Измена. Гадкий лжец (СИ) - Астэр Зоя - Страница 3

Сажусь за стол рядом с Артёмом и придирчиво смотрю на такого, казалось бы, вдоль и поперёк знакомого человека.

— Оля, что случилось? — недовольно спрашивает муж. — Мне кусок в горло не лезет от твоего взгляда.

— Ты мне скажи, что случилось.

Я до сих пор не могу решиться и спросить прямо.

— У тебя плохое настроение? А может, ПМС? — Артём закатывает глаза.

Не свожу пристального взгляда с жующего мужа.

— Может… — ровно произношу я. — А может, услышала кое-что…

Артём с откровенным раздражением откладывает вилку и поднимает на меня тяжёлый взгляд.

— Ну и что такого ты услышала? — спрашивает он.

Наверно, думает, что я сейчас начну пересказывать ему какую-нибудь ерунду, которую обычно неинтересно слушать мужчинам.

Набираю в грудь побольше воздуха и всё-таки решаюсь:

— Говорят, что ты встречаешься с другими женщинами.

Ну вот, я произнесла это и не умерла на месте.

Артём давится, хотя вроде успел проглотить всё, что жевал до этого. Откашливается и отпивает немного из стоящего рядом бокала.

— Оль, ну не будь дурой, прошу тебя, — взгляд Артёма становится снисходительным. — Такие слухи распускают про каждого хоть сколько-нибудь зарабатывающего мужчину. Это от зависти. Просто чешут языками, чтобы почувствовать себя лучше нас.

— Значит, ты не изменяешь мне? — не успокаиваюсь я.

У мужа нервно дёргается глаз.

— Нет, конечно, — говорит он. — И меня обижает твоё недоверие.

Задумчиво беру бокал и тоже делаю глоток. От терпкого напитка першит в горле.

Я чувствую себя глупо. Действительно, поверила постороннему человеку без всяких доказательств. Он мог выдумать всё до последнего слова ради того, чтобы залезть ко мне под юбку.

У некоторых мужчин совершенно нет совести.

Не думаю, что Артём такой. Он не стал бы обманывать меня. Ради чего? Если разлюбил, то можно ведь развестись, а не крутить романы за спиной у супруги.

При мысли о том, что мы с Артёмом можем расстаться, болезненно сжимается сердце.

— Ты всё ещё любишь меня? — спрашиваю я.

Артём, успевший снова взять вилку и отправить в рот кусок мяса с тарелки, давится едой.

— Боже, Оля, что за вопросы? — говорит он откашлявшись. — Нашла место для разборок…

Артём ослабляет галстук на шее, будто тот душит его, а потом снимает пиджак и вешает его на спинку стула.

— Жарко тут что-то… — бормочет он.

Подмечаю с удивлением, что муж так и не ответил на мой вопрос.

Впрочем, Пётр, подошедший к столику, отвлекает его от нашего разговора.

— Тёмыч, ну ты где пропадаешь полвечера? — друг хлопает Артёма по плечу.

— Извини, срочный телефонный разговор, — муж разводит руками. — С днём рождения, дружище!

— Оля, можно я утащу твоего благоверного ещё на парочку скучных слов о работе? — Петя улыбается мне.

— Конечно, — я тоже натягиваю на лицо улыбку.

Артём с другом отходят в сторону, а я натыкаюсь взглядом на пиджак мужа, висящий на спинке стула.

Оставил ли он телефон в кармане? Будет очень неправильно, если я проверю сейчас последние входящие вызовы?

Нет, конечно, я не стану так делать. К чему эта паранойя? Артём сказал, что не изменяет мне, значит, так оно и есть.

Старательно отвожу глаза в другую сторону. Я не паду так низко. Нет.

Сквозь музыку, звучащую в банкетном зале, слышу трель звонка Тёминого телефона.

Ладно, сдаюсь.

Лезу в карман пиджака мужа и достаю оттуда его сотовый. На экране высвечивается ряд цифр. Тот, кто сейчас звонит, не записан в контакты.

Оглядываюсь на мужа, стоящего ко мне спиной, и жму на кнопку «принять вызов».

— Алло, — начинаю я разговор.

— Алло, кто это? — слышится на том конце незнакомый женский голос.

Сердце сжимается от нехорошей догадки.

— Это жена Артёма Павловича, — холодно говорю я, — а вы кто?

5

— Жена! — кричит в трубку незнакомая женщина.

