Прибежище из серы и тьмы (ЛП) - Дарк Люсинда - Страница 24

Руэн кивает. — Да.

Я указываю на свет между нами. — А это? — Я спрашиваю. — Если ты создаешь иллюзии, почему это на самом деле помогает нам видеть в темноте? — Я смотрю на мерцающее пламя, желая протянуть руку и прикоснуться к танцующему огню, гадая, обожжет ли он меня. Из любопытства я поднимаю руку только для того, чтобы Руэн схватил меня за запястье и слегка покачал головой.

— Иллюзии проистекают из силы разума, — говорит он. — Если ты веришь, что можешь видеть благодаря пламени, значит, ты можешь. Ты была бы удивлена, какую тьму может преодолеть твой разум, если ты просто поверишь во что-то достаточно сильно.

Заморгав от такого комментария от кого-то вроде него, я не успеваю задать еще один вопрос, прежде чем он снова переплетает свои пальцы с моими и указывает на широкий коридор. — Давай поторопимся, — говорит он. — Показывай дорогу.

Вспоминая образы проходов и коридоров, которые показала мне Ара, мы вдвоем тихо следуем по невидимой карте в моей голове прочь от башни Смертных Богов и обратно туда, куда мы пришли в первый день. Однако как раз перед тем, как мы достигаем входа в большой зал, я сворачиваю налево и нахожу небольшую нишу с потайным коридором за ней. Гораздо меньший, чем коридоры, ведущие в наши покои, он заставляет Руэна отпустить мою руку и следовать за мной, когда мы вдвоем входим в темноту.

Его иллюзия пламени заливает наше окружение приглушенным светом, которого как раз достаточно, чтобы мы могли двигаться. Снова и снова я обдумываю воспоминания от моей Королевы пауков, время от времени останавливаясь, когда понимаю, что поворачиваю в неправильном направлении, а затем возвращаюсь к углу, на котором мы должны были свернуть раньше. Несмотря на многочисленные промахи, которые я совершаю, отнимая время, Руэн никогда не жалуется. Он остается постоянным молчаливым компаньоном за моей спиной. Когда-то, не так давно, то, что кто-то ходит за мной по пятам, заставило бы меня нервничать — мысль о том, чтобы позволить кому-то, кто может причинить мне вред, прикрывать мою спину, ужаснуло бы. Теперь я не чувствую ничего, кроме… защищенности. Безопасности.

Мы вдвоем заходим в тупик, и я хмурюсь, мои руки касаются каменной стены. Если встать перед ней, раскинув руки, я могу дотянуться до обеих сторон коридора. Окна нет, но пламя над нашими головами колышется, будто чувствует приток воздуха откуда-то. Я поднимаю взгляд вверх, потом оборачиваюсь к Руэну, но его лицо по-прежнему скрыто в тени — ни малейшего намёка на то, о чём он сейчас думает.

С тихим проклятием я хватаюсь за камни на стене, ища ручку или что-то в этом роде, что приведет нас вперед. — Это должно быть здесь, — бормочу я. — Она заходила за эту стену. — Однако, в отличие от моей Королевы пауков, я не маленькое существо, способное проползти между камнями и проникнуть в комнаты за ними.

— Кайра. — Рука Руэна нежно касается моего плеча.

Я отстраняюсь и хватаюсь за другой камень, дергая до тех пор, пока не становится очевидно, что он не отвалится. — Нет, — огрызаюсь я. — Она здесь. Здесь должна быть дверь. Я знаю, что видела…

— Кайра, я знаю, ты хочешь, чтобы он был жив, — голос Руэна звучит раздражающе понимающим. — Я хочу этого не меньше, чем и ты.

Мои руки шарят по стене, но каждый камень, за который я хватаюсь, остается погруженным в твердую плоскую поверхность. Тяжело дыша, чувствуя, как стены коридора медленно смыкаются вокруг меня, я закрываю глаза и прислоняюсь лбом к камню. — Я не могу этого сделать. — Этот шепот похож на карканье, вырвавшееся из моего истерзанного горла.

Сильные мужские руки обвивают мою талию и тянут назад — к твёрдой, мускулистой груди. Руэн прижимает края моего плаща к телу, склоняет голову и упирается лбом в моё плечо.

— Всё будет хорошо, — шепчет он.

