Развод. Ты всё испортил! (СИ) - Зарян Аника - Страница 21

- Неожиданно, – подсказывает он, когда я не нахожу нужного слова.

- Неожиданно, – повторяю за ним.

- Импульсивно?

- Мхм. – киваю, ощущая, как горят щеки.

- Но, признаться, мне понравилось. – ухмыляется. – В гневе ты совсем другая.

- Хватит издеваться, Артём, – осаждаю наглеца, но уже сама не могу сдержать улыбку. – Мне, правда, очень стыдно, что я тебе это всё высказала. Прости.

- Я подумаю, – ведет он бровью.

- Только думай недолго, а то я и передумать могу.

- Ну-ну...

- Значит, ты и Ира...

- Просто рабочие отношения. – говорит серьезно, без привычной насмешливости в голосе.

Значит, всё это время он находился рядом, помогал не потому что, как я решила, заботился об Ире, а потому что...

- Ты мне нравишься, Ксюша, – произносит он всё так же серьезно, не оставляя даже шанса засомневаться в его словах. – Очень и...

Я не знаю, как на это реагировать. Не знаю, что сказать. Происходящее настолько неожиданно, настолько далеко от того, в чем я варюсь все эти месяцы, что я просто теряю дар речи. Разве сейчас время говорить о чувствах? Господи, да я даже не думала ни о каких отношениях после всего пережитого. Но самой себе я врать не хочу. Мне рядом с ним спокойно, как с близким человеком. Как будто мы знакомы...

- ... давно, – договаривает он в унисон с моими мыслями.

- Я не знаю, что сказать, – шепчу я, растерянная и ошеломленная его признанием.

- Не говори сейчас ничего. Я всё понимаю. Но я хочу, чтобы ты знала, ты не одна. Я рядом, я помогу, если тебе нужна будет помощь.

Глава 14

К моему удивлению, дети спокойно отнеслись к нашему переезду. Я ожидала от них сопротивления, возмущения, даже слёз. Но...

- Чур, я у окна!

Вика побежала к одной из двух одинаковых детских кроваток белого цвета.

- Девчонки... – снисходительно хмыкнул Гера, наблюдая за сестрой, не сдвинувшись с места. – Мам, это было обязательно?

- Да, родной, – погладила его по голове.

- Ну, ладно.

- И всё? – спросила я с улыбкой. – И ты не спросишь почему?

- Раз, ты говоришь, что так надо, мам...

Мой не по годам взрослый сын... Он посмотрел на меня таким осознанным взглядом, что у меня не осталось никаких сомнений: даже если Гера и не распрощался с мечтой помирить нас с отцом, он держит свое мужское слово – быть рядом со мной.

Он позволяет мне быстрый поцелуй в щечку и бежит к своей кровати.

Оставляю сына и дочку знакомиться с новой комнатой, и иду во вторую – мою спальню, мысленно отметив, что надо докупить им рабочие столы – единственное, чего не оказалось в комнате, отведенной хозяевами под детскую.

В углу стоят разобранные чемоданы. Я еще не придумала, куда их убрать – места в квартире несравнимо меньше, чем в отдельном доме.

Подумаю об этом завтра.

Подхожу к окну, открываю проветрить комнату перед сном. Новая квартира невысоко – на втором этаже. Моё окно выходит во двор. И прямо под ним – высокий, уже позеленевший куст. Кажется, сирень, хотя соцветий ещё нет, только набухшие почки.

Порыв ветра шелестом проходит между ветками, доходит и до меня. Зябко. Закрываю.

Забираюсь в постель и с удовольствием растягиваюсь на ней. Это был очень долгий и сложный день.

Еще один.

Мысленно хвалю себя за то, что вернула себе способность не поддаваться эмоциям и мыслить рационально. Подсознание предательски тут же подкидывает безумную сценку с Артёмом.

«Да, – улыбаюсь самой себе, – есть куда расти».

Ловлю себя на том, что все мысли крутятся теперь вокруг того, что случилось в центре. Не могу забыть, как тело откликнулось на взгляд Артёма. Не могу поверить, что оно способно принимать прикосновения другого мужчины. Но сложнее всего – признаться самой себе, что мне это понравилось.

«Мне кажется, после таких несправедливых обвинений я заслужил ужин вдвоем» – улыбнулся он перед тем, как уйти. Или не улыбался? Ох уж эта ухмылка!

