Ставка на любовь - Куревин Александр - Страница 52

– Хочу поблагодарить вас, Анжела. Мы с Леонидом Арсеньевичем разобрались с теми, кто подбирался к Николаю Ивановичу. Это оказалась вовсе не Рита и не ее знакомые – с ними все хорошо. Правда, Людмила теперь считает частного детектива Львова предателем, не говоря уж о том, что он выставил себя ветреным типом. Но, он это как-нибудь переживет. Поверьте, мы с вашей помощью сделали большое, хорошее дело.

– Ну, вам виднее, Евгений Васильевич. Сестра и вправду на вас сильно обижена, а мне обижаться грех… Но, наша Рита, она все же загадочная личность. И, сказать по правде… – Анжела замолчала на полуслове. Хлопнула дверь и через калику прошла «загадочная личность» – Рита, собственной персоной.

– Как тут обстановка? – сходу спросила Львова. – Привет! – кивнула Анжеле. Анжела пошла в дом.

– Да, все тихо. Только Ирина потеряла Бояна.

– Слушай, Львов, – легко, без напряга, восстановила Рита былые панибратские отношения с Евгением Васильевичем, – А чего это ваши сразу забрали у нас болгарина? А еще раньше – таможенного брокера?

– Одно дело делаем. Они нашим сейчас нужнее… – Львов вынужден был прерваться, поскольку из дома вышла Машенька. Показалось, на улице стало темнее… Очевидно, появление Риты вслед за Львовым не могло оставить ее равнодушной. Свернула разом все свои «дела».

– Здравствуй, дорогая сестра! – язвительно обратилась она к вновь прибывшей. – Вот что я хочу тебе сказать. Отец переоформил дом на мое имя, так что я теперь здесь хозяйка полноправная! И я не желаю больше видеть тебя в своем доме, понятно?! Так давно хотела это сказать!

– Понятно, Мария Николаевна, чего же тут непонятного? – ответила Рита устало и странно – спокойно, без доли обычного своего скоморошества. – Я как раз попрощаться хотела, только… – она не стала торопиться с окончанием фразы, а смерила Машеньку взглядом от копны рыжих волос до ухоженных ног, обутых в голубенькие сланцы.

– Что «только»?.. – не выдержала «полноправная хозяйка», тоже посмотрев на свои ноги. Вдруг с ними что-то не так?

– Больше не называйте меня своей сестрой, Мария Николаевна. Ваша сестра – Маргарита Мишуткина – пребывает сейчас в Швейцарской клинике, где проходит лечение от наркотической зависимости. Ее мать нам очень помогла…

– Что? В какой еще клинике? Ничего не понимаю!.. А ты кто? Откуда взялась? Что тебе от нас нужно?

– Уже ничего. А кто я и откуда взялась, объяснит Николай Иванович. Думаю, начнет со своей давней командировки в Японию… А нам с Евгением Васильевичем, извините, пора, – Рита посмотрела на Львова.

– Да нет, я бы хотел еще немного задержаться, – возразил ей Львов. – Пойдемте, провожу вас, многоуважаемая Рита. Позвольте, уж буду и дальше вас так называть?

– Извольте, многоуважаемый Евгений Васильевич, – в голосе Риты вновь появились шутовские нотки. Оставив обескураженную Машеньку в одиночестве, Евгений и Рита покинули территорию особняка.

– А ведь я до последнего считал, что Дед завербован, – сказал Львов. – Отсюда многие недоразумения. Может, зря мы с вами тогда разделились на МБР и СВР? Была бы единая база данных…

– Главное, что американцы считали его своим агентом.

– Они нас и привели к Деду. Как ни шифровались…

– Боюсь только, что и родная дочь, – Рита кивнула на калитку, – думает про отца то же самое. Все эти годы, представь! И ничего не говорит ему.

– И он ничего ей не рассказал? Дорого же дочь заплатила за его молчание…

– Ты о чем?

– Да, неважно…

– Конгениально, что за вашим контейнером с заразой ближневосточные архаровцы под опекой «цэрэушников» сами стали охотиться. А вы им препятствия создавали, чтобы гладко не выходило, так? Выходило бы гладко – насторожились. Мы вот тоже Герховского попросили, чтобы на заводе палки в колеса чуток вставил. И Людочку я специально к нам в контору взяла, чтобы про Герховского в особняке транслировала. А ты думал, Машка? Не знала я, что шпионы настолько напугаются. Моя вина!

– Как он, Герховский?

– Из комы вышел, слава богу!

– Хорошо… Значит, в кутузку это ты меня упекла его руками?

