка. – Это может быть признаком, что он относится к вашей любви недостаточно серьёзно!

– Мам! С заущельцами ещё дипломатические связи толком не наладили! Когда бы он успел?! – возмутилась я.

– Но ты же успела, – резонно возразила матушка.

– Можно подумать, у меня был шанс этого избежать, – проворчала я себе под нос, бросая в миску очередную очищенную картофелину.

– Что ты говоришь?

– Эм-м… Да так… – спохватилась я. – Гадаю, куда подевалась наша картофелечистка. Тебе же дядя Вилор такую сделал?

– А она… Она сломалась, – поспешно, как человек, придумавший удачную ложь, отозвалась матушка.

– А починить?..

– Починит. Потом. Ты лучше расскажи, что тебя в Минае привлекло. Он немного мрачноват, ты не находишь?

– Не нахожу, – буркнула я.

– А вот его брат куда раскованнее. Как тебе он?

– Слишком много говорит и улыбается.

– С каких это пор это стало недостатком? – удивилась матушка.

«С тех пор, как этот болтун появился здесь!», – чуть было не ляпнула я, но вовремя прикусила язык.

К счастью, матушка не ждала ответа.

– Мрачность и загадочность так привлекательны в юности, – мечтательно закатила глаза она. – Помню я… Хотя тебе это неинтересно.

«Ещё как интересно, – хихикнула я про себя. – Папочка, весёлый колобок метр пятьдесят со шляпой, на мрачного и загадочного не тянет никак».

– Так как вы с Минаем познакомились? – продолжала между тем маман.

– Их прислали по программе обмена студентами, – обречённо ответила я, разом растеряв весёлость. – В прошлом году орков с эльфами присылали, в этом – заущельцев. Я же тебе говорила.

– Надеюсь, в будущем году вам не пришлют драконов, – покачала матушка.

– А чем плох дракон? Я вычитала в одной старой книге, что если чешуйку дракона добавить в маринад, то мясо получится невероятно мягким и с таким дивным ароматом…

Увы, безотказный приём не сработал. Голава у матушки была забита Минаем.

– И всё-таки, Дирочка. Его же не одного прислали, но выбрала ты именно его. Почему?

– Ректор выдал, – огрызнулась я.

– Прости, что? – опешила маман.

– Ну… Э… – меня назначили куратором Миная, – обругав собственную импульсивность и длинный язык, я принялась выкручиваться. – Показать, где у нас что, и так далее.

– Ах вот оно что! – с облегчением выдохнула маман. – Ты выражайся точнее. А то я уже вообразила, что ваш ректор в твою личную жизнь полез. Уж я бы с ним тогда поговорила!

– Не надо, – уже всерьёз испугалась я. – Он старенький совсем, ему нервничать вредно.

– Как же он тогда целой академией руководит, такой слабенький?

– Так то академия, а не ты.

– Индира Варгас! Ты что имеешь в виду?!

– Только то, что на студентов и рявкнуть можно, а на тебя – нет, – в очередной раз выкрутилась я.

Маман посмотрела на меня с лёгким подозрением, но уточнять не стала. Зато я, чувствуя, что меня вот-вот загонят в угол и придётся много-много врать, поняла, что это как раз тот момент, когда пора уносить ноги.

– Как там Минай, – с преувеличенной озабоченностью протянула я. – Голодный, наверное… Что там те пирожные – на один укус.

Это, слава стихиям, всё-таки сработало. Забыв о картошке и допросе, маман засуетилась. Через несколько минут мне вручили здоровенный поднос, заваленный всевозможными закусками. Но ложка дёгтя в моей победной бочке таки нашлась. Уже у порога матушка доверительно прошептала:

– И всё-таки ты подумай, не поспешила ли с выбором. Минай не единственный мужчина на свете. И заущелец тоже не единственный. Его брат, например, мне понравился куда больше.

В следующую секунду дверь захлопнулась у меня за спиной. Ещё минуту спустя загудела картофелечистка, подтверждая мои подозрения, что маман в действительности всего лишь хотелось поговорить.

А вот её напутствие мне не понравилось совершенно. Если хитрый Вал сумеет перетянуть матушку на свою сторону, то жить и мне, и Минаю сразу станет куда сложнее. Улыбчивому торговому представителю, возникшему из ниоткуда, я не доверяла ни на йоту. Его дружки уже успели наврать про открывшуюся в городе лечебницу. Где гарантия, что он сам не наврал про торговое посольство? Это проверить не так просто, как мнимую лечебницу.