«Это вряд ли, – ответила ему, – максимум быстрый ланч».

«Ну-ну», – выдал он...

Чтобы немного отвлечься, беру в руки телефон и начинаю листать ленту новостей. В мире, как и в моей жизни, всё бурлит и грохочет. Но мир пока держится. И я продержусь.

Не борясь с дремотой, собираюсь уже отложить телефон на прикроватную тумбу, но он оживает в моих руках протяжной вибрацией. На экране возникает сообщение. От Артёма.

Сквозь полуприкрытые веки успеваю прочитать прямо через уведомление, улыбнуться – и проваливаюсь в сон.

«Спокойной ночи, сумасшедшая женщина».

Первая ночь в новой квартире проходит без происшествий.

Решение суда оставить детей со мной Карен принял с циничной ухмылкой. Но оспаривать не стал.

Уверена, он сложил два плюс два и понял, что я не останусь больше в том доме. Поэтому я, в некотором смысле, была спокойна, что он, обнаружив наше отсутствие, не начнет звонить мне или детям, выяснять, где мы и как посмели без его ведома уехать.

Утро следующего дня начинается не с привычной трели птиц, установленной в качестве сигнала будильника, а с телефонного звонка. На часах – начало восьмого. И у нас мог быть еще как минимум час сна! Первый порыв – отклонить вызов и навсегда заблокировать контакт. Но вместо этого делаю глубокий вдох и касаюсь зеленой иконки.

- Ай бала, вы где?! – раздается моментально надрывный фальцет свекрови. – Пришла с утра тебе с детьми помочь – ни машины, ни вас. Вы что, уехали куда-то? Предупредила бы хоть, кто же так делает?

- Я о помощи не просила, – отвечаю холодно, продолжая лежать.

- Посреди недели! – продолжает она, не реагируя на мои слова. – Детям в школу!

- У детей школьные каникулы.

- И... – замолкает, обдумывая услышанное. – Вы что, правда, на каникулы уехали? Куда? Когда вернетесь?

- Лариса Николаевна, семь утра. Дети спят. Я тоже собираюсь спать дальше.

- Лариса Николаевна? – вспыхивает она моментально. – Ты почему так со мной говоришь?

- А как мне говорить с посторонним человеком?

- Посторонним? – повторяет она растерянно. – Какой я тебе посторонний человек, Ксюша? Ты что такое говоришь?

- Такой же, как и я для вас была все эти годы.

Своя бы, как минимум, знала, что живет не в своем доме.

- Ксюша, что случилось, ай бала? Вы где?

- А сын с вами забыл поделиться новостью?

- Какой новостью? Карен вчера поздно вернулся, мы не успели...

- Лариса Николаевна, я очень устала. – мягко провожу ладонью по лицу. – От всего. От всех. Ключи я оставила под ковриком у входа. Возвращаю, мне они больше не нужны.

- Не понимаю...

- Да, и спасибо, что приютили. Прощайте.

Отключаюсь, ставлю телефон на беззвучный режим с намерением поспать еще.

Наивная.

Через минуту в комнату врываются дети. Забираются ко мне с двух сторон.

- Мам, куда мы сегодня пойдем? – воркует Вика, стараясь не выдать волнения. Я сразу понимаю, что у них уже есть план. Поворачиваю голову к сыну.

- Мам, а можно в Летягу? – сводит бровки домиком Гера. – Валя рассказывал, как там круто, мам!

- Что такое Летяга? – сажусь, скрещиваю ноги под одеялом в позе йога и готовлюсь выслушать от детей рекламу очередного модного места в городе, куда им непременно надо попасть.

Они наперебой рассказывают о прелестях аэротрубы, о том, как давно мечтают в ней полетать, а я наслаждаюсь моментом и заряжаюсь их энтузиазмом.

Но всё же озвучиваю:

- А я хотела поехать с вами в Петербург. – Прошлые билеты пропали, но я могу купить новые хоть сейчас. – Мы бы втроем отлично провели время. И с тетей Леной бы встретились...

- Мам, мы не хотим никуда уезжать, – выдают они одновременно. – Можно тут остаться?

Прислушиваюсь к их желанию. У них в жизни сразу произошло слишком много перемен, а смысла в поездке уже нет, потому что они и так со мной, и всё у нас хорошо.