Она делает это таким тоном, будто я заявила ей, что являюсь Наполеоном.

— Передай Долину, что ему не удастся от нас отделаться! — угрожает мне собеседница. — Придётся платить алименты!

— От кого это, от нас? — уточняю я.

Предчувствую всем сердцем, что ответ мне не понравится.

— От баб, с которыми он от тебя гулял, и которым заделал детей! — гордо сообщает мне женщина.

Вот ведь именно к этому весь разговор и шёл, а всё равно чувство такое, будто мешком по голове ударили. Руки трясутся, и зубы, кажется, тоже.

— И сколько вас таких… баб? — натянуто спрашиваю я.

— Две, — отвечает, видимо, одна и любовниц моего мужа. — То есть три…

— Так две или три?

— Три, просто одна ещё не осознала, что нам пора объединиться и отстоять права наших детей…

— Детей? — в ужасе переспрашиваю я.

— Ну да, детей, ты что глухая? — раздражённо рявкает на меня трубка телефона.

— И сколько же детей у вас от моего мужа? — с истеричными нотками в голосе спрашиваю я.

Не верю, что этот разговор происходит на самом деле.

— У меня двое, у Сашки двое, и Ксюха Сидорова ещё двойню ждёт…

Телефон выхватывают у меня прямо из рук.

Медленно поворачиваюсь и натыкаюсь взглядом на взбешённого Артёма. У него лицо покраснело почти до бордового оттенка. На виске венка вздулась.

Смотрит на меня волком.

— Не звони сюда больше, идиотка, оставь меня в покое! — рычит муж в трубку и сбрасывает звонок.

— Восемь человек… — шокировано произношу я, прибавив в уме к перечисленным отпрыскам Долина ещё Лену и Лёню.

— Чего? — растерянно спрашивает муж.

— И представить не могла, что ты такой многодетный, — поясняю я.

В голове звенящий туман. Разворачиваюсь на ватных ногах, иду к нашему столику и опрокидываю в себя бокал.

Рука дрожит, так что темно-красная жидкость проливается на светлую ткань моего наряда.

Ну вот, второе платье за сегодня испортила…

Артём подхватывает меня под локоть.

— Так, наверно, нам лучше сейчас уйти отсюда, — говорит он. — Поехали домой, поговорим.

Я никак не могу собраться с мыслями. В голове крутится хоровод из шокирующих открытий. Восемь детей…

Позволяю Артёму вывести меня из банкетного зала и усадит в машину. Мы даже не утруждаем себя тем, чтобы попрощаться с именинником.

Восемь…

Тупо смотрю перед собой.

Я с двумя — то не знаю, как справиться, а он стругает их направо и налево…

И сколько же счастливиц он успел оприходовать? Если три залетели, то мимо пролетели, вероятно, тридцать три…

— Оль, ты только в обморок не падай! — муж обеспокоенно поглядывает на меня, отвлекаясь от дороги.

Мы уже едем в сторону дома.

Тупо таращусь перед собой, но даже дороги не вижу. Всё расплывается перед глазами.

— Не буду падать, — обещаю я отстранённо, — рядом с тобой, похоже, и моргать нельзя, а то ты за это время ещё кому-нибудь ребёнка успеешь сделать…

Артём достаёт свой телефон.

— Привет, мам, вы как там? — говорит он в трубку. — Нормально? Тогда мы с Олей ещё на пару часов задержимся, хорошо?

Муж везёт меня к нам домой. Проезжает мимо охраны у ворот и останавливает машину прямо у крыльца, не заезжая в гараж. Водитель тут же подбегает к нам и забирает у мужа ключи.

Поднимаюсь по ступенькам крыльца и захожу внутрь. Дом встречает тишиной. Татьяна Николаевна живёт не очень далеко и после работы уезжает к себе.

— Оль, ну куда ты бежишь? — слышу я за спиной окрик мужа. — Постой, давай поговорим!

А я взбегаю по лестнице наверх с такой скоростью, будто на мне и нет неудобных каблуков.

Мне срочно нужно кое-что сделать.

Забегаю в ванну, примыкающую к нашей спальне. Там в шкафчике спрятан пятновыводитель.

Очень хочу вывести с платья пятно. Спасти хоть что-то, когда вокруг рушится весь привычный мир.

Открываю воду и старательно мочу пятно на груди водой прямо на себе, не снимая платья. Затем лью сверху пятновыводитель из розовой бутылочки.