– Ага, – просто призналась Рита. – Да, стоило. Видел бы ты свою самодовольную рожу!

– Скажешь номер телефона? – спросил вдруг Львов. – Твой прежний ведь уже не отвечает.

– Это еще зачем? – Рита напустила на себя серьезность.

– Хочу тебя в кино пригласить. В «Фантастике» идет шпионский фильм.

– Шпионский?! – переспросила Рита. – О, не-е-ет! Только не это. Согласна лишь на комедию. В крайнем случае – на мелодраму.

Боковым зрением Евгений отметил, что отворилась калитка, появилась Машенька. Она была бледна. К отцу не пошла, а дожидалась теперь Львова, чтобы задать сперва ему все вопросы.

– Я сейчас иду, Мария Николаевна! – возвысив голос, сказал он ей. Хозяйка скрылась за забором, закрыв за собой калитку.

– Может, тебе лучше ее в кино пригласить? – тихонько спросила Рита.

– Ты хоть не начинай! – так же тихо ответил Львов. Рита ущипнула его за бок, придав лицу садистское выражение, и пошла к своей «селедке» иностранного производства.

– Жду звонка! – бросила через плечо комедиантка. – Вскружил голову девушке.

«Если бы не предстоящий разговор с Машенькой, я был бы счастлив сейчас, как дурак!» – подумал Львов. Калитка вдруг широко распахнулась, и к ним выскочила взволнованная Ириша.

– Рита! Ты здесь! А мне никто не сказал. Где Боян?!

Рита остановилась перед своим авто. Молча посмотрела Ирише в глаза долгим взглядом, исполненным сострадания. Потом перевела взгляд на Львова, и этот взгляд уже выражал досаду. Ничего не ответив, села в машину, запустила мотор и резко дернула с места.

– Куда? Стой! – воскликнула Ириша вслед удаляющейся широкой корме «селедки». – Да что такое?!! Где Боян? – Ириша готова была расплакаться.

– Он сейчас занят, – брякнул Львов, не пойми чего, просто потому, что не в силах был дальше молчать.

– Чем занят? Когда освободится?

– Не знаю, – Львов собирался с мыслями для основательного разговора. – Может быть, через несколько лет.

Ириша посмотрела на мать в поисках поддержки, потом – на Львова и снова на мать. «Здесь все сошли с ума? Все катится под откос?» – говорил ее взгляд.

– Послушай, Ирина. Присядь – ка, – указал Евгений ей на скамейку возле калитки. – Присядьте, – посмотрел он на Машеньку. – Ира, ты умная, образованная девушка. Знаешь языки, – спасибо маме. Жила за границей, общаешься по скайпу со знакомыми из других стран, не потеряешься в любом аэропорту мира, сможешь взять такси и добраться, куда надо. Ты на голову выше многих своих сверстников. И, конечно, ты очень красивая. У тебя прекрасные перспективы в жизни. Ты достаточно ловкая, в хорошем смысле этого слова, умеешь заработать денежку. Но, при всем при этом, ты еще очень молодая, открытая и доверчивая девушка, и это прекрасно. Но, я хочу тебя предостеречь. На международной арене, куда ты ступила, так нельзя. Я вынужден дать тебе совет относиться к людям, встречаемым на этой арене, с определенным недоверием, как бы они к себе не располагали. Я бы даже сказал, – особенно, если они к себе располагают.

– Что вы говорите? Я ничего…

– Боян – один из таких людей, Ира. Тебе просто не повезло. Его целью изначально была вовсе не ты. Он – сотрудник разведки другого и, к сожалению, отнюдь не дружественного нам государства. Не случайно он оказался бок о бок с тобой в Штатах – славный парень, болгарский студент. Ему нужен был предлог, чтобы попасть в Россию, обосноваться рядом с твоим дедом, Николаем Ивановичем Зеленовым, имеющим связи на военном заводе «Пламя». Его задержала Федеральная служба безопасности.

Мария Николаевна закрыла лицо руками.

– Значит, все, что он мне говорил, – неправда? – спросила Ирина.

– А вот этого я не знаю, Ира. Но, если честно, тоже очень хотел бы знать. Допускаю, что, говоря тебе о чувствах, он вовсе не кривил душой. Ну, а то, что хочет остаться в Нижнем, жениться на тебе, – точно правда. Другое дело, устроит ли тебя она, когда ты узнаешь, что это входило в его задание. Обустроиться в России Бояну требовалось основательно и надолго… Он может существенно облегчить свою участь, если согласится сотрудничать. И мне кажется, ты способна повлиять на его решение.