Мои глаза снова открываются и я смотрю на стену перед собой. Кэдмон, несмотря на все его недостатки и удручающе расплывчатые намеки, был силен. Он был Богом, которого боялся даже Трифон. Без него… мы обречены. Я знаю это. Другие знают это, и, в глубине души, я думаю, Руэн тоже это знает. Книга, которую он мне дал, не принесла никаких ответов, независимо от того, сколько раз я проверяла ее с тех пор, как мы прибыли сюда, страницы оставались удручающе пустыми. Возможно, я думаю, сила предвидения будущего умерла вместе с Кэдмоном, и книга больше не работает, если его здесь нет.

Пламя над нашими головами вспыхивает еще раз, на этот раз сильнее. Я поднимаю на него взгляд. — Твоя иллюзия, кажется, думает, что здесь есть дверь, — рассеянно говорю я.

Руэн поднимает голову и следит за моим взглядом. В приглушенном свете пламени, который освещает только половину его черт, я понимаю, что он хмуро смотрит на огонь, словно сбитый с толку.

— Что такое? — Я поворачиваюсь в его объятиях, кладу обе руки ему на грудь и слегка отталкиваю его назад, чтобы видеть все его лицо. Его взгляд прикован к пламени над нашими головами. Огонь танцует и колышется, а затем дергается, почти сгибаясь пополам, как будто ветерок тянет его в тупик.

— Попробуй еще раз, исследуй стену, — рассеянно бормочет Руэн, щелкая пальцами, приближая иллюзию пламени. Огонь практически перекидывается на камень.

— Но ты сказал…

Руэн подталкивает меня к стене. — Ты попробуй справа, а я попробую слева, — говорит он.

Нахмурившись, я смотрю на него, но когда его руки начинают скользить по неровным краям камней, встроенных в стену, я не утруждаю себя расспросами о причинах внезапной перемены. В конце концов, он прав; я не хочу верить, что Кэдмон действительно мертв.

Следующие несколько минут мы осматриваем стену сверху донизу, хватаясь за каждый камень, пытаясь найти неровный шов на поверхности. Ничего. И все же пламя продолжает плясать над нашими головами, словно называя нас идиотами за то, что мы не нашли вход.

— Черт! — Рявкаю я, отдергивая руку, когда один из шероховатых краев камня врезается в мою ладонь.

— Что… — Руэн останавливается и хватает меня за руку, притягивая ближе, когда струйка крови образует идеальную линию от основания моего среднего пальца до тыльной стороны ладони.

— Все в порядке, — говорю я, убирая от него руку и вытирая ее о плащ. — Это заживет за одну секунду…

Пламя гаснет, прерывая мои слова, и когда опускается тьма, мое сердце подскакивает к горлу, заглушая остатки моего голоса. Я наполовину убеждена, что Руэн был просто слишком поражен, чтобы поддерживать иллюзию, когда через несколько секунд не раздается характерного звука шагов в сапогах, приближающихся по коридору, чтобы заманить нас в ловушку. Однако вместо этого в замкнутом пространстве раздается серия скрипов и стонов, как будто старое дерево гнется на сильном ветру. Что-то твердое касается носка моего ботинка. Я делаю шаг назад, но он ударяет снова.

Снова и снова я ухожу, и Руэн следует за мной — глухой звук его собственных шагов и дыхания — мой единственный признак того, что он где-то находится. Иллюзия пламени вспыхивает с новой силой, еще раз показывая, что мы отошли достаточно далеко, чтобы стена полностью исчезла. Я таращусь на широкий проём, за которым скрывается лестница, уходящая вниз.

— Должно быть, на замках какое-то заклинание, — говорит Руэн.

Я поворачиваюсь к нему. — На замках без защелки, или даже засова?

Сине-фиолетовые глаза устремлены в зияющую пропасть лестницы: — Нет, — отвечает он. — Мы ничего не толкали и не тянули. Такого рода заклинания можно снять лишь при подношении крови.

Глава 13

Руэн

Кайра двигается первой теперь, когда стена открылась. Я внимательно наблюдаю за ней. Она стоит наверху лестницы, отвернувшись от меня настолько, что я не могу увидеть выражение ее лица, но мне нетрудно разглядеть напряженные линии ее тела под плащом. Ее плечи расправлены, спина прямая как шомпол.